Так сильно спешил развестись, а теперь говорит такое...
Неужели он вдруг понял, что с ним на самом деле чертовски хорошо в постели?
Да уж, разве могло быть иначе? Что попросят — то и скажешь, какую позу назовут — такую и примешь. Спасибо той проклятой ABO-книге: все позорные вещи, которые Чжань Синцяо за всю жизнь не делал, он выполнил одну за другой.
Чжань Синцяо хотел бы задать этот вопрос, но опускаться до такого самоунижения он не мог.
Он медленно выдохнул, и этот выдох был похож на вздох.
— Господин Дай, давайте на этом закончим.
.
Хотя он так и сказал, но ведь он только что упал со второго этажа! В тот день на съёмочной площадке было столько народу, на улице стоял невероятный шум, и сейчас вовсю ходили конспирологические теории о том, что его кто-то столкнул. Объявлять о разводе в такой момент — не значит ли это намеренно подливать масла в огонь сплетен о богатых и влиятельных? Ни для Чжань Синцяо, ни для Дай Сыяна это не сулило ничего хорошего.
Как назло, следующие полмесяца Чжань Синцяо должен был провести на съёмках, так что обоим было лучше сохранить те отношения без взаимных встреч, о которых они договаривались при обсуждении соглашения о разводе. А когда буря уляжется, пойти забрать свидетельства и уже через три-четыре месяца объявить обо всем официально.
Дай Сыян неизвестно о чём думал, но в тот день даже попытался остаться, чтобы помассировать ему поясницу, за что был выдворен короткой фразой Чжань Синцяо: «Не занимайся ерундой».
Чжань Синцяо толком и не отдохнул — на следующий день он уже вернулся на съёмочную площадку.
Сейчас он снимался в исторической дораме. Из-за того, что в тот раз всё зашло слишком далеко, едва вернувшись, он постоянно чувствовал, что как-то не так ставит ноги при ходьбе.
К счастью, все знали, что он недавно упал со второго этажа, поэтому никто ничего не обсуждал и трюковых сцен ему не поручали.
Режиссёр, увидев его возвращение, аж остолбенел:
— Синцяо, неужели эта роль для тебя так важна?
Хотя их проект и располагал большим бюджетом, как ни крути, это всё же были малые экраны.
Для Чжань Синцяо, обладателя звания кинозвезды, это определенно не шло ни в какое сравнение с ресурсами высшего уровня, и даже некоторые прохожие считали его съёмки в сериале падением с небес на землю.
Чжань Синцяо стоял с прямой спиной, облаченный в чиновничье одеяние пятого ранга, на голове красовалась черная шапка ушамао. Выглядел он невероятно благопристойно, а держался и вовсе безупречно.
Он кивнул режиссёру с суровым и серьезным выражением лица:
— Каждая роль для меня важна.
— ... Ладно, не зря он кинозвезда, ответ образцовый.
Чжань Синцяо сосредоточил все свои мысли на актёрской игре и пробыл на съёмочной площадке целую неделю.
Наступило лето, их исторические костюмы состояли из трех слоев одежды сверху и трех снизу, а на вторую половину дня как раз выпали уличные съемки. Под палящим солнцем все обливались потом; Чжань Синцяо не любил потеть, но его костюм промок насквозь.
Стоило режиссёру крикнуть: «Снято!», как вялые от жары актеры, словно сушеная рыба, тут же бросились в тень.
Будучи главной звездой всей съёмочной группы, Чжань Синцяо единолично владел шезлонгом. Едва он успел сесть, как Ци Шаньшань протянула ему стакан с прохладительным напитком.
— Братец Цяо, это парень главной актрисы привез на съемочную площадку и угостил всю группу.
Чжань Синцяо на секунду замер, взял стакан, но пить не стал.
После окончания последней сцены было уже за шесть часов вечера, небо постепенно темнело.
Усталый Чжань Синцяо устроился на заднем сиденье машины.
Съёмочная площадка находилась довольно далеко от города, и он тихо заснул.
На полудреме машину резко тряхнуло от экстренного торможения.
Водитель не удержался и тихо выругался:
— Куда он прется, водить вообще умеет?
Чжань Синцяо проснулся.
Он открыл глаза и глянул в окно:
— Верно, сначала завези меня домой.
Ци Шаньшань опешила и осторожно спросила:
— В какой дом?
— На Виллу Дунцзин, — Чжань Синцяо потер заднюю часть шеи, чувствуя всеобщую слабость в теле. — Мне нужно заехать за одной вещью.
Хотя недавно он и поссорился с Дай Сыяном, из-за дисбаланса регуляции феромонов ему приходилось в моменты усталости прибегать к помощи альфа-феромонов, чтобы восстановить силы.
Ничего не поделаешь, кто виноват, что он всего лишь хрупкий омега уровня B!
Домчал до виллы — и Ци Шаньшань лишилась дар речи.
В те два дня после падения ее брата Цяо они с Дай Сыяном выглядели так, будто снова собирались пожениться. Но когда Ци Шаньшань, успокоившись, попыталась зайти издалека и расспросить обо всем, Чжань Синцяо лишь с головной болью переносицу помассировал:
— Ничего подобного, у нас с ним давно уже нет никаких чувств.
Да какие же это «нет чувств», если ты его за руку держишь, какие «нет чувств», если позволяешь себя с ложечки кормить!
И вот теперь, когда Ци Шаньшань едва-едва смирилась с этой мыслью, она увидела, как Чжань Синцяо вышел из машины, подошел к двери, привычно ввел пароль, привычно повернул ручку и вошел внутрь так непринужденно, словно возвращался в собственный дом, оставив Ци Шаньшань растерянно хлопать глазами посреди двора.
Ты бы хоть из вежливости в дверь постучал?!
Она боялась, что если генеральный директор Дай всерьез разозлится, ее брат Цяо пострадает — в конце концов, при росте под метр девяносто и соответствующем складе характера от Дай Сыяна так и веяло подавляющей силой и агрессией.
Ци Шаньшань сжала зубы и, пока дверь не закрылась, тоже проскользнула внутрь.
В прихожей управляющий тоже замер при виде Чжань Синцяо и вопросительно уставился на него. Сам же Чжань Синцяо сохранял полное спокойствие.
— Где он?
— ...В кабинете, — управляющий перевел вопросительный взгляд на Ци Шаньшань.
Ци Шаньшань закрыла лицо руками.
Чжань Синцяо не говоря ни слова зашагал на второй этаж.
В доме повсюду витал легкий аромат цитрусов и лимона — это был запах феромонов Дай Сыяна.
Принюхавшись к нему, Чжань Синцяо почувствовал, как его угнетенное за всю неделю настроение слегка оживилось.
Чжань Синцяо прекрасно понимал: во всем виноват этот проклятый дисбаланс регуляции феромонов.
В норме омеги могут быстро восстанавливать силы, регулируя концентрацию феромонов, а прилив бодрости приносит радость — это все равно что досыта накормить голодного человека.
Нарушение же регуляции лишает омегу возможности самостоятельно контролировать уровень феромонов: морит голодом, когда тот не просил еды, и пичкает до отказа, когда сыт. Поэтому большинство страдающих этим расстройством омега в той или иной степени подвержены депрессии и вспышкам раздражительности.
Сейчас же, оказавшись в доме, пропитанном феромонами альфы, железа Чжань Синцяо получила временное успокоение, и волна радости мгновенно затопила его грудь.
Он быстрыми шагами направился к спальне.
http://bllate.org/book/32690/3996356
Готово:
