— На следующей неделе повторный осмотр, не забудь попросить Чэнчэн отвезти тебя в больницу.
— Я помню, — спустя мгновение Фэн Кайцзюань снова спросила: — Где компания господина Дина?
— Тебе-то зачем?
— А что мне еще делать? — она исподтишка зыркнула на сына. — Отнести ему кое-какие вещи.
— Что ты собралась отправлять? Разве не проще будет, если я в следующий раз сам ему передам?
— Надеяться, что ты его куда-нибудь пригласишь... по-моему, еще нескоро дождешься, к тому же долг-то благодарности на мне висит, — бормотала она. — Как раз твой дядя только что прислал из дома немало красного чаю, а еще черную годжи и лекарственные травы, всё это отлично заваривать...
— Мам, — тактично напомнил Цю Юэнин, — как ты думаешь... разве это подходит для молодого человека?
— А почему не подходит? Молодежь тоже должна заботиться о здоровье!
Но в памяти Цю Юэнин Дин Е пил исключительно кофе. Он помнил эту деталь, потому что однажды во время осмотра площадки сам пробегал с ним добрую половину дня, и в термокружке Дина Е был именно кофе, очень крепкий. В тот день во второй половине дня Цю Юэнин даже спросил его, не помешает ли отдыху такое количество кофеина, на что Дин Е ответил, что уже давно к этому привык.
Конечно, близко знакомы они не были, да и сам Цю Юэнин не мог ручаться за точность своих выводов.
— Мам, — Чэнчэн расставила миски и палочки для еды, — судя по твоему рвению, можно подумать, ты хочешь забрать человека к нам в зятья.
Цю Юэнин порадовался, что в этот момент не пил воду, иначе непременно расплескал бы ее на месте.
— Нормальная человеческая благодарность, а тебе вечно лишь бы куда-то не туда загнуть, — Фэн Кайцзюань стало неловко от слов дочери. — Почему бы тебе не сказать, что это я мужа тебе подыскиваю?
— Я же русским языком говорила, что пару лет никого искать не буду, — поняв, что разговор коснулся ее самой, Чэнчэн растеряла весь свой боевой задор для подколок. — Ладно-ладно, я знаю, мысли у тебя, матушка, чистейшие.
— И то верно, судя по всему, у господина Дина наверняка уже есть пара, — она перевела взгляд обратно на сына. — К тому же Юэнин сейчас встречается с ребенком из семьи старого Ванга, с какой стати ему метаться туда-сюда?
Услышав это, Цю Юэнин застыл с каменным лицом. На прошлой неделе тот омега по фамилии Ван прислал последнее сообщение в мессенджере, после чего они взаимно удалили друг друга из контактов. Цю Юэнин еще не успел рассказать об этом матери и сестре.
— Брат, что с тобой? — Чэнчэн первой заметила неладное. — Вы с этим омегой... неужели разбежались?
Фэн Кайцзюань тоже тревожно уставилась на него. Цю Юэнин не знал, как всё это объяснить, и в конце концов лишь слегка опустил голову и тихо произнес:
— Угу.
Несмотря на то, что говорить об этом было стыдно, никакой горечи Цю Юэнин не чувствовал. Напротив, после признания стало легче. Глубоко вздохнув, он принялся утешать погрузившихся в изумление родственниц:
— Ничего страшного... разве всё не должно идти своим чередом?
— Да-да, — тут же подхватила Чэнчэн. — Брат, чем позже находишь свою половинку, тем она ценнее. Посмотри на меня — я вообще не хочу выходить замуж слишком рано.
Фэн Кайцзюань бросила лишь: Давайте уже есть, — но прежняя улыбка застыла на ее лице, выглядя натужной и крайне неестественной.
Цю Юэнин видел, что матери принять такой факт было еще труднее, чем ему самому. Когда дело касалось помощи детям со свиданиями вслепую, Фэн Кайцзюань переживала даже больше, чем он сам. В свое время они с мужем познакомились именно на таком свидании и рука об руку прошли через бури и невзгоды более двух десятков лет. Обладая широким кругозором и отлично разбираясь в людях, она сводила только тех, кто, по ее мнению, подходил сыну по характеру. Однако личная жизнь Цю Юэнина всё равно не клеилась, и это заставляло ее чувствовать некоторую вину перед ним.
Впрочем, при чем здесь мать? Цю Юэнин знал лучше всех: одной его профессии было вполне достаточно, чтобы распугать большинство желающих.
Согласно новому графику, в субботу Цю Юэнин предстояло облететь три города и под вечер приземлиться в провинции Ф., где и заночевать.
После заселения в гостиницу экипаж из девяти человек занял большой стол в ресторане. Помимо командира воздушного судна, с которым они летали уже много раз, все остальные были новичками. Цю Юэнин держался немногословно и молча ел.
Впрочем, когда собирается большая компания, всегда найдутся любители пошуметь, и вскоре атмосфера накалилась. Особенно молодые бортпроводники — они болтали на темы романтических отношений ничуть не смущаясь.
Старший бортпроводник Жэнь Хун тоже оказался человеком общительным. Цю Юэнин почти не помнил его раньше, но тот вел себя так, будто они давние приятели, и фамильярно звал его не иначе как Сяо Цю.
— Сяо Цю, завел себе пару?
Опять двадцать пять. Цю Юэнин про себя тяжело вздохнул и уже собирался бросить дежурное нет, как командир вставил слово:
— Сяо Цю вроде с кем-то встречается, м?
Точно, в прошлом месяце во время совместного полета он вскользь упомянул командиру, что познакомился с омегой через сватовство.
— Да так... — через силу выдавил Цю Юэнин. — Не срослось.
Командир изначально хотел выручить его из неловкого положения, но, услышав, что свидание вслепую сорвалось, тоже смутился:
— Извини.
— Ничего страшного.
Единственным, кто не испытывал ни капли неловкости, был Жэнь Хун. Он отмахнулся с легкомысленной улыбкой:
— Да с твоей внешностью в нашей компании тебя на руках носить должны... Эх, я знаю, не хочешь связываться с коллегами по отрасли? И правильно, чего доброго, за месяц носа друг друга не увидите.
Цю Юэнин вовсе не собирался обсуждать подобные темы, но всё же рассеянно кивнул в знак согласия. Жэнь Хун же продолжал разглагольствовать:
— Но откуда людям со стороны понять твои тяготы? Всякие повороты судьбы — это нормально, сильно не падай духом.
— Угу. — Распознав в его тоне попытку утешить, Цю Юэнин с признательностью произнес: — Спасибо.
Тема романтики и брака наконец исчерпала себя, и вскоре все заговорили о местных закусках. Жэнь Хун разрекламировал недавно открывшуюся блинную с рыбными шариками по диагонали от отеля, а затем одна из стюардесс поделилась впечатлениями о кондитерской, которую случайно обнаружила здесь в прошлый раз.
Цю Юэнин в ночных рейсах обычно не любил шататься без дела, но сегодня за ужином он чувствовал себя немного скованно и съел совсем мало, поэтому, едва вернувшись в номер и приняв душ, снова ощутил пустоту в желуде.
Ночь длинна, а засыпать с пустым желудком — настоящее мучение, так что он решил спуститься вниз и поискать что-нибудь на поздний ужин.
Идти далеко не хотелось: вокруг отеля находились лишь парочка круглосуточных магазинов да та самая лавка с рыбными шариками по диагонали через дорогу, о которой говорил Жэнь Хун. Цю Юэнин неспешным шагом пересек проезжую часть.
Даже после окончания ужина отбоя от посетителей в заведении не было. Цю Юэнин нашел укромный уголок в самом углу и заказал две порции шариков из акулы. Только что сваренные рыбные шарики обжигали язык, и от них поднимались тонкие струйки пара.
Он подумал о том, чтобы поскорее поесть и вернуться в номер, зачерпнул ложкой шарик и подул на него, но не успел отправить его в рот, как кто-то легко хлопнул его по плечу. От неожиданности рука дрогнула, и рыбный шарик плюхнулся обратно в бульон.
http://bllate.org/book/32526/3973282
Готово:
