Она зашагала прочь, Ли Мяоинь последовала за ней.
— Так когда у тебя появится время?
Вэнь Цзые не ответила. Наступила долгая тишина, и лишь когда Ли Мяоинь выбежала за ней из беседки и остановилась рядом, она тихо произнесла:
— Больше никогда.
В этот же миг небо прорезала молния, озарив ночной мрачный пейзаж и позволив Ли Мяоинь разглядеть лицо Вэнь Цзые.
Её тёмные глаза потухли, на лице не было ни живой души.
— …Что ты такое говоришь? — растерянно заморгала Ли Мяоинь.
Кап, кап — застучали крупные капли.
Пошел дождь.
— Я говорю, — Вэнь Цзые закрыла глаза и шумно втянула воздух: — Давай расстанемся.
Шквал прохладного ветра ворвался в окно, заставив Вэнь Цзые очнуться от воспоминаний. Она увидела, что на улице идет дождь, и затяжная духота последних дней схлынула в один миг. Стоя у окна, она наблюдала, как дождевые капли на подоконнике становились всё крупнее, а весь город словно жаждущая воды рыба жадно впитывал дары природы.
Она прикрыла окно, заправила за ухо прядь чёрных волос, упавших на щеку, и собрала сохнувшую на балконе одежду.
Добравшись до рубашки, которой они когда-то обменялись с Ли Мяоинь, Вэнь Цзые замерла. Сняв её, она сжала ткань в руке и почувствовала, как ладонь обжигает теплом.
Верно, эту вещь она так и не вернула хозяйке.
Вэнь Цзые развесила остальную одежду в шкафу, оставив лишь эту рубашку лежать на диване, и растерянно уставилась на неё.
Её разгорячённая недавним сетевым ажиотажем голова наконец остыла, и теперь ей приходилось смотреть правде в глаза и столкнуться со своим нынешним положением.
Уговаривать Ли Мяоинь и в самом деле было непросто. С её нынешним статусом ей почти ни перед кем не нужно было заискивать — напротив, все остальные выстраивались в очередь, умоляя об услуге, так с какой стати ей соглашаться на участие в каком-то чужом шоу?
Вэнь Цзые потрогала себя за щеку.
Неужели ради их прежней дружбы?
Но разве это можно назвать дружбой?
Скорее уж — отношениями бывших любовниц.
Вэнь Цзые сникла.
В её памяти снова и снова всплывало лицо Ли Мяоинь в машине: её яркий взгляд, бледное, словно покрытое инеем лицо, лишённое каких-либо эмоций, и длинные ресницы, опустившиеся и скрывшие излишне пронзительные глаза, оставив лишь холод:
— Выходи из машины.
Вэнь Цзые почесала в затылке.
Собеседница выглядела крайне неприступной.
Вэнь Цзые вздохнула.
В этот момент зазвонил телефон, и Вэнь Цзые ответила.
Весёлый голос Ни Хун затараторил:
— Цэнь Лань сказала, что ты ходила караулить кинозвезду! Ну как успехи? Сумела блеснуть перед ней профессиональными навыками и взять её голыми руками?
Вэнь Цзые скривила губы:
— Я тебе не павлин, чтобы хвост распускать.
Ни Хун громко рассмеялась:
— Сейчас как раз тот самый момент, когда тебе необходимо распустить хвост. Если не распустишь, у нас в шоу и правда придётся менять гостью.
Выражение лица Вэнь Цзые изменилось, и она с замиранием сердца спросила:
— Режиссёр Ни, кого ты собралась звать?
— Вторую главную героиню из фильма «Важные события маленького города». В конце концов, я же договорилась со старшей сестрой, что этот выпуск станет промо-акцией в поддержку их фильма. Раз госпожа Ли отказывается участвовать в шоу, мне приходится искать кого-нибудь ещё. И вот вторая актриса ответила, что у неё есть свободное время, только вот наш стрим пройдёт в Хэндяне, она сейчас там на съёмках, — Ни Хун цокнула языком и добавила: — Будем снимать в отеле в Хэндяне. Пожалуй, это наш первый выездной стрим на съёмочную площадку, м? Кто знает, может, эффект от выпуска будет просто взрывным?
Вэнь Цзые понимала, что Ни Хун пытается её утешить. В конце концов, исполнительница роли второго плана — всего лишь малоизвестная актриса, а сейчас, после триумфа Ли Мяоинь, всё внимание зрителей приковано исключительно к исполнительнице главной роли. И хотя выбор локации в Хэндяне всё еще казался новинкой для их шоу, из-за невысокой популярности актрисы рейтинги вряд ли взлетят до небес.
Вэнь Цзые вспомнила слова Цзи Цзяньчжи:
[Даю тебе месяц на то, чтобы популярность шоу перевалила за десять тысяч.]
Она невольно стиснула зубы — на кону стояло её будущее.
— Режиссёр Ни, давай ещё попробуем, — произнесла Вэнь Цзые. — Если уж совсем не получится заполучить госпожу Ли, тогда ладно.
Ни Хун изумилась:
— Ты всё ещё хочешь попытаться? Я ведь тоже пробовала связаться с её агентом, настрой у той был мягко говоря не очень.
Мягко говоря не очень? Да просто ужасный, именно поэтому Ни Хун и сдалась.
— Давай попробуем ещё раз, а если уж не выйдет — тогда оставим это дело, — ответила Вэнь Цзые.
Ни Хун на том конце провода легко покачала головой:
— У тебя есть максимум неделя. На следующей неделе у нас уже съёмки шоу.
— Хорошо.
Положив трубку, Вэнь Цзые вновь почувствовала растерянность. Слова-то она сказала, но пока понятия не имела, с какой стороны подступиться.
У неё не было контактов Ли Мяоинь, её заблокировали в WeChat, не в личные же сообщения в соцсетях снова лезть.
Прислонившись затылком к спинке дивана, Вэнь Цзые принялась лихорадочно соображать, вновь прокручивая в голове всё до мелочей, что произошло в машине.
То, что Ли Мяоинь тогда приехала на своей машине, стало для Вэнь Цзые сюрпризом. Раз та позволила ей сесть в салон, значит, давала шанс, которого она не удержала.
Вэнь Цзые знала Ли Мяоинь: если та к кому-то не лежит душа, она ни за что не позволит этому человеку вторгаться в её личное пространство — у неё было очень развито чувство территориальности.
Поначалу Вэнь Цзые этого не знала: отправившись домой к Ли Мяоинь, она чуть было не постирала её любимую игрушку-обнимашку. Ли Мяоинь три дня не разговаривала с ней, и лишь после того, как Вэнь Цзые извелась уговорами и пообещала выполнить кучу самых неловких и постыдных вещей, та соизволила вновь обратить на неё внимание.
Так неужели она снова в чём-то ошиблась?
Она помнила, как Ли Мяоинь назвала её фальшивой фанаткой.
В молчании Вэнь Цзые подошла к телевизионной тумбе и выдвинула картонную коробку, доверху забитую дисками.
За эти годы у неё появилась привычка: вместо цифровых копий она предпочитала записывать музыку или хорошие фильмы на диски и запускать их через проигрыватель. Именно поэтому дома у неё скопилось немало раритетного старья, и все эти диски составляли её многолетнюю коллекцию.
Порывшись внутри, Вэнь Цзые вытащила один с надписью: Фильмы Ли.
Она перебирала их один за другим — накопилась целая увесистая стопка, и каждый диск хранился в идеальном состоянии в акриловом боксе.
Выбрав один, Вэнь Цзые вставила его в плеер, и на экране тут же сменилась картинка, явив лицо Ли Мяоинь.
Вэнь Цзые молча уставилась на экран.
Это лицо разительно отличалось от холодной маски в реальной жизни — здесь оно оживало самыми разными эмоциями.
Вот она выражает недовольство, пугается, строит забавные гримасы или смущается.
Подперев рукой щеку, Вэнь Цзые не могла постичь, как человек, столь ледяной в реальности, на экране проживал совершенно иные судьбы.
Режиссёрский почерк в этой картине был довольно неуклюжим, однако именно эта лента оставалась любимой работой Вэнь Цзые.
Всё потому, что мимика Ли Мяоинь здесь была живой и непосредственной — в ней ещё не чувствовалось мастерства будущей зрелой актрисы, и сквозь кадры проступали следы её неуверенной, робкой игры.
Это была первая работа Ли Мяоинь.
Вэнь Цзые словно заново открывала для себя прошлую Ли Мяоинь.
Досмотрев фильм в тишине, она вспомнила слова, сказанные Ли Мяоинь в пору их отношений:
— В сети сейчас популярна одна тестовая задачка.
— Какая же? — лениво перелистывая сценарий, отозвалась Вэнь Цзые.
— Если человек, которого ты безумно любишь, решит с тобой расстаться, что бы ты предпочла — овдоветь или развестись?
Вэнь Цзые лениво рассмеялась, и на её губах заиграла лукавая ухмылка:
— Это зависит от того, сделала ли вторая половина что-то предосудительное по отношению ко мне.
Ли Мяоинь покачала головой:
— Неважно, было что-то или нет. Пока я люблю её, если она вздумает уйти — лучше бы ей умереть.
Вэнь Цзые в отчаянии приложила руку ко лбу.
Выходит, по мнению Ли Мяоинь, идеальный бывший партнёр — это тот, кто ведет себя так тихо, словно он уже на кладбище, верно?
И надо же было ей вылезти снова — неужели та лишь хотела поглазеть на то, как она кривляется на сцене наподобие шута горохового?
Вэнь Цзые погрузилась в раздумья, и в её голове быстро созрел план.
Раз уж той хочется представления — она сыграет именно так, как та желает.
Упустить нынешнюю возможность для интервью она не имела права.
***
Ли Мяоинь была невероятно утомлена после очередного промо-мероприятия бренда.
В период проката фильмов, ради повышения узнаваемости, её неизменный агент Юй Е вечно заваливала её работой.
Вернувшись за кулисы и собираясь прилечь, Ли Мяоинь увидела Юй Е, которая, посасывая чай с шариками и растеряв всю солидность матёрого звёздного агента, подошла и протянула ей стаканчик с кофе.
— Ты у меня просто умница, на вот, попробуй кофе от своих преданных фанатов.
Ли Мяоинь бросила беглый взгляд на стакан — на нём красовалась наклейка её фан-клуба.
— Деньги перевела?
Многие поклонники из стремления поддержать кумира покупают напитки или сувениры съёмочной группе и сотрудникам. Ли Мяоинь не одобряла подобные траты, но бороться с этим было тяжело, а зная, что многие фанаты — еще совсем дети без собственных доходов, она всегда возвращала деньги в двойном размере, стоило кому-то занести подарок.
— Ну ещё бы, спрашиваешь! Конечно, перевела сполна, только вот… — Юй Е нахмурилась. — В фан-клубе говорят, что это не их рук дело. Мол, личная инициатива какой-то одной поклонницы, и сейчас они пытаются её отыскать.
Ли Мяоинь не особо вникала в подобные детали:
— Разбирайся сама, как знаешь.
Юй Е издала ворчливый звук, похожий на цыканье кормилицы.
К кофе Ли Мяоинь притрагиваться не стала, отставив его в сторону и принявшись смывать макияж, пока Юй Е, уткнувшись в телефон, выбирала для них еду.
Полдень давно миновал, а во второй половине дня предстояли новые съёмки, поэтому заказать перекус можно было только доставкой прямо сюда. Юй Е уточнила:
— Будешь лапшу? Местные морепродукты в пряном бульоне тут очень хвалят.
Ли Мяоинь покачала головой:
— У меня в последнее время аллергия, нужно посидеть на диете.
— Тогда заказать что-то из жареного на воке?
— Мне хватит миски рисовой каши, — ответила Ли Мяоинь. — Себе заказывай всё, что душенька пожелает.
Юй Е кивнула:
— Ладно, тогда я возьму…
Раздался громкий стук в дверь.
— Извините, ваша доставка!
Юй Е с удивлением посмотрела на Ли Мяоинь и пошла открывать. На пороге топтался зажатый охранник, который боялся заглянуть внутрь и, стараясь не блуждать взглядом по комнате, выпалил:
— Курьеров внутжать не велели, так что начальник смены попросил меня передать заказ.
Юй Е приподняла брови, поблагодарила его, забрала пакет и, глянув на адрес, убедилась — да, всё верно, заказано для Ли Мяоинь.
Сверху на пакете красовалась та же наклейка фан-клуба. Снова тот самый таинственный незнакомец?
Поставив пакет на стол, Юй Е вскрыла упаковку: защитные ленты не были нарушены, значит, есть можно. Она открыла крышку и обнаружила там порцию лёгкой рисовой каши, аппетитные хрустящие пикантные соленья, а также несколько коробочек с овощными блюдами и рисом. Позаботились обо всех — и о главной звезде, и о её свите.
— А этот человек чертовски внимателен к деталям, — заметила Юй Е.
Ли Мяоинь слегка нахмурилась, глядя на угощение на столе. Эта отлаженная до блеска комбинация казалась ей смутно знакомой и до боли напоминала излюбленные уловки какого-нибудь богатого сынка, ухлёстывающего за девушкой.
http://bllate.org/book/32715/4000681
Готово:
