Бель здесь больше нечего, пойдёмте скорее. Он и впрямь не хотел больше оставаться в этом месте. Чэнь Нянь бросил взгляд на Бай Шэнханя, слегка опешил, кивнул, а затем последовал прямо за ним.
Шаги Бай Шэнханя всё ещё были немного неуверенными — казалось, недавний бег полностью истощил его силы. Юноша не опирался ни на кого, цеплялся за стену и брёл вперёд, спотыкаясь; его одинокий и заброшенный вид вдруг заставил Чэнь Няня почувствовать щемящую боль в сердце.
Он, похоже, и сам был таким же: после смерти матери он больше не мог отыскать ни капли любви. Чэнь Нянь изо всех сил старался вести себя плохо, словно надеясь, что когда он окончательно испортится, мать вернется и начнет ругать его. Но в один прекрасный момент он вдруг осознал, что этот человек уже никогда не вернется.
Чэнь Нянь поднял голову — Бай Шэнхань уже отошел далеко. Тонкая тень юноши казалась невероятно длинной. Смягчившись сердцем, он вдруг сорвался с места и заключил его в объятия.
— Не бойся, я здесь.
Руки Чэнь Няня легли на талию Бай Шэнханя, сильные руки крепко обхватили его, прижимая к себе так плотно, что не оставалось ни малейшего промежутка. Это было лучшее утешение, на какое он был способен, и лучшее, что пришло ему в голову в этот момент.
Внезапные объятия испугали Бай Шэнханя, и его тело инстинктивно попыталось вырваться. Это была естественная реакция испуганного животного, но вдруг он снова уловил знакомый запах — парфюм Чэнь Няня.
Очень чистый, яркий аромат, от которого исходило приятное ощущение. Бай Шэнхань хорошо знал этот запах, и поначалу отчаянные попытки вырваться постепенно сошли на нет.
Теплые объятия действительно до определенной степени развеяли усталость Бай Шэнханя. В объятиях Чэнь Няня он понемногу расслабился, его натянутые нервы наконец-то получили передышку, а следом за этим пришла накатывающая слабость.
Тело ослабело, сознание затуманилось, словно он пережил какой-то нелепый сон.
Бай Шэнхань прижался к груди Чэнь Няня, точь-в-точь как испуганный крольчонок, которого гладит хозяин. Тревожные мысли понемногу утихали, оба молча стояли безмолвно, но при этом он чутко уловил чужое сердцебиение.
Тук, тук, тук. Сильное, и на слух чуть-чуть спешащее. Словно ритмичные удары барабана, звучавшие весьма приятно. Думая об этом, Бай Шэнхань закрыл глаза, еще теснее прижавшись к чужой груди.
Осознав, что он только что внезапно обнял Бай Шэнханя, Чэнь Нянь в этот момент покраснел. Талия юноши была такой тонкой, что ее можно было обхватить одной рукой, а на ощупь она казалась мягкой. Ему стоило лишь опустить голову, чтобы увидеть, как тот прижался к нему, а его красивое лицо выражало полное расслабление.
В безлюдном переулке воздух казался несколько томным, когда проносился мимо них двоих. Чэнь Нянь не хотел смотреть вниз, но не мог сдержаться и украдкой поглядывал на него.
Он и сам не понимал, зачем поступает так. Парней красивее Бай Шэнханя он повидал немало, даже если взять каких-нибудь звезд третьей или четвертой величины — стоило ему раскошелиться, и они были бы готовы завязать с ним отношения, так почему же его потянуло именно к нему?
Тощего и прижимистого пушистого кролика, внешность которого можно было назвать разве что аккуратной, — тот явно проигрывал остальным. Но Чэнь Нянь почему-то проникся к нему чувством, и хотя он сам заключил его в объятия, его сердце все равно колотилось так, будто в барабаны били.
Бай Шэнхань обнимал Чэнь Няня довольно долго, постепенно приходя в норму и успокаиваясь в его объятиях. Он поднял голову, взглянул на него, а затем, осознав, что этот жест выглядит чересчур двусмысленно, пустился наутек со вспыхнувшим лицом и тихонько попросил о помощи:
— Я устал, Чэнь Нянь. Не мог бы ты отвезти меня домой?
Чэнь Нянь на мгновение замер. Это была первая просьба Бай Шэнханя о помощи. Раньше, чтобы ни случилось, этот человек всегда начинал разговор с отказа, и ему вечно приходилось силой навязывать свою помощь.
Глядя на слегка ослабевшего Бай Шэнханя, он уже не думал ни о чем другом. Возможно, в нем заговорило чувство вины, но Чэнь Нянь кивнул и усадил Бай Шэнханя в машину.
По дороге домой Бай Шэнхань так сильно устал, что заснул, окончательно и крепко погрузившись в сон. Чэнь Нянь бросил на него взгляд, и в сердце снова необъяснимо смягчилось — у него пропало всякое желание продолжать измываться над ним.
А ведь этот парень на самом деле довольно забавный, подумал Чэнь Нянь и довез Бай Шэнханя до дома.
Поцелуй
Видя, что Бай Шэнхань заснул в машине, Чэнь Нянь не стал его тревожить. Он сначала вышел, купил небольшую аптечку, принес ее в машину и бросил на заднее сидене.
После этого он припарковал машину прямо у его подъезда и, не делая ничего лишнего, просто опустил взгляд на спящего Бай Шэнханя.
Если уж на то пошло, они в некотором роде уже лежали и спали в одной постели целых два раза, но вот так наблюдать за тем, как человек спит, ему довелось впервые.
Как и всегда, засыпая, Бай Шэнхань выглядел очень послушным. Словно сбросив с себя все проявления отчужденности и бдительности, он весь казался таким мягким. У него совсем не было дурных привычек во сне, напротив, он выглядел даже мило.
На черных волосах осела пыль, из-за чего они казались чумазыми. У Бай Шэнханя были длинные ресницы, и во сне они слегка дрожали в такт дыханию, напоминая крылья бабочки.
Эта абсолютно безобидная поза во сне заставляла Чэнь Няня таращиться на него добрую минуту, не в силах оторвать глаз. Глядя на Бай Шэнханя, он неожиданно захотел улыбнуться, но стоило уголкам его губ чуть приподняться, как он тут же силой подавил эту улыбку. Он ведь не гей, мало того что пялится на какого-то мужика столько времени, так еще и ухмыляется — на что это похоже?
Сообразив это, Чэнь Нянь благополучно откинулся на спинку сиденья и принялся терпеливо ждать, пока тот проснется, но в итоге и сам задремал в машине, погрузившись в полудрему.Он проснулся от чьего-то очень пристального и горячего взгляда. Иногда люди способны чувствовать чужое внимание на себе; Чэнь Нянь в полусне даже ощутил легкое жжение, словно от ожога. Распахнув глаза, он сразу же увидел лицо Бай Шэнханя.
— Черт… Ты проснулся, — резкое пробуждение слегка дезориентировало Чэнь Няня, и его сознание еще какое-то время цеплялось за сон, прежде чем окончательно проясниться. В этот момент до него внезапно дошло: вообще-то, это он собирался караулить пробуждение парня, но в итоге вырубился сам.
Бай Шэнхань кивнул. Голос его немного охрип, и он тихо ответил Чэнь Няню:
— Я только что очнулся. Спасибо тебе.
Чэнь Нянь бросил взгляд на часы и понял, что спал совсем недолго — всего лишь припарковался и вздремнул полчаса, это трудно назвать полноценным сном. От этой мысли на душе стало чуточку спокойнее. Он протянул руку, потер глаза, открыл дверцу машины и вместе с собеседником поднялся наверх.
Убранство комнаты преобразилось до неузнаваемости. Работники уже полностью обставили квартиру новой мебелью, а та узкая, тесная кровать, от которой у него было такое удушливое чувство, исчезла. Теперь жилище хотя бы отдаленно напоминало настоящий дом.
Чэнь Нянь прошел внутрь, окинул комнату внимательным взглядом, кивнул, бросил аптечку на стол и потащил Бай Шэнханя к постели.
— Ну как новая кровать? Ты уже успел на ней поспать?
Бай Шэнхань кивнул и слегка смущенно ответил:
— Очень мягкая и удобная.Недавнее происшествие в переулке оставило на лице Бай Шэнханя следы пыли, да и в ходе стычки он получил пару легких царапин: на запястье и на лице виднелись ссадины разной степени, впрочем, не слишком серьезные.
Чэнь Нянь окинул его беглым взглядом, похлопал по краю кровати и мягко произнес:
— Садись поближе.
Бай Шэнхань растерянно замер, широко распахнув глаза — казалось, он совершенно не понимает, почему Чэнь Нянь вдруг стал таким мягким.
Пожалуй, видя, как сильно тот мнется и ломается, Чэнь Нянь не высидел на месте. Он поднялся, подошел к Бай Шэнханю ближе, навалился прямо на него, притирая к постели, и уселся верхом между ног мальчика, не давая тому сдвинуться с места, после чего тут же принялся стягивать с него одежду.
Потерявший дар речи Бай Шэнхань не мог выдавить из себя ни единой реакции, и в следующее мгновение футболка на нем уже была задрана. Опустив взгляд на синяки и ссадины на его талии, Чэнь Нянь почувствовал странный прилив жалости.
— Чэнь Нянь… Что ты делаешь?.. — спросил Бай Шэнхань, и в его голосе прозвучало чуть ли не упрека с обидой. В этой юношеской наивности послышалось что-то, что неожиданно заставило сердце Чэнь Няня сладко замереть, напомнив легкое кокетство.
Пытаясь поспешно скрыть собственные эмоции, Чэнь Нянь потер кончик носа, и его голос невольно стал чуть тише:
— Какое еще что делаю? Просто сиди смирно и не ерзай, я же не собираюсь тебя съедать.
Однако подобная близость лишь сильнее напугала Бай Шэнханя. Столь тесный контакт с представителем своего пола вызывал у него неприятное смущение, но сила Чэнь Няня была слишком велика, и вырваться не получалось.Неужели в такой ситуации это значит, что что-то должно произойти? Прижатый сверху и лишённый возможности двигаться мальчик не мог перестать думать о всяком, в его голове роились грязные и непристойные мысли, от которых он вмиг залился краской.
Взгляд Чэнь Няня на мгновение задержался на коже Бай Шэнханя, затем он приподнялся, взял со стола аптечку и поставил её рядом. Отщёлкнув застёжки, он достал оттуда средство от ушибов и растяжений, вылил немного на ладони и слегка разогрел целебную мазь.
— Только посмотри, до чего ты себя довёл. На талии сплошные синяки, да такие сильные, что посторонние ещё подумают, будто я тебя истязаю.
Во время стычки с шайкой Сунь Ваньчжи Бай Шэнхань неаккуратным движением поставил себе несколько синяков, и Чэнь Нянь заметил их ещё тогда, когда тот схватил его за руку и потащил за собой.
Из-за резких движений одежда юноши задралась, обнажая тонкую талию со следами побоев, которые особенно резко выделялись на фоне бледной кожи. Правда, в тот момент ему было не до чужих ран — он был целиком и полностью очарован, едва не потеряв рассудок... И всё же это зрелище было по-своему красиво.
У Бай Шэнханя была очень нежная кожа, такую безумно приятно было трогать руками. Тёплая, щедро смазанная целебной настойкой ладонь прижалась к его телу, и от разливающегося жара мальчик издал едва слышный, сдавленный стон. Он тут же сообразил, что мыслит вовсе не о том, и от стыда покраснел ещё сильнее, едва сдерживая смущение.
Не стоит думать о Чэнь Няне так плохо, ведь он вообще-то спас тебе жизнь, если бы не он... При этой мысли у Бай Шэнханя защемило сердце, и он, повернув голову, снова украдкой взглянул на Чэнь Няня. В этот момент он уже полностью погрузился в самовнушение, на лице не осталось живого места от смущения, и алый румянцем разлился по щекам, добравшись аж до самых кончиков ушей.
— Бай Шэнхань, — позвал его Чэнь Нянь. — В следующий раз будь осторожнее, если снова где-нибудь ударишься или покалечишься, я больше не стану с тобой возиться.
Кожа у этого паренька была невероятно гладкой, трогать её — одно удовольствие, вот только мяса на нём почти не было. Сплошные кости, даже немного жестковато рукам.
В любом случае нужно заставить его есть побольше, тело ведь совсем истощало, исхудало до неузнаваемости — наверное, поэтому в нём и не было никакой мужской стати? Размышляя об этом, Чэнь Нянь поднял голову и посмотрел на Бай Шэнханя, как раз вовремя столкнувшись с его пылающим от стыда лицом.
— Ты в порядке? — с лёгкой тревогой в голосе спросил он и протянул руку, чтобы коснуться лица юноши. Кожа от прилива крови была обжигающе горячей и пугающе красной. Сам он ничего не понимал и лишь опасался, не поднялся ли у того жар.
— Всё хорошо, — торопливо отвернувшись, пробормотал Бай Шэнхань. Чэнь Нянь находился к нему слишком близко: наклонившись, он почти касался его лица. Подобная двусмысленная поза невольно наводила на дурные мысли.
Когда они только попали в клуб, местный менеджер проводил для них небольшой ликбез. В программу входило и такое занятие, когда их запирали в комнате и заставляли смотреть всякие видеоролики, чтобы они постигали так называемые знания.
http://bllate.org/book/32597/3982952
Готово:
