Четверо участников были одеты в командную форму, и лишь Хо Син выделялся среди них: когда костюмер протягивал ему одежду, он наотрез отказался её надевать. Делать было нечего — времени до начала и так не хватало, поэтому пришлось сниматься в том, в чём был.
Трансляция началась. Ведущий обменялся с гостями дежурными любезностями, и камера переключилась на всю пятёрку.
Капитан заговорил первым. Му Му с прохладной улыбкой посмотрел в объектив:
— Всем привет, я Му Му.
После него по очереди поздоровались и остальные.
— Я Ии.
— Я Дан Лэн.
— Я Янь Янь.
Когда камера дошла до Хо Сина, она задержалась на пару секунд. Хо Син улыбнулся: хотя это был всё тот же человек, сейчас казалось, будто его овеял слабый свет — в нём появилось куда больше непринужденности и раскованности, чем в том затравленном Хо Сине, к которому все привыкли.
Экран тут же запестрил летящими комментариями, заполнившими монитор целиком:
А-а-а-а, Му Му такой красавчик!
Я явился, я явился!
Мамочка Ии любит тебя, я здесь, а-а-а-а!
Янь Янь сегодня ещё краше, чем вчера.
Дан Лэн — истинный красавец в древнем стиле, каждое движение и улыбка полны очарования.
Почему этот Хо Син такой не командный?
Хо Син, вали отсюда, разве не говорили, что он катится из шоу-бизнеса?
Наверное, и вправду катится, раз ему даже командную форму не дали.
Отмечаюсь: Хо Сина сегодня уже заблокировали или нет?
Хо Син издал короткий скептический смешок:
— Всем привет, я Хо Син.
Интервью продолжалось. Хо Син по-прежнему выглядел донельзя беспечным, словно происходящее его совершенно не касалось, лишь изредка бросая взгляды на экран и видя, что ругань в его адрес не прекращается.
Камер было несколько, поэтому ведущий тоже попадал в кадр, находясь сбоку. Вопросы для интервью были тщательно отобраны заранее, и лишь последний пункт предполагал живое общение с пользователями сети: артисты должны были сами выхватывать комментарии из чата.
Ведущий:
— Первый вопрос: какими людьми, по вашему мнению, являются ваши товарищи по команде?
Перед началом интервью они все вместе прогнали сценарий: какие вопросы будут задаваться, кто на какой отвечает и что говорить категорически запрещено — всё это было строго оговорено заранее.
— Я отвечу, я!
Лай Ии был самым бойким среди них. По задумке именно на него возлагалась роль разогревающего публику: стоило в разговоре возникнуть неловкой паузе, как Лай Ии тут же подхватывал инициативу и переводил тему на что-нибудь другое.
— Му Му производит впечатление очень холодного человека, который обычно не любит разговаривать, но на самом деле он ужасно заботится о товарищах по команде.
Комментарии в чате:
[Это точно, точно! Нашшлись тут хейтеры, которые обзывали его букой с кислым лицом, а на самом деле наш старший брат такой нежный!]
[Поддерживаю, хейтеры, хватит воду мутить.]
[Спасибо Ии за добрые слова о нашем Му Му, я аж прослезился.]
……
Лай Ии заметил выражение лица Брата Вана и, поняв, что всё делает правильно, перешёл к следующему участнику:
— Янь Янь — на самом деле просто большой ребёнок. С виду у него скверный характер, но навроке он мягок, а язык лишь кажется острым.
— Дан Лэн — такой душевный старший товарищ по соседству. Он берёт на себя большую часть заботы о нашем ежедневном рационе и быте. Кстати, он еще тот любитель здорового образа жизни!
— Ну а про себя, ха-ха-ха, — Лай Ии улыбнулся в камеру, сделав утрированно-милое выражение лица, — я всеобщей любимчик нашей группы.
Хо Син насмешливо изогнул губы.
233 [Лай Ии — флюгер при любой погоде. Отец ворочает миллиардами, но он всего лишь внебрачный сын, так что в кругу богатой золотой молодежи держится скромно. Ориентация — гомосексуал, сохнет по Му Му.]
Все остальные послушно и непринужденно рассмеялись вслед за Лай Ии. Спустя какое-то время Лай Ии, будто внезапно что-то вспомнив, перевёл взгляд на Хо Сина. В отличие от предыдущих представлений, на его лице теперь почти не осталось улыбки, а черты напряглись и сжались в неудовольствие.
— Да, кстати, ещё есть Хо Син... Он на самом деле всегда такой простоватый, милый, хм...
Что было дальше, Хо Син слушать уже не стал — в этот момент он вёл мысленный диалог с 233.
Хо [Запись вырезана?]
233 [Записано, хозяин. Когда потребуется?]
Хо [Чуть позже перекинь в мой телефон. И не забудь проконтролировать трансляцию.]
233 [Понял.]
Слова Лай Ии, прозвучавшие столь двусмысленно, уже успели взбудоражить чат.
[Фу, тошнотворно. Какой-то мелкий неудачник, о котором даже товарищи по команде не могут сказать ничего хорошего.]
[Ии, ты и так всё сделал отлично, не трать силы на оправдания этого хс.]
[То, что он тупой — это факт. А вот насчёт милого — сомневаюсь.]
[Конченая блядь!]
[Интересно, какой старый пузатый папик его содержит?]
[Держитесь от моего старшего брата подальше!]
[Разве он не собирался валить?]
……
Интервью продолжалось, вопросы сыпались один за другим, но Хо Син выглядел так, словно о нём напрочь забыли — ни единого вопроса ему не досталось.
Лишь в самом конце, во время интерактивной части с комментариями, Брат Ван подал знак из-за кулис, и Хо Сина, стоявшего до этого на самом краю, в ходе взаимодействия с публикой постепенно передвинули в самый центр кадра.
Хо [233, всё готово?]
233 [Слушаюсь!]
Ведущий:
— А теперь мы переходим к нашей интерактивной части! Давайте вытянем карточку и посмотрим, кто начнет первым.
Все пятеро по очереди вытянули карточки с порядковыми номерами.
Без всякой интриги Хо Сину достался первый номер. Получив карточку, он тут же продемонстрировал её всем.
Ведущий, будучи профессионалом своего дела, мгновенно изобразил крайнее удивление:
— Первым участником интерактива становится наш Хо Син! Ну что, Хо Син, взгляни-ка на наш экран.
Взяв предложенный ведущим телефон, Хо Син огляделся по сторонам: вокруг пестрели объективы камер прямой трансляции. Он усмехнулся — всё шло именно так, как он планировал.
[Он что, только что улыбнулся?]
[Почему у него такая странная улыбка?]
[При всей неоднозначности, он чертовски хорош собой. Жаль только, что такой красавчик решил пойти по лёгкой дорожке.]
[Может, он собрался прямо здесь объявить об уходе из шоу-бизнеса?]
[Предыдущий, ну зачем же на такую мерзость ещё и из-за лица любоваться...]
[У меня такое чувство, что сегодня он какой-то другой.]
[Предыдущий, дело, наверное, в манере держаться. Раньше разве посмел бы он так смотреть в камеру? Сразу бы в кусты ушёл. Помню, во время одной из прошлых трансляций его прямо в прямом эфире довели до слёз, и этот его жалкий вид я до сих пор помню, ха-ха-ха.]
[И правда, как-то странно всё это.]
[Я тут нагадал по звёздам: сегодня точно стрясётся что-то грандиозное.]
……
Красивые губы Хо Сина чётко запечатлел объектив трансляции. Взглянув на бегущую строку комментариев, он негромко произнёс:
— Когда уже Хо Син скатится из шоу-бизнеса?
Каждое слово звучало раздельно, чётко и без малейшей эмоциональной окраски.
[Охренеть-охренеть-охренеть-охренеть-охренеть!]
[Охренеть, мать твою!]
[Предыдущий, ты мне чуть перепонки не порвал.]
[Да неужели он решился на это всерьёз?]
[Спасите, мне правда кажется, что он сильно изменился.]
Не успел никто опомниться, как Хо Син вдруг громко, почти истерично рассмеялся. Ни съёмочная группа, ни Брат Ван никак не ожидали подобного трюка.
[Он что, с катушек съехал?]
[Неужели у артистов и правда настолько слабая нервная система?]
[Если сошёл с ума — пусть топает в психиатричку.]
……
Цын!
На стол со стуком полетел смартфон. На экране трансляции отлично было видно интерфейс диктофона, а сам аппарат принадлежал никому иному, как Хо Сину.
Глава 4. Аудиозапись, повергшая в шок всю мою семью
Сначала из динамика раздался резкий глухой удар, будто что-то рухнуло на пол, сопровождаемый тихими всхлипываниями.
— Умоляю, оставь меня в покое...
Хриплый голос юноши, срывающийся на плач и мольбы о помощи.
— Не надо, а-а!
— Отпусти меня, ради бога!
Следом посдвигался скрип двигаемого стула и размеренное дыхание кого-то другого.
— Ты хоть знаешь, кто мой отец? Ха-ха, конечно не знаешь. А ведь популярное нынче шоу Танцуй, юноша принадлежит компании моего старика! Знаешь, сколько лет оно держится на плаву?
Юноша продолжал плакать. Судя по звукам, мужчина попытался дотронуться до него, но тот снова оттолкнул его, отчего мужчина распалился ещё сильнее:
— Чудно. Лицо у тебя вышло просто заглядение, а нищий бродяга мечтает пробиться наверх? Ха? Пойдёшь со мной — и я устрою тебя в это шоу. Стоит мне лишь попросить отца, и ты попадёшь в дебютный состав, станешь знаменитым. Ну как тебе?
Голос юноши наконец подал знак, но это был всё тот же срывающийся крик отказа:
— Мне не нужно! Оставь меня, умоляю...
— Оставить тебя? — мужчина издал издевательский смешок. — Твои родители уже продали тебя мне, хочешь ты того или нет, а придется подчиниться.
Запись начала смазываться, превращаясь в какофонию шумов, пока всё не перекрыл громкий звук, похожий на звон разбитого стекла.
— Не подходи ко мне, не... не подходи... — Подойдёшь ещё хоть раз — я полосую себя, руки прочь... умоляю... не надо...
Последняя фраза звучала как предсмертный хрип на краю пропасти, дыхание юноши не прекращалось ни на секунду, напоминая метания пойманного в клетку дикого зверя перед самым побегом.
Мужчина ничуть не испугался, в записи отчётливо расслышался его короткий смешок:
— Малыш, да ты кровью истекаешь, ха-ха-ха... Сейчас ты нравишься мне ещё больше. Думал, я испугаюсь? Всё интереснее и интереснее. Давай договоримся так: я делаю тебя знаменитым, дарю тебе высшее человеческое наслаждение, а ты будешь покорно ложиться подо мне. Ну как? Полгода, всего полгода, и в течение этого срока я не стану тебя беспокоить. Ах да, твои приёмные родители тоже будут в полном порядке. А я... я как следует с тобой поиграю, так ведь гораздо веселее.
Запись резко оборвалась.
В студии интервью и в самой трансляции воцарился полный хаос. Чэньян попытался отключить эфир в ту же секунду, но как ни бились за куласами техники, трансляция упорно не прерывалась. Брат Ван бросился к телефону ещё в момент воспроизведения и попытался закрыть запись, но звук продолжал нестись на всю площадку.
Несколько минут аудиозаписи превратили съёмочную площадку в сущий бедром, остановить который было невозможно. А в интернете творилось такое, будто кто-то растревожил осиный рой.
— Хо Син!
Услышав запись, Брат Ван был готов придушить эту мелкую тварь прямо на месте. Оглядев разорванную в клочья обстановку студии — перевернутое оборудование, валяющийся повсюду мусор, заливающихся потном сотрудников, — он понял, что прошли всего какие-то пару минут, а казалось, будто минули целые века.
Под крик Брата Вана все наконец перевели взгляды обратно на эту неприметную фигуру Хо Сина.
— Ну как, понравился вам мой подарок?
Хо Син неизвестно когда уже отступил в сторонку, но объектив камеры всё ещё неотступно следовал за ним. Он всё так же стоял перед камерой, окутанный аурой какой-то жуткой хвори, а на губах его застыла издевательская ухмылка.
http://bllate.org/book/32755/4006551
Готово:
