Оставь-ка напоследок хотя бы одну песню. Сколько лет провёл в грезах, пусть и не добился громкого имени, но всё же это была удивительная пора. Он тоже дорожил своей гордостью и не хотел ждать, пока реальность отхлещет его пощёчинами прямо по лицу, чтобы протрезветь. Раз уж настанет день, когда всё стихнет, лучше уйти с достоинством — собрать манатки и смыться самому.
В тот год подходил к концу третий курс университета, ему исполнилось двадцать лет, и он уехал далеко за границу. Если подумать, университетская жизнь так и не сложилась до конца, и он решил, что съемки вот такого душевного музыкального клипа станут для него прощальным подарком к выпуску.
Поэтому он нанял автора текстов, стилистов и съемочную группу, спустил целое состояние и отправился в Бэхай снимать свою финальную работу.
Он хотел устроить яркий финал, как следует допеть последнюю песню, отвесить поклон друзьям-фанатам и спокойно уйти из индустрии. Задумка была просто отличной, вот только кто же знал, что фейерверк, который должен был громыхнуть в небе, заглох, даже не успев толком зажечься.
Вот блин.
В этот момент раздался телефонный звонок, прервав меланхоличные размышления Ю Иня.
Вообще-то вытаскивать человека из передряги — прямая обязанность менеджера, но у Мао Се связей, пожалуй, было даже меньше, чем у него самого, так что надежды на него никакой.
Ю Инь отроду не опускался до того, чтобы вымаливать о чём-то других артистов, да еще у бывшего однокурсника. Стоило ему заговорить, как он замялся и заикнулся: — А-а, Чу Хо, слушай, ты меня еще помнишь? Ха-ха-ха, это я, Ю Инь, ты ведь не занят?
На том конце провода замялись, словно приложив немало усилий, чтобы вспомнить, и ответили: — О, помню.
Ю Инь постарался сделать голос звонче, удерживая интонацию в рамках дружелюбия, не переходящего в раболепие: — Ха-ха-ха, тут такое дело, ты ведь сейчас в Сямыне, да? Я тоже...
Не успел он договорить, как Чу Хо мягко перебил его: — Правда? Приехал на отдых? Как здорово, будет время — сходим пообедать, старый друг, в Сямыне неплохие морепродукты.
— Пообедать? — Возможно, из-за излишнего волнения Ю Инь не уловил скрытого смысла, а вместо этого счёл это странным. С чего вдруг звать его на обед? Неужели он выразился недостаточно ясно, и собеседник не понял, что ему нужна помощь? Он тревожился, но прерывать было неловко, поэтому ему пришлось подхватить чужую нить разговора: — Можно, я тебя угощу.
Пропустив этот момент мимо ушей, он торопливо вернулся к тому, о чём хотел спросить: — Я просто хотел попросить тебя...
И его снова мягко прервали: — Давай в другой раз, ладно? Я тут немного занят, поправляю макияж, мне вот-вот на сцену.
После этих слов лицо Ю Иня побелело, и до него наконец дошло.
С чего бы старому приятелю, с которым сто лет не общались, вдруг звонить? Если не на свадьбу или похороны деньги собирать, так наверняка с какой-нибудь просьбой. И в том, и в другом случае — сплошная головная боль.
Чу Хо нёс всякую чушь лишь бы завуалированно отказать, а он-то, дурак, не понял и всё пытался вернуть разговор к делу. Собеседнику просто надоело с ним сюсюкаться, и тот высказался прямым текстом.
Ю Инь присел на корточки прямо там, где стоял, и короткими, окрашенными в здоровый розовый цвет ногтями нервно ковырял пуговицу на пиджаке. Ему было так неловко, что даже подбородок задрожал: — Ох, тогда извини за беспокойство. На самом деле у меня и дела-то особого нет, иди занимайся.
— Ага-ага, созвонимся.
Вызов тут же сбросили.
Даже уйти с достоинством не получилось! Какая к чертям разница с покойником, у которого нет гроба!
Глава 5
Даже после завершения звонка Ю Инь не поднялся — так и сидел в углу, обхватив колени руками, подавшись вперед и уставившись расфокусированным взглядом в небо, где пролетала птица.
— Знаешь, на кого ты сейчас похож?
Ю Инь медленно, с абсолютно пустым лицом и расфокусированными глазами повернул голову. Цвет его кожи казался пепельным, точь-в-точь как выпавшие кадры в старом аниме.
Мао Се подошел с маленьким вентилятором в руке, присел на корточки, развернул прибор в сторону Ю Иня, чтобы на того дул прохладный воздух, тяжело вздохнул и произвел: — На ребенка-аутиста.
Да какой там аутист — он уже был близок к самоубийству.
Ю Инь плотно сжал губы. Губы у него были пухлые, а уголки естественным образом приподняты вверх, так что в сомкнутом состоянии их форма невероятно напоминала древние золотые слитки в виде полумесяца.
Лицо сплошь на удачу, чертовски располагающее к себе, поэтому выражение крайнего терпения на нем выглядело так, будто его незаслуженно обидели.
— Чего ты пришел? Пустые фоны уже отсняли? Разве я не говорил снять ту скульптуру со всех сторон в идеальном качестве?
— Да изсняли уже вдоль и поперек.
Ю Инь молчал.
— Кого это ты вызванивал? — Мао Се понятия не имел о тайных планах Ю Иня сбежать, он лишь считал, что раз тот занимается музыкой с такой самоотдачей, то это чистейшая любовь к делу, граничащая с фанатизмом, от которого даже немного жаль становится.
— Скажи мне, может, я что-то придумаю.
Чёлка Ю Иня колыхалась от слабого потока прохладного воздуха, и он бесстрастно произнес: — Чу Хо.
— Чу! — Мао Се от потрясения чуть лица не лишился. Сообразив, что орал слишком громко, он мгновенно взял себя в руки, закрутил головой по сторонам, словно шпион, и повернулся обратно: — Да ты охренел, мать твою, как ты посмел...
Чу Хо — восходящая молодая звезда, переквалифицировавшаяся в последние годы из певца в актеры. До первой величины он еще не дотягивал, но перл шел мощный — разве их уровню светишься с такими людьми крутиться?
— Братец, а ты знаешь, какое сегодня число? — Ю Инь поднял глаза, его взгляд был совершенно потухшим.
— Девятое, а что?
Ю Инь ровным голосом ответил: — Начиная с завтрашнего дня и в течение недели пройдут две церемонии и один благотворительный вечер. Прямо сейчас, если не считать тех, кто застрял на съемках, и таких бедолаг, как я, которых никто не звал, большинство артистов тусуются в Шанхае и Пекине. А дальше, вплоть до самого конца года, знаешь, что начинается? Сезон светских тусовок!
Ему еще приходилось объяснять такие банальные вещи. Перед лицом Мао Се он наконец-то отыгрался, но радоваться этому было совершенно нечему.
Ю Инь бесстрастно продолжил: — Здесь в любом случае толком нет никаких кино- и телепроектов, так что уже неплохо, если в округе отыщется хоть кто-то знакомый мне.
— А... — Мао Се неловко замолчал. Он только недавно получил повышение и еще не успел обзавестись подобными знаниями.
Выдавив из себя пару нервных смешков, он перевел тему: — А с каких это пор вы знакомы с Чу Хо?
Парень-то на пике популярности, по крайней мере, при появлении в трендах его имя у большинства на слуху! Не то что они — Мао Се до сих пор смеялся, стоило ему вспомнить, как кто-то назвал Ю Иня колыбельной.
— Если мне не изменяет память, я вроде как твой единственный подопечный? — Ю Инь был ошеломлен железобетонной уверенностью в голосе Мао Се и метнул в его сторону обвиняющий взгляд.
— Ты вообще наводил справки, прежде чем брать меня под свое крыло? — Следующие слова вылетали одно за другим, тон выдавал предельное терпение: — Мы с ним из одной альма-матер, с одного потока и даже из одной группы. Самые настоящие сокурсники целых четыре года.
http://bllate.org/book/32697/3997793
Готово:
