Тишину ночи нарушила череда звонких трелей.
— Малой.
— Говори.
Приняв звонок, Ци Хаань услышал голос Нин Кайюаня, и его затуманенный взгляд мгновенно прояснился. Он приподнялся на локте и включил прикроватную лампу. Настенные часы показывали два часа ночи, а расслабленные во сне мышцы внезапно напряглись.
— Молодому господину Шу стало плохо. — Голос Нин Кайюаня звучал несколько тяжело. — Впрочем, не беспокойтесь, молодой господин, приступ уже удалось купировать.
— С доктором Чжаном связались? — Ци Хаань быстро перевернулся и соскользнул с кровати, двигаясь ловко и грациозно, с выправкой атлета.
— Связались, доктор Чжан уже в пути.
— Хорошо, позаботьтесь о нём.
Ци Хаань повесил трубку, небрежно бросил телефон на постель и, обнажённый, направился в гардеробную, соединенную со спальней.
— Дядя Нин, Брат Хань, он приедет? — едва Нин Кайюань вошёл в комнату, раздался хриплый, прерывистый голос.
Лежавший на белоснежной широкой постели юноша выглядел утончённо и бледно, его затуманенные глаза сияли влажным блеском, а губы выделялись ярким пятном на фоне бледного лица — сейчас, покусывая их зубами, он лишь сильнее придавал им манящий, залитый кровью алый оттенок.
Нин Кайюань посмотрел на юношу, затаившего дыхание в ожидании ответа, и его брови чуть подрагивали:
— Молодой господин ничего не сказал, но велел мне хорошо о тебе позаботиться, а доктор Чжан скоро будет.
— Дядя Нин, не стоит беспокоить доктора Чжана, мне уже лучше.
— Он уже в пути. Отдохни пока, а я спущусь вниз за стаканом тёплой воды.
— Угу.
Раз он не упомянул, что приедет, значит, точно не появится. Шу Жань закрыл глаза, и в голове стало еще тяжелее.
Час спустя.
— Молодой господин? — Нин Кайюань проводил доктора Чжана до выхода и, едва шагнув в гостиную, увидел, как из спортивного автомобиля выбирается Ци Хаань. Он удивленно шагнул навстречу: — Вы приехали.
Ци Хаань на ходу кивнул Нин Кайюаню и перевел взгляд на доктора Чжана:
— Как Сяо Жань?
— Молодому господину Ци не о чем беспокоиться. Это всего лишь легкая нежелательная реакция, вызванная пищевой аллергией, ничего страшного. Впредь просто необходимо тщательнее следить за питанием.
— Разве я не велел вам строго контролировать то, что ест Сяо Жань? — взгляд, которым Ци Хаань окинул Нин Кайюаня, показался острым.
— Молодой господин Шу~
— Брат Хань, дело не в дяде Нине, я просто съел что-то не то на улице. — Шу Жань, одетый в тонкую майку и свободные шорты, оперся о резные деревянные перила второго этажа и с улыбкой на губах спустился вниз.
— ... — Ци Хаань быстрым шагом направился к нему. Едва носкИ туфель Шу Жаня коснулись второй ступеньки лестницы, как его уверенно и крепко заключили в объятия широкой, мускулистой груди. — Дядя Нин, проводи доктора Чжана.
— Слушаюсь. — Нин Кайюань понимающе кивнул, выпроводил доктора из дома и плотно прикрыл за ними дверь.
— Задыхаешься, а всё туда же — на лестницу? — Длинные и сильные руки обвились вокруг поясницы Шу Жаня, легко отрывая его от пола. Глядя на совершенно бескровное лицо того, кто был у него на руках, Ци Хаань нахмурился: — Жизнь надоела?
— Всё в порядке, правда… всё хорошо. — Шу Жань выдавил из себя улыбку. Должно быть, вышло ужасно уныло, подумалось ему.
— С чего это тебя вдруг потянуло поесть вне дома? — Ци Хаань уложил Шу Жаня на большую кровать, а затем натянул тонкое одеяло, тщательно укутав его.
По дороге он торопился, и теперь в горле пересохло от жжения. Заметив на прикроватной тумбочке недопитый стакан кипячёной воды, Ци Хаань схватил его и сделал жадный глоток.
— Не надо~ — запротестовал было Шу Жань, но вода уже полностью исчезла в горле Ци Хааня. — Это же… я допивал.
— Ты что, думаешь, у тебя СПИД? — Ци Хаань опустил стакан, усмехнулся, глядя на Шу Жаня, а затем протянул палец и приподнял его прохладный подбородок. — Впрочем, даже если бы у тебя был СПИД, от стакана воды мне бы вряд ли передалось, разве только…
— Брат Хань~ — заметив, как дьявольски Ци Хаань высунул кончик языка, Шу Жань отвернулся в сторону, но поскольку его подбородок удерживала рука Ци Хааня, в сторону мог устремиться лишь его взгляд.
— Покраснел. Какая прелесть.
Ци Хаань тихо усмехнулся и наклонился, оставляя лёгкий, словно касание воды, поцелуй на холодных губах Шу Жаня. Глядя, как бледные лепестки губ чуть подрагивают от волнения, он мгновенно заметил, как они сами собой наливаются алым румянцем.
Ци Хаань сдержал внутренний порыв, подушечкой большого пальца легко огладив эту мягкость, и сдержанно прикусил собственные губы — то ли по воле воображения, но после поцелуя на губах Шу Жаня остался едва уловимый сладковатый привкус.
— Ты так и не ответил, с какой стати тебя вчера понесло обедать в город?
— Это был выпускной вечер. — Шу Жань попытался приподняться, чтобы поговорить с Ци Хаанем, но тот в ту же секунду сжал пальцы на его подбородке сильнее, и ему пришлось лишь опустить глаза на лежащее поверх него одеяло и прошептать: — Брат Хань, я ведь окончил старшую школу.
— Угу, я знаю. — Как мог он не знать, хотя они и не виделись уже целых два месяца? — И что же вы ели?
— А?
— Понятия не имеешь, от какого именно блюда тебе стало плохо?
— Наверное… наверное, крабы. — Лицо Шу Жаня слегка покраснело, невольно покрываясь смущением. Он знал, что крабы находятся под строгим запретом для астматиков, и боялся, не подумает ли Брат Хань, что он просто обжора. — Я… я съел всего чуть-чуть, думал, ничего не будет.
— Любишь крабов? — Ци Хаань нежно провёл рукой по его волосам, отчего Шу Жань на мгновение замер.
— Д-да нет, одноклассница положила в тарелку, вот я и… съел пару кусочков.
— Мм. — В тусклом свете лампы глаза Ци Хааня казались глубокими и загадочными, скрывающими нечто такое, чего невозможно было постичь.
В комнате на мгновение воцарилась тишина.
— Брат Хань, прости, что сорвал тебя среди ночи, — первым нарушил молчание Шу Жань. — Тебе… разве не хочется спать?
— Вспоминать об извинениях только сейчас — это как-то лишено всякой искренности. — Ци Хаань тяжело взъерошил мягкие волосы в своей ладони и поднялся на ноги.
В отличие от Шу Жаня, только-только попрощавшегося со школьной скамьей, Ци Хааню исполнилось двадцать пять — возраст расцвета и дерзкой мужской юности. Когда он поднялся и потянулся, плотные, крепкие мышцы натянули хлопковую футболку с коротким рукавом, беззастенчиво демонстрируя силу их обладателя. А если прибавить к этому внушительный рост в метр восемьдесят шесть, от которого веяло некоторой надменностью, и длинные, тренированные тхэквондо ноги, то его фигура ни в чём не уступала лучшим топ-моделям.
— … — Добавьте к этому точёные скулы, мужественную и красивую внешность, а также талант и железную хватку руководителя, способного в одиночку управлять Концерном «Ци» и командовать тысячами людей. От этого мужчины, излучавшего безграничный шарм с головы до ног, невольно терял голову каждый.
Шу Жань почувствовал себя ничтожным и опустил изгнанный из поля зрения подбородок. Будь между ними какие-то иные отношения, возможно, в нём и нашлась бы доля гордого мужества стоять перед этим совершенным мужчиной и изливать ему свои сокровенные чувства.
Но ему было суждено не иметь такого шанса в этой жизни.
— Ты… ты уже уходишь?
Заметив, что Ци Хаань собирается сделать шаг от кровати, Шу Жань в испуге приподнялся.
— Лежать! — в голосе Ци Хааня, отдавшего приказ, послышались леденящие нотки. Это была привычка, выработанная годами, хотя он вовсе не желал так обращаться с Шу Жанем. — Я спущусь ненадолго вниз и сразу вернусь к тебе.
— Хорошо… хорошо.
Шу Жань торопливо повторил слово дважды, выказывая свой страх перед уходом Ци Хааня. Проводив глазами его силуэт, растворившийся за дверью, он снова опустился на постель, искривив губы в слабой улыбке и глядя в потолок.
Ци Хаань достал из холодильника бутылку холодного напитка и сделал большой глоток, отправляя ледяную жидкость прямиком в желудок. Одна капля сорвалась с его уголка рта и, скользнув по безупречной линии горла при запрокинутой голове, миновала выдающийся кадык и скрылась в ткани хлопковой футболки.
Ци Хаань швырнул пустую бутылку, сунул руку за воротник и стер ту каплю влаги. Тонизирующий напиток был цвета кофе и легко мог запачкать белоснежную ткань футболки.
Он опустил взгляд на свою одежду, и его выражение лица мгновенно смягчилось. В его гардеробе, за исключением этой вещи, не было ничего, кроме сплошных мировых брендов, но носить эту конкретную футболку было приятнее всего, ведь её подарил Шу Жань.
Ци Хаань достал еще одну бутылку, направился к обеденному столу, собираясь сначала налить воды в стакан и отнести наверх, но передумал и прямо с чайником поднялся на второй этаж.
— Всё ещё хочешь пить? — с улыбкой спросил Ци Хаань, глядя на Шу Жаня, не сводившего с него глаз.
— Нет. — Шу Жань покачал головой и, полуприподнявшись на локтях, посмотрел, как Ци Хаань открывает принесенный напиток. Немного поколебавшись, он произнес: — Брат Хань, от такого питья по ночам не уснёшь.
— Ты даже на свою постель меня пустить не хочешь, я и так бы не уснул. — поддразнил его Ци Хаань.
Шу Жань покраснел и поспешно подвинулся к краю кровати.
— Позвольте поинтересоваться, это вы меня сейчас приглашаете… в свою постель? — в его улыбке промелькнула дерзкая искра.
— Гостевая… — глаза Ци Хааня сузились в ожидании продолжения, — я же не знал, что ты приедешь, гостевая не убрана.
— Раз уж ты позволил мне лечь в твою постель, я так и быть согласен — выпью стакан кипятка. — Ци Хаань отставил напиток, поставил на постель стакан с водой и принялся расстегивать ремень.
Едва услышав звон металлической пряжки, Шу Жань предательски залился краской и отвернулся в другую сторону.
Ци Хаань стянул брюки и, опустившись коленями на матрас, продемонстрировал рельефные мышцы икр, от которых у любого мужчины перехватило бы дыхание. — Помнишь эту футболку?
— П-помню. — На груди футболки красовалась лишь простая красная линия, похожая на кардиограмму. Ровно три года назад он обегал целый квартал, чтобы купить этот подарок на день рождения Брата Ханя. У него самого была точно такая же, но надеть её он так и не осмелился.
К тому же Брат Хань никогда не узнает, что таких футболок на całym белом свете всего две.
— Ну что же… теперь я собираюсь снять с себя твой подарок, тебе не грустно?
— … —
— Иначе почему у тебя такой обиженный вид и ты даже смотреть на меня не хочешь?
— Н-нет, ничего подобного. — Шу Жань в панике поднял голову и нос к носу столкнулся с Ци Хаанем, который как раз задирал майку, обнажая рельефный пресс.
— Красиво? — Ци Хаань сложил футболку вдвое и бросил на тумбочку, а лежавшие на полу брюки издали тихое шуршание.
— Н-нормально вроде.
— Что значит «нормально»! — скулы Ци Хааня чуть шевельнулись.
— М-мне захотелось пить. — Горло вдруг пересохло.
С улыбкой на губах Ци Хаань откинул лёгкое одеяло и вытащил Шу Жаня из-под него. Тот издал сдавленный звук, а когда попытался приподняться, стакан уже коснулся его нижней губы.
Шу Жань послушно сделал пару глотков, а Ци Хаань с улыбкой потрепал его по волосам и вернул стакан на место.
— А ты сам не будешь?
— Кто это тут заявлял, что не позволит мне пить то, что он не допил?
Тоска еще не успела отразиться на лице Шу Жаня, как его губы оказались во власти Ци Хааня. В панике он зажмурился, чувствуя необычные ощущения от того, как чужой язык скользит туда-сюда между его губами.
Шу Жань изо всех сил сжал зубы, боясь выдать себя звуком, а напряжение и сдерживаемые эмоции проступили даже на его бледном лице. К счастью, красноту, уже успевшую залить его глаза, Ци Хаань разглядеть не мог.
Ловкая рука легко скользнула под майку Шу Жаня, и горячая ладонь Ци Хааня легла на его прохладную спину, успокаивающе оглаживая напряженные линии.
Даже этот неполный, неглубокий поцелуй заставил сердце Шу Жаня забиться почти на пределе возможностей.
Ци Хаань отвёл язык, но прижался своими губами к мягким губам Шу Жаня, легко потирая их напоследок — словно смягчая завершение этого поцелуя.
— Брат Хань, — Шу Жань открыл глаза в объятиях Ци Хааня, пытаясь унять колотящееся сердце.
— Мм? — А вот сердце самого Ци Хааня только-только начало учащённо биться.
— Зачем… зачем ты меня поцеловал? — Ха-а…
— Потому что, — Шу Жань затаил дыхание в ожидании ответа, и Ци Хаань, крепко обнимая его, произнёс: — с твоего уголка рта сорвалась капля, а мне как раз нужно было её поймать.
http://bllate.org/book/32761/4007818
Готово:
