Он тут же насторожился и машинально крепче сжал простыню в руках.
Сам он даже не заметил, что его тело застыло в той же позе, в какой он заправлял постель: на коленях на кровати, спиной к мужчине, наклонившись вперед и выгнув поясницу, отчего обтянутые шортами ягодицы оказались приподняты… А в руках — измятая простыня.
Лицо у него было белое, красивое, а выражение — чистое и невинное.
Слегка покусывая бледно-розовые губы, он нахмурился, словно был чем-то раздосадован.
Белая футболка, растянутая и с закручивающимися краями, то и дело сползала вниз, когда он тянулся к углам простыни.
Взгляд Бо Цзиюаня скользнул ниже, зацепившись за стройные светлые ноги; лодыжки казались такими хрупкими, что их можно было обхватить пальцами одной руки.
На самом деле, он так и сделал — с дурным, но живым любопытством ухватил Цэнь Мина за лодыжку и просто стащил его с кровати.
Цэнь Мин, застигнутый врасплох, растерялся:
— Ты чего творишь…
Бо Цзиюань хмыкнул, притянул его к себе и, придерживая за талию, не дал упасть на ковер.
Он потратил немало сил, препираясь с Чжоу Лянцзи и едва не дойдя до драки, чтобы заполучить Цэнь Мина себе.
— Как ты вообще здесь оказался? — Бо Цзиюань склонил голову, глядя на Цэнь Мина с полуулыбкой. — Если только ты не мой питомец, то тебе положено сидеть на полу. Или ты и есть питомец?
【Он начал.】
Подала голос Система.
— Сам ты питомец, — Цэнь Мин, на которого повесили обидный ярлык, был озадачен. — Я пришел заниматься хозяйством, не смей говорить обо мне глупости.
— Уже злишься? — Бо Цзиюань ущипнул его за нежную щеку. — Просто попроси Дядю Чэнь прислать кого-нибудь другого, чтобы сменили белье.
Цэнь Мин прикрыл лицо ладонью. Сначала он хотел возмутиться, но, услышав, что больше не обязан заправлять постель, сразу почувствовал облегчение.
【……】
И как этот хост может быть таким легковерным?
Он быстро буркнул: «До свидания» — и, развернувшись, поспешил прочь.
— Позже сопроводишь меня в Имперскую академию, мне нужно оформить бумаги.
Бо Цзиюань окликнул его.
— Понял.
Он с опаской относился к Бо Цзиюаню, поэтому, как только ответил, пулей вылетел из спальни.
【Постой, тебе нужно найти второго.】
Система остановила его.
Только тут Цэнь Мин вспомнил о втором близнеце.
Опять будут щипать за щеки?
Он недовольно проворчал:
— Ладно.
Цэнь Мин подошел к главной спальне напротив и постучал.
Внутри послышался низкий мужской голос:
— Кто?
Цэнь Мин представился и объяснил, что пришел сменить наматрасник.
Получив разрешение Бо Хунли, он приоткрыл дверь, просунул голову и осмотрелся.
Мужчина был статным, одетым в безупречный темно-серый костюм ручной работы. Черные волосы, шляпа — казалось, он только что вернулся с официального приема.
Он поднял руку и снял головной убор. Кисти рук были сухими, с четко очерченными костяшками, без перстней и татуировок, которые так любил Бо Цзиюань — чистые, сильные мужские руки.
Рядом с его руками на столе лежал пистолет, который невозможно было не заметить, и черное дуло смотрело прямо на дверь.
Сердце Цэнь Мина пропустило удар.
Когда мужчина повернулся, Цэнь Мин увидел лицо — точь-в-точь такое же молодое и красивое, как у Бо Цзиюаня.
Однако взгляд был спокойным, а выражение лица — холодным. Близнецы казались двумя крайностями одного целого.
К Бо Хунли Цэнь Мин относился даже хуже, чем к Бо Цзиюаню.
В оригинальной истории Бо Хунли был лучшим студентом Имперской академии, настоящим любимцем судьбы. Как наследник аристократического рода, он всегда был консервативен, жесток с ним и постоянно отчитывал за несоблюдение правил, называя его поведение постыдным.
Цэнь Мин набрался храбрости и проговорил:
— Я отвечаю за смену наматрасников, но Второй молодой господин Бо сказал попросить управляющего прислать кого-то другого, так что я не буду здесь ничего менять…
Бо Хунли, который только узнал, что в дом привезли нового слугу, поднял взгляд и на мгновение замер, увидев этого юношу.
Красивый, очень молодой, с крошечным лицом, острым подбородком и широко распахнутыми миндалевидными глазами. Радужка яркого янтарного цвета, пухлые красные губы, розовые кончик носа и мочки ушей — с первого взгляда он напоминал красивое, нежное создание, похожее на кошку.
На вид ему было лет семнадцать-восемнадцать, как школьнику. Он задержал взгляд на Бо Хунли всего на полсекунды, а затем поспешно отвел глаза, уставившись в дверную панель, не желая больше смотреть на него. Казалось, он злится или, может быть, боится.
Бо Хунли заметил, что из-под шорт Цэнь Мина выглядывают ноги, а пальцы ног сжаты, словно от сильного напряжения. Колени были красными, будто он долго стоял на чем-то твердом.
Он долго смотрел на ноги Цэнь Мина, а затем снова перевел взгляд на его лицо и холодно спросил:
— Ты только что от Бо Цзиюаня?
Цэнь Мин кивнул, опустив густые ресницы, скрывая взгляд.
Бо Хунли недовольно нахмурился и продолжил:
— В этом доме есть правила дресс-кода: никакой небрежности, никаких шорт, нельзя ходить босиком… Разве управляющий тебя не учил?
— Какой же Бо Хунли злой, почему нельзя носить шорты… Я хочу и буду носить, Дядя Чэнь ничего такого не говорил.
Вернувшись в свою комнату, Цэнь Мин начал жаловаться.
Получив пару выговоров, он был совсем не в духе и теперь лежал на кровати, отказываясь двигаться.
Система подумала: «Ты бы еще ему в лицо это сказал. А то при Бо Хунли ты и слова вымолвить не посмел, просто разозлился, испугался, буркнул: «Не твое дело» — и сбежал».
Система утешила его:
— Просто пропусти его слова мимо ушей. В оригинале Бо Хунли — закоренелый консерватор.
— Бесит.
Несмотря на ворчание, Цэнь Мин все же надулся и достал из шкафа длинные брюки и одежду с рукавами.
— Э-э… А как же «хочу и буду носить шорты»?
Одежду для него подбирала Система, учитывая характер и предпочтения Цэнь Мина — все было светлых оттенков и из чистого хлопка.
http://bllate.org/book/32590/3982004
Готово:
