С этими словами он вдруг слегка наклонился вперёд, почти касаясь Гу Ваньцин.
Девушка как раз откусила кусочек лепёшки и ещё не успела отстраниться, как склонившийся к ней мужчина тоже нагнулся — и откусил прямо у неё из рук.
Он прикусил совсем рядом с её губами. Его лицо почти коснулось её щёк, когда он аккуратно откусил крошечный кусочек у самого уголка её рта.
Вэй Чэнь взял лишь малюсенькую часть и тут же выпрямился. Он не посмотрел на Гу Ваньцин, но прекрасно знал, какое сейчас у неё изумлённое выражение лица.
Ведь, откусывая лепёшку, он нарочно слегка повернул голову — и его тонкие губы едва-едва коснулись её губного уголка.
Это мимолётное прикосновение обожгло кожу Вэй Чэня, словно пламя.
Снаружи он оставался невозмутимым, будто ничего не произошло, но внутри сердце его бешено колотилось — он никогда ещё не чувствовал такой паники.
Не знал почему, но рядом с Гу Ваньцин он всегда терял контроль. Его обычно безупречное самообладание будто испарялось. Ему постоянно хотелось приблизиться к ней, подразнить, потревожить… наблюдать, как она краснеет и смущается, как теряется и путается. Всё это происходило только ради него одного. Именно потому, что это был он, она и вела себя так застенчиво.
Эта мысль разжигала в Вэй Чэне жажду, заставляя хотеть большего. И он становился всё более дерзким и безрассудным.
Как сейчас: хотя это он сам только что «подразнил» Гу Ваньцин, он всё равно делал вид, будто ничего не случилось, неторопливо смакуя её лепёшку и невольно вспоминая мягкость её губ. Пытался всё замять.
Но на этот раз Вэй Чэнь не сумел схитрить.
С того самого момента, как он откусил кусочек её лепёшки, Гу Ваньцин не сводила с него глаз — даже не моргнула. Чем дольше она смотрела, тем сильнее он нервничал.
В конце концов он сдался, медленно перевёл на неё взгляд и виновато взглянул в ответ.
Его голос прозвучал низко, но без твёрдости:
— Лепёшка… вкусная.
Сказав это, Вэй Чэнь снова отвёл глаза. Когда он проглотил кусочек, он будто бы для маскировки слегка сглотнул, заставив кадык дрогнуть. Внутри у него всё метались, как в бурю.
—
Гу Ваньцин тоже не была в лучшей форме.
На мгновение она даже перестала дышать. Сердце подскочило к самому горлу и готово было вырваться наружу.
Всё произошло слишком быстро, и Гу Ваньцин чувствовала лёгкое головокружение. Она не была уверена, действительно ли почувствовала это горячее, мягкое прикосновение… Из-за этой неопределённости она не могла прийти в себя.
Поэтому Гу Ваньцин всё так же пристально смотрела на мужчину, не отрывая взгляда от его движущихся тонких губ, пока он не проглотил кусочек, откушенный у неё.
Неизвестно почему, но Гу Ваньцин показалось, что Вэй Чэнь ест необычайно красиво — изящно, благородно, никуда не торопясь. Хотя это была всего лишь обычная лепёшка, он ел её так, будто наслаждался изысканным деликатесом.
Потому что Вэй Чэнь был красив, она позволила себе смотреть чуть дольше. Её мысли переключились с того мимолётного, но ощутимого прикосновения на его губы. На мгновение ей захотелось приблизиться и попробовать на вкус его губы, чтобы убедиться — действительно ли они соприкоснулись.
Именно в этот момент Вэй Чэнь снова посмотрел на неё.
Её пристальный, пылающий взгляд заставил его вновь перевести глаза на её лицо. Он собирался извиниться за свои непристойные мысли, но, взглянув на неё, его взгляд упал прямо на её сочные, алые губы.
Именно тогда он заметил: на её пухлой нижней губе запуталась крошечная белая кунжутинка.
Вэй Чэнь сразу это увидел и долго не отводил взгляда от её рта. На мгновение в его душе воцарилась пустота, и он уже собрался протянуть руку, чтобы снять эту кунжутинку, но девушка вдруг слегка сжала губы и сделала маленький глоток.
Вэй Чэнь поднял глаза чуть выше и увидел её пылающее лицо и большие, влажные глаза, устремлённые на него.
В этот миг его мысли взбунтовались, как дикие лианы, оплетая сердце и сжимая горло всё сильнее. Всего на миг он колебался, а потом отказался от мысли использовать руку.
Его дыхание стало горячим, длинные ресницы опустились, скрывая тёмный блеск в глазах, и тело, будто бы само по себе, снова приблизилось к девушке.
В одно мгновение Вэй Чэнь наклонился, его тёплое дыхание коснулось её носа. Он слегка приоткрыл губы и прижался к её алым губам, аккуратно снимая кунжутинку.
Отстранившись, он произнёс хриплым, неузнаваемым голосом:
— …Кунжутинка.
Он не отстранился полностью, и Гу Ваньцин, чуть приподняв глаза, угодила в его тёмные, полные желания глаза. Её чистые, прозрачные глаза мгновенно оказались пленены этой бездной. Дыхание перехватило, сердце заколотилось.
Вэй Чэнь смотрел на неё, ожидая реакции. Даже если она разозлится и ударит его — это будет лучше, чем молчание.
Но Гу Ваньцин просто смотрела на него, не двигаясь. В её глазах читалась лёгкая растерянность, но не было ни капли отвращения или гнева. Такое поведение лишь усиливало его желание — хотелось замутить её чистый взор, увлечь за собой в пучину.
Едва эта мысль мелькнула, Вэй Чэнь, отстранившийся всего на палец, снова наклонился. На этот раз он полностью прижался к её слегка приоткрытым губам, одной рукой обхватил её затылок и притянул к себе, прижимая к груди.
Неожиданный поцелуй обжёг губы Гу Ваньцин. Он целовал её без всякой системы, просто покусывая и целуя, а потом осторожно попытался проникнуть внутрь…
В этот миг Гу Ваньцин наконец пришла в себя. Постороннее вторжение в рот напугало её до смерти, и она несколько раз чуть не укусила Вэй Чэня.
Лицо её покраснело ещё сильнее. Ей казалось, будто Вэй Чэнь вот-вот проглотит её целиком — она задыхалась, сердце стучало так быстро, как никогда прежде. Это незнакомое чувство привело её в полную панику.
Она подумала: если она и дальше позволит Вэй Чэню так с ней обращаться, то, возможно, задохнётся.
Поэтому, когда мужчина, опустив ресницы, начал находить ритм, Гу Ваньцин выбросила лепёшку из рук и резко схватила его за лицо, одновременно втягивая шею.
Наконец их губы разъединились.
—
Глубоко вдохнув, Гу Ваньцин встретилась с ним взглядом.
В его глазах она увидела то, чего никогда раньше не видела — тёмную, бурлящую глубину, будто он хотел поглотить её целиком. От этого её лицо ещё больше вспыхнуло, дыхание стало прерывистым. Грудь вздымалась, и только спустя некоторое время она, наконец, сердито уставилась на него и тихо, но с упрёком сказала:
— …Как ты вообще…
Язык!
— А если бы я тебя укусила! Я чуть не укусила тебя уже несколько раз! Несколько раз!
Вэй Чэнь на мгновение оцепенел, а потом, поняв, в чём дело, рассмеялся — то ли от смущения, то ли от досады. Он никак не мог понять свою Цинцин: о чём она вообще беспокоится в такой момент?
Подумав об этом, мужчина с досадливой улыбкой посмотрел на девушку, опустил её руки с лица и, слегка надавив, притянул её к себе, крепко обняв. Затем он наклонился и поцеловал её в макушку, тихо прошептав:
— Цинцин… Ты совсем не романтичная.
Автор говорит:
Вэй Чэнь: «Цинцин, ты совсем не романтичная».
Гу Ваньцин: «??? Я ведь беспокоюсь о тебе!»
Глубокий, хриплый голос пролился на неё сверху.
Гу Ваньцин услышала каждое слово, ни одного не пропустила. Она помолчала, обиженно сжав губы. Ведь она переживала за него, так почему же он говорит, будто она не романтичная?
Гу Ваньцин мысленно ворчала, но не успела выразить свои мысли вслух, как услышала его насмешливый голос:
— К тому же… узнаем, укусишь ты меня или нет, только если попробуем ещё.
— … — Лицо Гу Ваньцин стало ещё горячее, и она опустила глаза, прячась в его объятиях.
— Даже если ты и укусишь меня, я всё равно буду счастлив.
Вэй Чэнь добавил это, чуть сильнее прижав её к себе.
От его нежных слов, шепчущихся прямо в ухо, Гу Ваньцин стало стыдно до смерти. Она ущипнула его за бок и тихо пробормотала:
— …Льстец.
Её голос был мягким и нежным, в нём не было и тени упрёка.
Уголки губ Вэй Чэня приподнялись ещё выше, и он глубоко кивнул, не оправдываясь. Пусть считает его льстивым — он воспримет это как комплимент.
В комнате воцарилась тишина. Ночной ветерок ворвался через окно и заставил пламя свечи на столе затрепетать. Мягкий свет отбрасывал на стену тени двух прижавшихся друг к другу силуэтов.
Вэй Чэнь опустил ресницы, полностью погружаясь в это мгновение покоя и уюта. Если бы можно было, он хотел бы, чтобы время остановилось. Пусть они с Гу Ваньцин будут вместе навечно.
Но время не остановить, и Вэй Чэнь никогда не сможет точно предугадать, что ждёт их в будущем.
Например, прямо сейчас девушка в его объятиях слегка отстранилась. Она подняла к нему лицо, её глаза были чистыми и ясными, но щёки пылали от стыда.
— А Цзинь… — прошептала она нежно, гораздо слаще, чем только что съеденная лепёшка.
Вэй Чэнь глубоко взглянул на неё и ответил низким, тягучим голосом.
Девушка опустила глаза, её стыд усилился, и она, собрав всю свою смелость, робко спросила:
— Ты… хочешь ещё?
Она спрашивала осторожно, но в этом вопросе было всё её мужество.
Такая заботливая Гу Ваньцин не могла не растрогать Вэй Чэня. Он на мгновение задержал дыхание, кровь в жилах закипела, желание вновь вспыхнуло ярким пламенем. Даже его взгляд, устремлённый на неё, стал несдержанным и полным страсти.
Вэй Чэню стало трудно дышать, горло пересохло, и ему отчаянно захотелось утолить эту жажду. Он часто сглатывал, в голове звучал внутренний голос, требующий сказать Гу Ваньцин, что он хочет снова её поцеловать. Не только целовать и обнимать — он хотел делать с ней гораздо больше, гораздо безумнее.
Но сейчас он не мог позволить своим желаниям выйти из-под контроля. Его Цинцин была слишком прекрасна. Если он потеряет рассудок, то может причинить ей боль. Вэй Чэнь не хотел этого.
Поэтому, после долгих внутренних терзаний, он тихо вздохнул, наклонился и нежно поцеловал её в переносицу.
В этот миг Гу Ваньцин закрыла глаза. Сердце её бешено заколотилось, всё тело напряглось. Она даже слегка приоткрыла рот, готовясь к тому, что сейчас её снова охватит это странное, сбивающее с толку чувство.
Но вместо «настоящего» поцелуя она почувствовала лишь нежное, бережное прикосновение его горячих губ к своей переносице. Его тёплое дыхание обжигало кожу.
Гу Ваньцин замерла в изумлении, чувствуя лёгкое замешательство. Она не решалась открыть глаза — вдруг этот лёгкий поцелуй был лишь прелюдией, а за ним последует что-то ещё более бурное и страстное.
Но, подождав немного, она услышала лишь его тихий, полный сдержанной страсти голос:
— В следующий раз… Впереди ещё много времени, будет ещё множество возможностей.
Эти слова, казалось, он говорил скорее самому себе.
Гу Ваньцин медленно открыла глаза и встретилась с его взглядом. Ей стало стыдно, но, увидев, что он готов ради неё сдерживать себя, она почувствовала радость.
Слегка припухшие от поцелуев губы дрогнули в улыбке, и она снова прижалась лбом к его груди, тихо засмеявшись:
— Жаль мою лепёшку…
В панике она выбросила её, чтобы освободить руки и схватить его за лицо. Теперь ей нечего есть, и она не могла не думать об этом.
Её тихое ворчание рассмешило Вэй Чэня. Он был в прекрасном настроении, ласково потрепал её по голове и с неожиданной нежностью сказал:
— Пойдём, купим ещё.
С этими словами он вдруг что-то вспомнил, отпустил её и протянул свою нетронутую лепёшку с молочным ароматом:
— Пока ешь эту.
Гу Ваньцин облизнула губы, в глазах загорелся жадный блеск. Она улыбнулась ему и взяла лепёшку, осторожно откусив кусочек, а потом снова посмотрела на Вэй Чэня.
Боялась, что он вдруг снова приблизится и откусит у неё из-под губ.
Вэй Чэнь понял её мысли, уголки его губ тронула улыбка:
— Смело ешь. На этот раз не буду отбирать.
http://bllate.org/book/3284/362167
Готово:
