Фань Бяо молчал. Выходит, ты и впрямь так сильно любишь людей, что еще тысячу лет назад создал для них второй рай! Но неужели ты не понимал, что люди всегда остаются самими собой — живыми, способными плакать, смеяться, бороться, иметь веру? Они созданы богами, но независимы от них. Даже если боги исчезнут, человеческий род не прервется...
— Что это? — удивленно воскликнул У Бо. Вдали виднелся пруд, сплошь заросший лотосом, сливавшийся с горизонтом: изумрудные листья, алые цветы, и конца им не было видно.
Они торопливо зашагали вперед и среди бескрайних зарослей лотоса увидели хрустальный гроб, переливающийся на солнце всеми цветами радуги.
В гробу тихо спал человек. Из-за расстояния удавалось разнести лишь общие очертания, но Фань Бяо с первого же взгляда узнал этот силуэт — тот самый образ, на который он за тысячелетия насмотрелся бесчисленное множество раз. То был Фа Чжи, одновременно до боли ненавидимый и вызывающий тоску, пронизывающую до самого сердца.
Сделав несколько стремительных шагов, Фань Бяо подлетел к хрустальному гробу. Лицо человека осталось прежним — острым, словно зимний ледяной ветер, чей блеск никому не под силу затмить. Только теперь он так безмятежно покоился здесь, напоминая брошенное в желтые пески и забытое копье, на которое так и тянет взглянуть, вытащив наружу.
Он легко взмахнул рукой, раздался грохот, и крышка хрустального гроба со стуком рухнула вниз, но спавший внутри человек не выказал ни малейших признаков пробуждения.
— Почему?.. — пробормотал Фань Бяо.
— Если он сам не захочет проснуться, ты не пробудишь его, даже если уничтожишь эту Чистую Землю, — раздался голос с небес. Голос незнакомца звучал невероятно красиво, каждое слово было выговорено с изысканной мелодичностью, напоминая неторопливую музыку из шкатулки — необычайно нежную для слуха.
Едва замолкнув, из зарослей лотоса показалась фигура: человек в длинных белых одеждах, чьи три тысячи прядей черных волос были лишь слегка перевязаны шелковой лентой. Глаза его напоминали цветы персика, но совсем не такие красивые, как у Фань Бяо — в них сквозило чувственное очарование, каждое движение ресниц и малейший изгиб бровей источали соблазн. И при всей точеной фигуре и безупречном лице невозможно было принять его за женщину, отчего У Бо даже остолбенел.
Это точно лисица, на этот раз точно лисица! — мысленно выругался У Бо.
Фань Бяо же при виде этого человека замер, и вовсе не из-за его неземной красоты, а потому, что тот исчез ровно тысячу лет назад вместе с исчезновением Фа Чжи.
— Братец... А Янь...
У Бо впервые слышал, чтобы Фань Бяо назвал кого-то братцем, да еще и таким послушным тоном. Подумать только, поистине редкое зрелище...
— Погодите, ты ведь его... воплощение?
А Янь кивнул и произнес:
— Я действительно его воплощение, но я также и А Янь, какая разница?
— Братец А Янь, почему ты здесь? Ты ведь с самого начала знал, знал, что Фа Чжи здесь, знал, что я ищу его, так почему же ни разу не сказал мне? — Глаза Фань Бяо покраснели, и то ли от злости, то ли от чего-то еще ему вдруг стало невыносимо тяжело на душе. Наверное, оттого, что из двух дорогих его сердцу людей один прятался от него целую тысячу лет, а второй, прекрасно все зная, наблюдал за ним со стороны, как за шутом...
— Маленький Фань Бяо, выслушай меня, это воля Фа Чжи. Он взял с меня слово ни в коем случае не говорить тебе, поэтому... — испуганно затараторил А Янь. — Его погружение в сон — тоже его собственное решение. Он говорил, что столкнулся с неразрешимой задачей, и сон, возможно, поможет ему во всем разобраться.
— Ха... — тихо усмехнулся Фань Бяо. Разве в этом мире существовало что-то, с чем Хундунь не мог справиться? Фань Бяо опустился на колени, прислонившись к хрустальному гробу, и тихо произнес: — Неужели ты не хочешь просыпаться? Я хочу знать: если я уничтожу Царство Мертвых и лишу людей возможности перерождаться, ты проснешься тогда?
— Ты сошел с ума?! — в ужасе воскликнул А Янь. Уничтожить Царство Мертвых означало уничтожить мир смертных! Тогда блуждающие души лишатся места для перерождения и хлынут в мир живых, превратив его в настоящий Ад!
У Бо молча кивнул: он считал, что Фань Бяо действительно тронулся рассудком. Сказать такое — уничтожить Царство Мертвых? Подумаешь, плюнуть и растереть...
Фань Бяо ничего не ответил. Он безумно улыбался, его плечи мелко дрожали, а затем он сделал взмах рукой перед собой, и из ниоткуда возник целый ряд странного пламени. В отличие от прежнего синего Адского Пламени, это сияло кристально-белым светом, напоминая крошечное облачко.
А Янь при виде этого заметно успокоился и перевел дух. У Бо же ошеломленно наблюдал за происходящим. Неужели и правда сожжет?
Белое дивное пламя взмыло ввысь и вмиг превратилось в жуткий синий огонь, который вихрем понесся во все стороны. От изумрудных листьев до едва пробившейся молодой травы — чужеродное пламя распространялось с непостижимой для глаз скоростью. Не прошло и мгновения, как эта сказочная Чистая Земля перестала существовать. Но пламени этого показалось мало, и оно ринулось к Подземному Морю. Бурлящие воды Подземного Моря всколыхнулись, словно в предсмертных судорогах; души умерших плакали, вопили и метались в панике, но все было тщетно. Спустя время, требуемое лишь на чашку чая, некогда величественное Подземное Море исчезло бесследно...
У Бо провел руками по телу — кожа теплая, он все еще жив, как чудесно...
Однако Фань Бяо не собирался останавливаться.
— Доволен ли ты теперь? — произнес он. — А если нет, я продолжу!
Его голос еще не затих, как человек в гробу резко распахнул глаза. Фань Бяо был вне себя от радости и уже собирался заговорить, но вдруг ощутил острую боль: тот, о ком он тосковал дни и ночи напролет, в самый первый миг после пробуждения насквозь пронзил его грудь...
Подземное Море (3)
Больно... Алые капли крови падали на лотосовый пруд, распускаясь новыми бутонами...
Этот человек оказался до жути жесток. Не воспользовавшись ни мечом, ни клинком, он просто погрузил руку, некогда дарившую тепло, прямо в его грудь, оставив зияющую дыру и превратив сердце в кровавое месиво...
— Кхм... — изо рта Фань Бяо хлынула кровь. Запрокинув голову, он лучезарно улыбнулся Фа Чжи и промолвил: — Братец А Янь говорил, что если ты не захочешь просыпаться, тебя никто не дозовется. Но видишь? Я все-таки разбудил тебя, ха-ха... Фа Чжи, ты ведь все еще должен мне ответ, ты... кхм... помнишь об этом?
Фа Чжи в упор смотрел в глаза Фань Бяо. Он отчетливо понимал, что видит этого человека впервые в жизни, но почему-то ему казалось, будто он бесчисленное количество раз глядел в эти глаза, полные надежды и скрытой печали — одновременно такие знакомые и бесконечно далекие...
Резким движением вытащив руку, он подумал, что от столь странного существа, не то человека, не то демона, лучше держаться подальше.
Заметив, что Фань Бяо сейчас упадет в лотосовый пруд, А Янь забыл о недавнем шоке и бросился вперед, подхватил Фань Бяо на руки и вернулся к У Бо.
http://bllate.org/book/32762/4007956
Готово:
