Все вокруг: «…»
Сюй Цинхэ с улыбкой отчитал его: Посмотри на свой язык… Кому интересно, эксклюзивный твой инсайд или нет, нас волнует только то, одинок ли ты. И не только меня — широкие народные массы тоже волнует.
Ци Сюнь сохранил невозмутимость: Ну, извините, я всё ещё одинок. Утруждаю съёмочную группу необходимостью донести это до широких народных масс.
Все вокруг: «…»
Чэнь Юйси молча вспомнил послужной список Ци Сюня: дебютировал в девятнадцать лет, то ли тринадцать, то ли четырнадцать лет назад.
В любом случае, ему не меньше тридцати двух.
Для обладателя кинопремии он ещё молод.
Но в индустрии развлечений такой статус, положение и внешность — и в свои за тридцать до сих пор одинок — это редкость.
Или, иными словами, официально он свободен, но за глаза ведёт разгульную жизнь.
Он не удержался и украдкой бросил взгляд на Ци Сюня. Неужели Ци Сюнь тоже из тех, кто любит погулять на стороне?
Словно почуяв его взгляд, Ци Сюнь внезапно повернулся, и его тёмный, непроницаемый взгляд, словно оснащённый навигационной системой, безошибочно вонзился ему в лицо.
Сердце Чэнь Юйси ёкнуло, он машинально улыбнулся, а затем быстренько отвёл глаза.
Но тут послышался недовольный цык Сюй Цинхэ: Сколько лет ты уже одинок? Твой брат в твои годы уже водил ребёнка в среднюю школу, если ты не найдёшь себе пару, берегись, как бы другие на тебя и вовсе не посмотрели.
Ци Сюнь тоже отвёл взгляд и неторопливо произнёс: Верно, в этом году и поищу.
Все вокруг: «!!»
Сюй Цинхэ тоже опешил, глянул на камеру и, словно спасая положение, протянул ему спасительную соломинку: Разве такое можно спланировать заранее? Какая-то мастерица фэншуй нагадала, что в этом году распрощаешься с одиночеством?
Ци Сюнь: Угу, появилась цель. Мастер сказал, что это суженая.
Все вокруг: «!!!»
И после этого они будут говорить, что это не эксклюзивный инсайд?!
А Чэнь Юйси, знакомый с Ци Сюнем всего пару часов, с любопытством хлопал ресницами. Разве перед камерами Ци Сюнь всегда такой общительный?
Сюй Цинхэ, столкнувшись взглядом с безумно обрадованными лицами кучи сотрудников съёмочной группы, сухо выдавил: Ты ведь не всерьёз, да?
Ци Сюнь приподнял пальцем поля кепки, являя миру насмешливое красивое лицо: Сказал — и вы сразу поверили? Если я скажу, что я — Цинь Шихуан, и мне не хватает пяти тысяч юаней на объединение Китая, вы мне денег переведёте?
Все вокруг: «…»
Чэнь Юйси: А, вот этот вайб родной!
Автор пишет:
На второй день после запуска романа мастерски погрузился в болото медленных, запоздалых и неспешных глав! В лучших моих традициях!
Пожалуй, мне стоит сменить писательский псевдоним: впредь зваться не Ша Чжоу Та Цюй, а Черепаха Та Цюй (шутка).
Сосед, учитель Сюй, пришёл в качестве гостя — неужели вы не одарите его порцией питательной жидкости для поддержки?! (Начинает зазывать толпу!)
Глава 3
Сюй Цинхэ недовольно бросил: Неудивительно, что ты одинок.
Ци Сюнь невозмутимо парировал: Моё одиночество — это мой личный выбор, с остальным оно никак не связано.
Сюй Цинхэ: «…»
Чэнь Юйси мысленно перевёл за него: Бессовестная наглючая морда!
Но это был лишь небольшой эпизод с разделением на группы. Светская беседа подошла к концу, и всем пора было выдвигаться.
В сопровождении съёмочной группы и операторов процессия разделилась на два направления и двинулась в путь.
В группе горькой тыквы бразды правления беседой взяла на себя Ван Лаинь как постоянная участница.
Двое приглашённых гостей: один — обладатель всех главных кинопремий, второй — полузакулисный композитор и автор текстов. Любой дурак понял бы, где сосредоточено всё внимание и основные ракурсы камер.
Ван Лаинь была далеко не дура, а потому постоянно подбрасывала темы Ци Сюню.
— Учитель Ци, с чего это вы вдруг решили поучаствовать в шоу?
— Вы пригласили.
— …Ха-ха, с вашими-то именем и статусом вас наверняка и другие программы звали, почему же вы выбрали «Долгие каникулы»?
— Вы больше платите.
— …Ха-ха, учитель Ци такой шутник. — Ван Лаинь сухо усмехнулась. — Вряд ли вы нуждаетесь в таких деньгах.
Ци Сюнь помолчал пару секунд и произнёс: Пока хватает, но на то, чтобы содержать пару, уже маловато.
Ван Лаинь едва не упустила нить разговора, заикаясь, она с трудом выдавила: Ха-ха, у вас даже второй половинки нет, а вы уже задумываетесь о таком? К тому же, что за пара такая драгоценная, которую даже вам не по карману содержать?
Ци Сюнь невозмутимо ответил: Моя вторая половинка, разумеется, заслуживает всего самого лучшего.
Независимо от того, о чём речь.
Ван Лаинь: «…Похоже, учитель Ци у нас образцовый домашний мужчина».
Не дожидаясь ответа Ци Сюня, она повернулась к камере: Давайте все вместе подождём и посмотрим, кому же удастся сорвать этот горный цветок по имени учитель Ци!!
Ци Сюнь бросил взгляд на камеру и промолчал.
Ван Лаинь тихонько выдохнула с облегчением, больше не смея тревожить его, и переключилась на молчаливого Чэнь Юйси: Сколько лет учителю Чэню?
Чэнь Юйси, который всё это время наблюдал со стороны и тихонько хихикал в кулак, замер, но быстро ответил: Учитель Ван, мне двадцать семь.
— Глядя на тебя такого тихого и скромного, кажется, ты и из дома-то лишний раз не выходишь?
— Нормально, я не затворник. — Чэнь Юйси бросил взгляд на Ци Сюня и перевёл тему: Учитель Ван, сколько горькой тыквы нам нужно будет собрать, если мы захотим обменять её у съёмочной группы на мяско?
Он не просто поддержал разговор, но и сам направил его в рабочее русло. Улыбка Ван Лаинь стала чуть шире: Судя по нашему прошлому опыту, чтобы набрать мяса на два приёма пищи, овощей потребуется собрать сотка-другая.
Шедший позади сотрудник тихонько добавил: Учитель Ван, горькая тыква тяжёлая, хватит и одной сотки.
Ван Лаинь со смешком вздохнула: Вот видите.
Горькая тыква растёт на бамбуковых шпалерах, не нужно ни сгибаться в три погибели, ни копать землю. Если человек привык к сельскому труду, объём работы не такой уж и большой.
Но откуда у артистов опыт и силы для работы на земле?
Хотя Ван Лаинь и была постоянной участницей, она входила в когоряду старших сестёр: обычно всю тяжёлую работу выполняли приглашённые гости, в то время как она обеспечивала эмоциональную поддержку и изредка помогала по мелочи.
Иными словами, всю работу в их группе на самом деле предстояло выполнять Чэнь Юйси и Ци Сюню.
Чэнь Юйси не был новичком и прекрасно знал изнанку подобных шоу.
Приглашённых гостей сначала бросают на пару-тройку часов тяжёлой физической работы в полях или среди гор, а когда те выбиваются из сил, уводят обратно в деревянный домик снимать процесс готовки, уборки и прочей мелкой суеты.
При этом нужно ещё и поддерживать непрерывную беседу, не допуская неловких пауз.
Беспрерывный труд и беспрерывное общение до предела истощают эмоциональное и физическое состояние артистов, провоцируя их на конфликты или разрушая привычный образ, что создаёт нужные острые моменты и пищу для сплетен.
В конечном итоге съёмочная группа получает и желанную расслабленную деревенскую жизнь, и конфликтные темы — сплошной выигрыш для обеих сторон.
Поэтому, как только Ван Лаинь умолкла, Чэнь Юйси посмотрел на Ци Сюня и спросил: Учитель Ци, как у вас с выносливостью?
Ван Лаинь напряглась всем телом.
Операторы следом тут же навели объективы на Ци Сюня.
Ци Сюнь бросил взгляд на камеры и бесстрастно произнёс: Нормально.
Ван Лаинь: «?»
И всё? На этом всё?
Чэнь Юйси: Ну и отлично.
Затем он горько усмехнулся: Надеюсь, я не стану для вас обузой.
Ци Сюнь парировал: У тебя что, со здоровьем и силами туго?
Чэнь Юйси честно признался: Я начал усиленно тренироваться сразу после того, как получил предложение от съёмочной группы.
Подразумевалось, что он сделал всё от него зависящее.
Ван Лаинь полюбопытствовала: А когда тебе поступило предложение?
Чэнь Юйси: В конце апреля.
А сегодня 17 мая.
Он старался изо всех сил целых 19 дней!!
Ци Сюнь: «…»
Ван Лаинь: «…»
Чэнь Юйси скосил глаза на камеру, отчаянно пытаясь реабилитироваться: Я вообще-то тоже занимаюсь спортом.
Ци Сюнь: Например?
Ван Лаинь с недоумением посмотрела на него.
Чэнь Юйси сохранил невозмутимое лицо: Ну, всякие базовые упражнения: в мяч поиграть, побегать немного, силовые тренировки с отягощением.
Однако Ци Сюнь решил докопаться до самой сути: В какой мяч играешь? Какая примерно частота бега? Сколько километров пробегаешь за раз? Какой вес груза на тренировках?
Ван Лаинь переводила взгляд с него на Чэнь Юйси, погрузившись в задумчивость.
Чэнь Юйси этого не заметил.
Он никак не ожидал, что вечно молчаливый Ци Сюнь окажется таким невероятным любителем посудачить.
Столкнувшись с направленными на него объективами, он был вынужден скрипя сердцем выдавить: Играю в мяч… с простыми правилами — в видеоиграх; бегаю, э-э, когда хожу забирать посылки — пункт выдачи курьерской службы находится очень далеко от моего дома, и мне приходится туда часто ходить.
Да и посылки часто бывают тяжёлыми, разве это не считается тренировкой с отягощением?
Ци Сюнь: «…»
Ван Лаинь: «…»
Ван Лаинь тяжело вздохнула и посмотрела на Ци Сюня: Вся надежда на вас, учитель Ци.
Ци Сюнь: Я тоже так думаю.
Чэнь Юйси мысленно фыркнул. Он просто не фанат спорта, а не калека какой-нибудь!
Конечно, возражать вслух он не посмел.
Пока они беседовали, показались грядки с горькой тыквой.
Аккуратные ряды бамбуковых шпалер стояли ровными рядами прямо на межах, и на них гроздьями висели спелые плоды горькой тыквы размером с детскую руку.
Ван Лаинь сверила границы участка с сотрудником, после чего все трое сошли на земляную тропинку и принялись за сбор.
Работники даже выдали каждому по маленькому секатору — так и сил меньше уходит, и в кадре смотрится красиво.
Одна грядка, бамбуковые шпалеры по обе стороны. Все трое теснились внутри: слева — Чэнь Юйси, справа — Ци Сюнь, а Ван Лаинь помогала на подхвате — помогала лично Чэнь Юйси.
Чэнь Юйси чувствовал себя неловко и виновато, наперебой приговаривая: Я молодой, мне и положено больше работать, идите лучше помогите учителю Ци.
Ван Лаинь только собралась ответить, как Ци Сюнь, неторопливо срезавший тыкву за тыквой, на секунду обернулся: Ты хочешь сказать, что я стар и слаб физически, раз мне требуется помощь?
Чэнь Юйси чуть со страху не помер: Учитель Ци, не надо тут домысливать всякое, я просто проявляю уважение!!
Ци Сюнь: Оу, почтение к старшим, понимаю.
Чэнь Юйси: «…»
Он поспешно обратился к заливающейся смехом неподалеку Ван Лаинь: Учитель Ван, спасите меня!
Если этот момент пустят в эфир, фанатки Ци Сюня живьём с него шкуру сдерут.
Ван Лаинь: Ха-ха-ха~ Разве это плохо? Напротив, значит, учитель Ци ценит твоё уважение!
И добавив смеха, протянула: Неудивительно, что учитель Ци любит над тобой подшучивать, такой ты забавный.
Ци Сюнь на мгновение замер, бросил сорванную тыкву в стоящую на земле корзину и произнёс: Учитель Ван, не могли бы вы принести бутылочку воды?
Ван Лаинь всё ещё продолжала хихикать: Да, без проблем. Юйси, тебе тоже нужно? Прихватить и для тебя бутылочку?
Она тут же перешла на более близкое обращение «Юйси».
Чэнь Юйси поспешно подхватил: Да, спасибо, сестрица Лаинь.
http://bllate.org/book/32566/3979564
Готово:
