Се Хуэй плотно сжала губы, опустила голову и стремглав бросилась в класс.
На ходу она услышала голос стоявшего на возвышении моложавого парня в молочно-белой одежде:
— Прошу прощения, студенты. Ваш преподаватель Ли внезапно уволился, и мне тоже поручили вести вашу группу в экстренном порядке. С сегодняшнего дня я — ваш новый куратор в этом потоке вольнослушателей отделения одиночного боя, класс Б. Позвольте представиться: моя фамилия Куан, Куан с двумя ушками на письме, а личное имя — Лин.
Услышав это, Се Хуэй машинально остановилась как вкопанная.
Она повернула голову и воочию увидела, как новый куратор выводит на доске своё имя.
Куан Лин.
Куан Лин… Разве это не сын её коллеги Куана Дая? Тот самый Куан Лин, у которого имелся явный талант, но вместо научной работы он подался в одиночный бой?!
Се Хуэй остолбенела, уставившись на Куан Лина.
Вот оно что. Десять лет прошло, надо же, как этот парень изменился! Так сильно похудел, неудивительно, что лицо показалось ей знакомым…
Пока Се Хуэй пребывала в ступоре, Куан Лин уже сошёл с возвышения и остановился прямо перед ней:
— Ты ведь Се Хуэй, да? Специально опоздала?
Се Хуэй:
— …
— Нет-нет-нет, — замахала она головой, словно китайским барабанщиком.
— По-твоему, на уроке базовых знаний нечему учиться? — снова спросил он.
Се Хуэй:
— …
— Нет-нет-нет, — теперь она раскаивалась так сильно, что ей хотелось колотить себя в грудь.
— Ладно, знаю я, какая ты тихоня и пай-девочка, даю тебе шанс, — произнёс Куан Лин, доставая из кармана кольцо-меха и протягивая ей. — Ступай тренироваться с мехой, разомнешься заодно.
Се Хуэй уставилась на отпечатанную на колечке эмблему в виде головы старика:
— …
Черт, да это же та самая «меха для дедушек», которую она сама и создала!
…
Се Хуэй чуть не вывернуло наизнанку от укачивания на этом дедушкином агрегате.
Когда она конструировала эту штуковину, то изначально целилась в то, чтобы наказывать ею учеников, поэтому сделала меху особо норовистой и намеренно перевела в режим повышенной сложности. Всё ради того, чтобы каждый проштрафившийся студент получил незабываемый (адский) опыт.
Кто бы мог подумать, что карма настигнет её так быстро… Се Хуэй была готова плакать.
Слезши с этой мехи, она едва переставляла дрожащие ноги.
— Гляньте-ка на эту из Звезды Под Номером. Полгода уже тут крутится, а всё та же безнадега, даже с одной простой штрафной мехой совладать не может!
— И чё её вообще понесло к нам из этой Звезды Под Номером? Раз Шочуань великодушно выделил ей место бесплатной вольнослушательницы, она и впрямь возомнила себя одаренной. Если бы не её нищета, стал бы Шочуань ради поддержания собственного имиджа в обществе кого-то вроде неё принимать?
— Точно. Полгода в статусе вольнослушательницы ходит, а от одной мысли о мехе её всю трясет. На каждом экзамене плетется в хвосте, из-за неё одной вечно падает успеваемость всего класса!
Увидев, как Се Хуэй вылезает из кабины, одноклассники, только что перешедшие от первой половины теоретического урока к практическим занятиям, принялись наперебой шушукаться.
— Эй, Чжоу Ибинь, и после всего этого она ещё рассчитывала просить тебя о наставничестве, чтобы ты подтянул ей оценки?
— Она же столько раз к тебе приставала, неужто тебе самому не противно? Привязалась, как банный лист!
Среди говоривших раздался презрительный голос крупного, похожего на гору парня по имени Чжоу Ибинь:
— Чего бояться какой-то девчонки из Звезды Под Номером? Понятно же, что она зарится на смазливую внешность да высокие баллы. Возомнила о себе весть что, поставить её на место — плевое дело!
— И то верно, ха-ха-ха-ха-ха…
Се Хуэй не слышала, о чём шептались в стороне. Утирая пот со лба, она вдруг увидела перед собой человека, который грубым тоном бросил:
— Эй, из Звезды Под Номером, ты же вечно рвалась в ученицы к моему мастерству? Держи.
Чжоу Ибинь извлек шёлковый платок с вышитым гербом своего клана и протянул Се Хуэй.
В империи шёлковые платки с родовыми гербами знатных семейств служили важным символом высокого статуса. Обычно ими обменивались лишь в знак дружеского расположения, что означало желание сблизиться с человеком. Наблюдавшие за этим одноклассники немало удивились:
— Чжоу Ибинь, ты что, и впрямь собрался с ней дружить и помогать ей с оценками?!
Чжоу Ибинь лишь усмехнулся и промолчал, ожидая, пока Се Хуэй примет вещь.
— Спасибо, — выдохнула та, принимая платок и тяжело дыша от усталости.
— Разве ты не хотела, чтобы я обучил тебя управлению мехой и помог поднять успеваемость? Так вот, для начала признай его своим дедушкой, отвешивай ему по три земных поклона и девять раз бей челом каждый день, а видео выкладывай на общественный форум. И вот когда эта вещица соизволит признать, что ты тоже чего-то стоишь, и сжалится стать твоим дедушкой, тогда я… — самодовольно вещал Чжоу Ибинь, но на полуслове вдруг осекся.
Едва взяв платок, Се Хуэй без малейших раздумий сперва тщательно вытерла им пот со лба и шеи, затем смахнула пыль с обуви, а после, будто вспомнив о чём-то, вывернула изнаночной стороной наружу и смачно высморкалась.
— Се Хуэй, твою мать, ты что творишь?! — взревел разъяренный Чжоу Ибинь. — Разве не ты умоляла меня взять тебя в ученики и научить обращению с мехой?
— А, в ученики… — Се Хуэй посмотрела на дородную фигуру Чжоу Ибиня и внезапно сообразила, что это, должно быть, давняя договоренность прежней владелицы тела с этим парнем. — Ой, у меня сейчас со временем туго, может, подождешь? Как-нибудь в другой раз попрошусь в ученики?
Раз уж это тело теперь принадлежало ей, становиться чьей-то ученицей и осваивать пилотирование мех она, разумеется, не собиралась.
Чжоу Ибинь: ？？？ С чего это вдруг такое ощущение, будто это он бегает за ней?!
У него моментально подскочило давление:
— Какого хрена ты несешь?! Что значит в другой раз попросишься и мне нужно подождать?!
— Да так, — ответила Се Хуэй. Заметив, что на платке вышита какая-то родовая эмблема, она наконец поняла к чему всё шло и добавила: — Извини, у меня действительно дела, так что в ученики я к тебе не набьюсь. И вовсе не потому, что я свысока на тебя смотрю. На самом деле тебе не стоило дарить мне столь дорогую вещь — я человек не такой уж меркантильный и на происхождение не смотрю…
— Черт побери, Се Хуэй, я вообще не об этом! А ну верни платок! — Чжоу Ибинь едва не лопался от злости.
— Ладно, раз ты не считаешь меня меркантильной, — с некоторым сомнением оглядывая измятый в комок платок, промолвила Се Хуэй, — но раз уж я его так уделала, пожалуй, оставлю себе. Разве дарить платки не означает обмениваться любезностями ради дружбы? Только у меня сейчас платка нет, возьми пока это, а я потом раздобуду другой и верну тебе долг.
С этими словами Се Хуэй извлекла из кармана салфетку, разгладила её и протянула Чжоу Ибиню.
В следующий миг среди одноклассников раздался не сдержавший общего веселья взрыв хохота.
— Ах ты ж твою мать! — гнев Чжоу Ибиня достиг предела. Разумеется, брать салфетку он не стал и, сделав два шага вперед, попытался схватить Се Хуэй за горло.
— Вы что удумали?! Снова хотите схлопотать дисциплинарное взыскание за драку на уроке?! — Раздался голос подоспевшего Куана Лина, следившего за порядком на тренировке, и Се Хуэй тут же спряталась за его спиной.
— Но, преподаватель Куан, она… — обиженным тоном протянул Чжоу Ибинь.
— Нарушает правила на уроке — это моя забота. А вот распускать руки — это уже совсем не дисциплинарный вопрос, — сурово оборвал его Куан Лин. — За срыв учебного процесса с тебя пятьдесят раз переписанных правил, сдай после занятий.
— Преподаватель Куан…
— Закрой рот.
Не смея больше возражать, Чжоу Ибинь бросил на Се Хуэй убийственный взгляд и удалился.
Се Хуэй с недоумением почесала затылок: надо же, какой экстремал, раз не может заполучить желаемое, так сразу норовит уничтожить?
— Чего стоишь? — обернулся к ней Куан Лин. — Одна штрафная меха так тебя умотала? На обычных тренировках вольнослушателей тебя тоже что-то не видать было. Или хочешь, чтобы я лично занялся твоей дополнительной подготовкой?
— Ой, нет-нет, в этом нет нужды, — поспешно отказалась Се Хуэй, наотрез не желая больше садиться в меху, и тут же добавила: — Я тренируюсь сама, просто постоянно хожу на занятия.
— Тренируешься? — Куан Лин смерил её взглядом. — Поговаривают, на тех точках, куда обычно ходят вольнослушатели, тебя почти никто не видел.
— Ну да, туда я не хожу, — с невинными глазами принялась бесстыдно врать Се Хуэй. — Нагрузка на тренировочных точках для вольнослушателей слишком слабая, поэтому я хожу заниматься в самые сложные сектора, там у меня каждый день высокие нагрузки. Всё равно результаты посещаемости тренировочного зала Шочуаня публикуют только в середине семестра, так что Куан Лин всё равно не сможет проверить, ходила она туда или нет.
— Мм, продолжай, — Куан Лин немигающим взглядом уставился на неё.
Се Хуэй:
— …
На душе внезапно стало не по себе.
Раньше это она следила за Куаном Лином и видела насквозь любую его ложь, а теперь роли поменялись.
Се Хуэй потупилась:
— Я и правда тренируюсь на тех участках с повышенной нагрузкой…
— Раз так, напиши отчёт. Раз уж ты ежедневно ходишь на тренировки в зоны с высокой нагрузкой, у тебя наверняка накопилось немало опыта? Как раз сейчас Военно-учебный комитет собирается отбирать одаренных одиночных бойцов для спецподготовки. Напиши мне отчёт на десять тысяч иероглифов, я его отредактирую, глядишь, Военно-учебный комитет тебя и выберет?
Се Хуэй:
— …Преподаватель Куан, я правда не вру.
— Знаю-знаю, — изогнул брови Куан Лин. — Сдай отчёт на десять тысяч иероглифов до следующего вторника.
Се Хуэй:
— …
Вот уж поистине кара небесная.
Постояв немного на месте, Се Хуэй промолчала и лишь бросила на Куана Лина долгий взгляд.
Он уже собирался спросить, не осталось ли у неё ещё каких возражений, если она чем-то недовольна, но заметил, как Се Хуэй с выражением затаенной беспомощности и горького разочарования в глазах покачала головой и направилась прочь.
Куан Лин: ?
На мгновение ему померещилось лицо некоего далёкого знакомого из прошлого, а затем, осознав происходящее и глядя в удаляющуюся спину Се Хуэй, он почувствовал, как в нём закипает праведный гнев.
Что это за взгляд у неё был? Кто здесь кому вообще учитель?!
Примечания автора:
Ежедневное обновление в 12 часов дня.
http://bllate.org/book/32788/4011296
Готово:
