Голос напротив приближался. Вэньшэнь по-прежнему прижимался спиной к стене, не делая ни единого движения, но пальцы, опущенные вдоль бедер, уже слегка напряглись.
В тот момент, когда шаги затихли и он понял, что противник подошел совсем близко, самец-насекомое внезапно открыл глаза, и в них мелькнул леденящий холод.
Вэньшэнь нахмурился, в упор глядя на Черного Дракона. Тот протянул к нему лапу, но, едва коснувшись, замер.
Вэньшэнь встретился с ним взглядом, пристально вглядываясь в глаза Черного Дракона. Хотя зверь не умел говорить, Вэньшэнь все же улавливал эмоции по его морде, а какая-то странная интуиция подсказывала ему, что он не ошибется в истолковании этих чувств.
Воздух, вырывавшийся из ноздрей Черного Дракона, был теплым, и Вэньшэнь даже чувствовал его дыхание на своем лице — это ощущение заставляло его невольно держать оборону.
— В чем дело? — его чересчур равнодушный тон звучал бесчувственно и даже отдавал суровостью.
Зависшая в воздухе лапа Черного Дракона сжалась, голова опустилась еще ниже, выражая крайнюю покорность.
Дракон тяжело вздохнул и издал тихое урчание.
Руку отяготило. Смутно догадываясь в чем дело, Вэньшэнь опустил взгляд: рукав его одежды был аккуратно зацеплен когтем Черного Дракона. Сузив изумрудные глаза, он снова посмотрел на зверя снизу вверх.
Чего, ради всего святого, добивается Черный Дракон?
Учитывая прошлый опыт, Вэньшэнь не стал с ходу лупить нападавшего, полагая, что тот затеял засаду. Если повторится то же самое... тогда раны зверя, которые только-только начали затягиваться, снова окажутся нанесенными впустую.
Что ж, он хотел посмотреть, к чему тот клонит.
Увидев, что самец-насекомое обратил на него внимание, Черный Дракон радостно оживился и чуть-чуть потянул его за рукав.
Ощутив натяжение, Вэньшэнь нахмурился и, опираясь о стену, поднялся на ноги.
Черный Дракон лишь слегка придерживал его одежду, не смея применять силу — он ухватил лишь самый краешек, действуя предельно осторожно и не рискуя своими острыми когтями прорвать единственное одеяние самца-насекомого.
Покорно следуя в направлении, куда указывал Черный Дракон, Вэньшэнь прошел всего несколько шагов, как сразу понял намерения зверя.
Заметив другой мир, скрытый в глубине пещеры, он на миг замер на месте. Даже шедший впереди Черный Дракон почувствовал это, оглянулся и вопросительно уставился на него.
Лицо самца-насекомого казалось холодным, а озаряемая внутренним светом бледная кожа покрылась легкой тенью.
— Что это значит?
Едва слова сорвались с губ, Черный Дракон рефлекторно разжал когти: он чутко уловил перемену в настроении Вэньшэня и понял, что тот недоволен.
Черный Дракон растерянно замер на месте. Будучи огромным существом, он сейчас из-за своего испуганного вида словно забыл о собственных гигантских размерах.
Он никак не мог взять в толк, почему самец-насекомое рассердился.
Видя, что Вэньшэнь больше не двигается с места, дракон с тревожным видом замахал хвостом из стороны в сторону, а его дыхание стало тяжелым.
Вэньшэнь с мрачным выражением в глазах уставился на тот самый темный проход. В его воображении встала картина того, что скрывалось внутри — место, устроенное точно так же, как жилища Расы Насекомых.
Он понятия не имел, кому принадлежит это жилье.
И надо же такому случиться, чтобы оно находилось в пещере, где обитал Черный Дракон, при этом сам дракон даже войти туда не мог, да и вещи внутри были явно не для него. Все выглядело так, словно... оно было создано для сородичей насекомых.
Бросив косой взгляд на охваченного беспокойством Черного Дракона, Вэньшэнь поджал губы, и его голос прозвучал жестко и холодно:
— Чего ты добиваешься?
Подобное поведение, повторяющееся снова и снова, вызывало у него физический дискомфорт и ощущение нежелательного вторжения в его личное пространство.
Черный Дракон приподнял лапу, но тут же бессильно опустил ее. Тихо скуля, он указал на внутренние покои.
Они долго стояли друг напротив друга в нерешительности. Вэньшэнь бросил взгляд внутрь пещеры, а затем снова перевел глаза на Черного Дракона.
У дракона даже веки опустились от усталости, выдавая его подавленное состояние.
Постояв еще немного, Вэньшэнь сделал шаг и направился внутрь.
Заметив его движение, Черный Дракон мгновенно вскинул голову и пасть, выдохнув струю пламени, которая осветила внутреннее помещение.
Окружающее пространство внезапно озарилось светом, а от спины пахнуло жаром. Пальцы Вэньшэня едва заметно дрогнули, но, войдя внутрь, он остановился.
Он обернулся и встретился взглядом с изрыгающим огонь Черным Драконом.
— Зачем ты затащил меня сюда? Говори, — голосом, неизменно сухим и холодным, произнес Вэньшэнь свысока, словно возвышаясь над всеми.
Дракон моргнул, и в глубине его глаз вспыхнул свет.
Он не мог войти внутрь и не умел говорить, оставалось лишь объясняться с помощью языка тела.
Резко мотанув головой, Черный Дракон подбежал к тому самому большому камню.
Вэньшэнь с легким удивлением наблюдал за его неожиданным маневром, но быстро догадался, в чем дело: дракон вернулся, зажав в зубах ту самую шкуру зверя, что лежала на камне.
Глядя на Черного Дракона, который держал в зубах шкуру, а в его глазах сиял огонек, самец-насекомое на мгновение умолк, а затем протянул руку и взял ее.
Он понял замысел зверя.
Забрав шкуру, Вэньшэнь повернулся и пошел вглубь помещения. Улеглась на каменную кровать, застеленную мягкими мехами, он закрыл глаза и все еще чувствовал, что Черный Дракон стоит у входа и не уходит.
Раскинув руки и ноги, он наслаждался мягкостью и теплом постели, но сон не шел ни в одном глазу. В голове роились тысячи запутанных, хаотичных мыслей.
Если бы он до сих пор не понял, что Черный Дракон пытается перед ним услужить, его бы здесь просто не было.
Но зачем дракону пресмыкаться перед ним?
Вот чего Вэньшэнь никак не мог взять в толк.
Сначала его нервы были на пределе, но очень скоро постель оказалась настолько удобной, что веки самца-насекомого незаметно отяжелели и наконец опустились.
Услышав, что дыхание самца-насекомого выровнялось, Черный Дракон, всё еще стоявший у входа подобно изваянию, широко распахнул глаза. Убедившись, что тот действительно заснул, он тихонько пробрался в угол и укутался своими широкими крыльями.
Этой ночью Вэньшэнь спал на редкость крепко и в результате бессовестно проспал.
Он уставился на одеяло и плед на кровати; даже высота подушки идеально соответствовала его вкусам. Проснувшись, он какое-то время хлопал сонными ресницами и пребывал в заторможенном состоянии, пока наконец окончательно не стряхнул с себя остатки лени.
Встав с кровати, он окинул взглядом окрестности: убранство пещеры выглядело точно так же, как в день его первого визита.
Тук-тук-тук.
Услышав доносившиеся снаружи звуки, Вэньшэнь оглянулся и вышел.
Стоило ему увидеть то, что предстало перед глазами, как он замер в изумлении.
У входа в пещеру перед Черным Драконом лежала целая гора всякой всячины: фрукты и какая-то дичь.
Заметив, что он поднял голову и вышел, дракон затрепетал своими сложенными крыльями, а его зрачки сияли, словно грани черного хрусталя.
Сделав шаг, Вэньшэнь с абсолютно невозмутимым видом присел рядом.
Раз уж он понял, что Черный Дракон перед ним заискивает, то теперь ломал голову над истинными целями зверя. Как бы то ни было, он не мог позволить этим сладким речам и дарам затмить свой разум и притупить бдительность.
Увидев, что самец-насекомое приближается, Черный Дракон заметно воодушевился. Сдерживая обуревавшее его волнение, он с сияющими глазами замер в ожидании, пока тот подойдет ближе.
http://bllate.org/book/32420/3957213
Готово:
