Лунный свет наискось падал в комнату, мягкий и тихий. Фрейгер только переоделся в пижаму и собирался лечь спать, как вдруг раздался стук в дверь.
Фрейгер замер и растерянно стоял на месте. Стук в дверь в такое время и в таком месте неизбежно казался немного странным, ведь Фрейгер жил в комнате на втором этаже замка, а в этот час никто бы не пожелал потревожить это место.
Стук повторился ещё три раза — настолько изящный, что даже паузы между ударами были безупречны и располагали к себе. Фрейгер взъерошил волосы и с некоторым колебанием отворил дверь.
Свет хрустальной люстры из коридора проник в комнату, и он увидел двух стоявших на пороге людей. На них были чёрные плащи, подолы которых волочились по полу, а капюшоны почти полностью скрывали лица. Высокий и низкий силуэты безмолвно застыли перед ним.
Они держались за руки, и тот, что повыше, протянул руку и откинул капюшон. Хотя она стояла против света, Фрейгер всё же разглядел, что это женщина. Лишь немногие женщины в эту эпоху коротко стригли волосы. Фрейгер опешил, до конца не будучи уверен, знакома ли ему эта женщина.
— Ты меня больше не узнаёшь, Фрейгер? — мягко произнесла она. На вид ей было около тридцати с небольшим, короткие волосы были острижены очень коротко, и золотистые пряди казались сейчас какими-то потускневшими.
Фрейгер всмотрелся и только спустя мгновение воскликнул:
— Боже мой, Грей, дорогая… это ты?
Он с изумлением смотрел на женщину перед собой. Если он не ошибался, ей на самом деле не было и двадцати двух лет, но сейчас она выглядела по меньшей мере на десять лет старше.
— Что произошло… Дорогая, ты выглядишь уставшей, пожалуй, тебе лучше сперва войти…
— Нет, спасибо, Фрейгер, — женщина отвергла его гостеприимство. Её губы побелели и казались пересохшими, и Фрейгер с беспокойством глядел на неё.
Он знал, что она сильная девушка — да, он понял это ещё шесть лет назад, когда начал ухаживать за ней. Сильная, упрямая хорошая девушка, хотя её последующий выбор… ну, можно сказать, не имел к нему никакого отношения, но это ничуть не умаляло его симпатии к ней. Поэтому он мягко промолвил:
— Знаешь, ты выглядишь очень уставшей. Думаю, тебе стоит немного отдохнуть, поесть и лечь спать.
— Прости, Фрейгер, мы много лет не общались, но в этот момент я вспомнила только о тебе, — внезапно заговорила Грей. Голос её звучал устало, но слова по-прежнему звучали чётко, а интонации были изящны, не теряя ни капли манер истинного мага. — У меня нет времени, поэтому умоляю тебя: позаботьсь о нём, пока… — На этом слове она замолкла, словно не находя подходящих слов, чтобы описать ситуацию. — Пока… мы не вернёмся, — с трудом закончила она.
— Подожди, Грей, — Фрейгер бросил взгляд на человека рядом с ней. Тот походил на ребёнка: из-за малого роста его тело целиком скрывал плащ, и когда налетал сквозняк из коридора, просторная ткань бесцельно раскачивалась. Фрейгер подумал, что этот мальчик, должно быть, ужасно худых кровей.
Он снова перевёл взгляд на Грей:
— Куда вы направляетесь… А где этот глупец Мишель? Как он мог позволить тебе одной прийти в этот мой уединённый замок?..
— Его дела тоже плохи… поэтому прошу, присмотри за нашим ребёнком, хорошо? — сказала Грей. При упоминании мужа её голос слегка задрожал, но она тут же обрела прежнее спокойствие.
Фрейгер смотрел на женщину напротив. Он чувствовал исходящие от неё отчаяние и страх; она пыталась их скрыть, но эти чувства уже просочились сквозь её кожу и растворились в окружающем воздухе, хотя Грей всё ещё держалась с видимой стойкостью.
— Может быть, я смогу вам помочь… — тихо произнёс Фрейгер.
— Да, Фрейгер… — пробормотала она. — Поэтому я прошу тебя хорошенько позаботиться о моём ребёнке. Его зовут… Сэнг, ему всего шесть лет.
Грей протянула руку и скинула капюшон с того, кто был закутан в такой же чёрный плащ. Фрейгер с удивлением посмотрел на ребёнка.
Мальчик был совсем маленьким — лет шести или даже меньше. Худой до невозможности; Фрейгер, который сроду не брал в руки ничего тяжелее пера, пожалуй, запросто смог бы поднять этого ребёнка. Его щеки ввалились, проступали контуры мелких костей, а кожа казалась неестественно, неправдоподобно бледной. Синие глаза почти сливались с чернотой, не излучая ни единой искорки жизни. Ещё более поразительными были его длинные волосы здорового серебристого оттенка — невероятно прекрасные серебристые пряди под чёрным плащом казались ещё более чарующими и великолепными. Эта красота была таковой, что даже хрустальная люстра словно меркла рядом с ней. На фоне болезненного тела волосы выглядели так, будто они вытягивали из него все жизненные силы.
Погодите-ка, — вдруг подумал Фрейгер. У Грей были золотистые волосы, и тот глупец Мишель, что женился на ней, кажется, тоже был блондином… Почему же их ребёнок сереброволосый? В Континенте редко встретишь подобный цвет, озадаченно размышлял Фрейгер, но вслух ничего не сказал, потому что состояние Грей сейчас оставляло желать лучшего.
— Я должна идти, уже почти рассвет… — она опустила голову и долгим взглядом посмотрела на Сэнга. — Поможешь мне позаботиться о нём, Фрейгер? У меня больше нет выбора.
— Конечно помогу, но я всё же надеюсь, что ты расскажешь мне о своих трудностях… — Фрейгер протянул руку и бережно притянул к себе щуплого Сэнга. — Так будет хорошо, Грей?..
— Да… Я хочу, чтобы с Сэнгом всё было в порядке, — глядя на мальчика, мягко промолвила Грей. Лишь в этот момент она была похожа на мать.
Фрейгер ничего не ответил. Он уже несколько раз предлагал свою помощь, но получал отказ. Ему хотелось сказать что-то утешительное, но слова застревали в горле; он знал, что Грей — человек несгибаемый. Она благополучно пережила религиозные преследования, и едва ли на свете оставалось что-то способное её сломить. Но сейчас…
Фрейгер думал, что она, подобно всем матерям, присядет на корточки и скажет ребёнку сидеть смирно и ждать её возвращения. Однако Грей лишь кивнула Фрейгеру и повернулась уходить.
— Грей! — громко окликнул её Фрейгер. — Удачи тебе! И… я буду ждать, когда ты вернёшься за ребёнком.
Грей не обернулась и не замедлила шаг — она просто растворилась в коридоре с такой решимостью, с какой идут на верную гибель, если иначе нельзя.
Фрейгер с тревожным сердцем постоял у двери. Грей была сильной женщиной, способной справиться с любыми сложными неприятностями, а её муж, хоть и глупец, в магии смыслил весьма неплохо… И тем не менее они угодили в такую переделку, что посреди ночи привели своего ребёнка к нему.
Фрейгер опустил взгляд на мальчика: тот был слишком худым, его синие глаза напоминали стоячую воду, но серебристые волосы сияли необычайной красотой, раскинувшись в полумраке подобно уголку из прекрасной сказки.
— Ну что ж, Сэнг, с сегодняшнего дня мы будем жить дружно, — мягко сказал Фрейгер. — Пока твоя мама не вернётся… Хочешь, я представлюсь? Меня зовут Фрейгер Ф. Ланкастер, можешь звать меня просто Фрейгер. Забудь про моё родовое имя, оно слишком старое, и никто уже о нём не помнит.
*********************************
Наутро, когда Фрейгер проснулся, день был всё так же полон щебета птиц и ароматов цветов. В пижаме он поднялся с постели, босиком ступил на пушистый белый ковёр, распахнул окно и глубоко вдохнул свежий воздух.
Одно из преимуществ замка, возвышающегося на холме, заключалось в том, что его обитатели могли дышать чистейшим, естественным воздухом. Внезапно вспомнив события вчерашнего вечера, он быстрыми шагами подошёл к кровати и раздвинул роскошный полог.
В углу кровати сжался в комочек мальчик. Его серебристые волосы сияли ещё ярче, чем вчера вечером, а кожа стала ещё бледнее. Он крепко зажмурил глаза, словно прилагая усилия к тому, чтобы они оставались закрытыми, а от всего его тела веяло неестественной леденящей стужей.
Фрейгер нахмурился. Грей оставила ему хлопотную заботу, но он пообещал ей присматривать за Сэнгом до её возвращения. Он всегда считала её резкой, острой на язык особой, чьих колючек избегала даже сама смерть, но прошлой ночью она проявила неожиданную слабость. Сейчас это казалось галлюцинацией, но упрямо забившийся на его кровать ребёнок служил живым доказательством того, что всё случившееся не было плодом его воображения.
По правде говоря, Фрейгер совсем не умел общаться с такими крохами. Дети этого возраста либо обожали проказничать, либо страдали невероятной гордыней, воображая, будто весь мир существует только ради них.
Но раз Грей попросила, а он дал слово, значит, придётся возиться с этим ребёнком.
Мальчик выглядел худым — болезненно худым, под кожей, казалось, проступали одни лишь кости, не было ни грамма жира. Фрейгер даже боялся прикасаться к нему, опасаясь услышать хрупкий хруст ломающихся костей.
— О небеса, я и не знал, что финансовое положение семьи Грей настолько плачевно! — громко произнёс Фрейгер. — Ладно, малыш, думаю, доктор подскажет нам, что делать. Я ведь совершенно не умею ухаживать за людьми.
Едва он договорил, как в дверь трижды постучали, и та приоткрылась, пропуская горничную.
— Доброе утро, молодой господин Фрейгер… О боги, откуда у вас ребёнок?! — испуганно воскликнула горничная, заметив свернувшегося в углу кровати Сэнга. — О небеса, нельзя же так обращаться с детьми!
— Не смей говорить со мной таким тоном, — свирепо бросил Фрейгер. — Черт побери, вчера ночью в замок кто-то проник, почему ты не вышла?!
— Это же ужасно, это был маг среднего уровня… — испуганно ахнула горничная. — Вы же понимаете, что это значит? Я всего лишь призывное существо среднего уровня.
Фрейгер вздохнул:
— Очевидно, понятие среднего уровня применительно к тебе трактуется как-то иначе. Если ты сейчас свободна, не могла бы сходить за доктором в городок?
— Мне нужно подстричь розы в саду, а ещё убрать весь большой зал и комнаты на первом этаже… — горничная одарила его сладкой улыбкой. — Почему бы вам не послать Боса? Путь по воздуху сэкономит массу времени.
— Запомни свои слова, Кларк, — Фрейгер бросил взгляд на девушку, которой на вид едва исполнилось пятнадцать. — Я передам Босу, что это была твоя идея.
— Думаю, он будет рад услышать, — девушка беспечно пожала плечами, а затем с беспокойством глянула на Сэнга. — Ему нужно что-нибудь съесть до прихода врача? Молоко или овсянка?
— Молоко, спасибо, — ответил Фрейгер. — Сперва мне нужно выслушать мнение доктора.
http://bllate.org/book/32449/3961085
Готово:
