Юань Юань, конечно, не была профессионалом. Она просто оказалась кинокритиком, которая случайно познакомилась с Бай Янем по работе, и А Си непонятно зачем втянул её в создание официальной группы поддержки Бай Яня в Вейбо для участия в проекте Только 2019.
Хотя сама она ничего особенного не делала, позиции Бай Яня в поисковых трендах уверенно ползли вверх прямо на глазах, а тем временем в личных сообщениях официального аккаунта фан-клуба стали появляться редкие одиночные сообщения.
В нескольких спрашивали, ведет ли кто-то официальный аккаунт, в других интересовались, не набирают ли помощников, а еще имелись два длинных сообщения, занявших чуть ли не большую часть экрана телефона.
Кликнув на профиль, Юань Юань обнаружила, что это был новенький аккаунт, на который только что оформили VIP-статус.
[111111_: Официальным аккаунтом кто-нибудь занимается?]
[111111_: Он вырвался в тренды, неужели нельзя это проконтролировать? Разве вы не знаете, что после репоста основного видео нужно репостить и другие фрагменты с Бай Янем? Разве у фан-клуба не создана группа для контроля комментариев? Вышли в тренды — почему до сих пор не вывели тему в топ площади? Неужели вы не понимаете, что для каждого сольного выступления нужно организовывать накрутку просмотров? Разве вам не известно, что если не удержаться в первой двадцатке, в следующем выпуске его покажут совсем мало? Сколько уже идет первый тур голосования, почему до сих пор не открыли ссылку?]
Юань Юань почувствовала себя так, будто вернулась в школьные годы, когда её отчитывали наотмашь за плохую оценку.
Потерпев секунды две, Юань Юань всё же не выдержала и яростно застучала пальцами по экрану: «Такая умная — бери и делай».
Собеседник ответил практически мгновенно: «Отдай мне аккаунт».
Юань Юань опешила, а в следующую секунду собеседник прислал цепочку цифр и чуть более мягким тоном добавил: «Это мой Вэчат, добавь меня. Если тебе некогда возиться, просто передай всё мне».
«...» Посмотрев на это сообщение пару секунд, Юань Юань всё же скопировала номер и добавила человека в Вэчат.
Аккаунт выглядел как совсем свежая страничка, однако реальная верификация личности уже была пройдена. Юань Юань немного сомневалась, но всё же решила принять запрос.
Не прошло и двух минут, как собеседник одобрил заявку в друзья и тут же спросил: «Как твоя фамилия?»
Юань Юань еще не успела ответить, как тот добавил: «Увидел твой ник».
С экрана спрыгнуло уведомление о денежном переводе на шестнадцать тысяч юаней. Юань Юань испуганно переслала в ответ знак вопроса.
[У меня случайно нашелся ник: Сегодня в мини-приложении исчерпался лимит на покупки, не забудь купить две тысячи упаковок напитка и отдать голоса Бай Яню.]
Лишь когда собеседник прислал инструкции по использованию мини-приложения и правила голосования, Юань Юань наконец разобралась с этой жестокой и грубой системой отбора на шоу. Перебросившись еще пара фразами, она вдруг поняла, что время обеденного перерыва уже вышло, и поспешно завершила разговор: «Спасибо за старика Бая, проголосую и скину тебе подтверждение».
Собеседник ответил лаконичным «хорошо», и только тогда Юань Юань нажала на кнопку получения средств.
«Но в этот раз я хочу дойти до самого конца вместе». С этих слов, прозвучавших негромко с экрана, занимавшего целую стену, первый выпуск шоу резко подошел к концу.
В день выхода в эфир выступления на сцене новичков у Суй И как раз выдался редкий за последние полгода выходной, и Цзи Чжэнь прислала ему три сообщения с напоминанием обязательно посмотреть программу И Шэнцина.
Передача оказалась весьма занимательной — каждые две-три минуты так и подмывало презрительно фыркнуть. Посмотрев немного, Суй И сразу почувствовал фирменный почерк монтажеров Северного спутникового телевидения и даже смог мысленно представить, режиссер из какой студии расставлял пометки на экране.
И Шэнцин, судя по всему, был обласкан вниманием съемочной группы: и эстетика кадров, и сюжетная линия выглядели безупречно. Спустя добрых полчаса Цзи Чжэнь снова прислала в рабочий чат четыре сообщения, выражая полное удовлетворение первым выпуском.
Суй И бросил взгляд на телефон, затем отложил его и взял пульт, перемотав передачу на две минуты назад. На предпоследней минуте Бай Янь в черной рубашке с выступления новичков неторопливо пел, а на последней — уже в форме вокальной группы произносил свою пламенную речь.
Неделю назад он записывал распределение по группам в Циньхуандао. На этом этапе он провел всего два часа из-за спешки, поэтому Цзи Чжэнь не позволила режиссеру нагружать его лишним материалом. Во время съемок он держался совершенно непринужденно и, словно обычный зритель, просто молча наблюдал за всеми остальными на сцене.
Большинство из них были совсем юными, с неизбывной, ничем не прикрытой наивностью.
Из-за детского лица Бай Янь ничуть не выделялся среди них, но в то же время казался каким-то другим — в нем не было ни бурлящих амбиций, ни напористого энтузиазма.
Пока Цзян Анни с микрофоном в руках не настигла его вопросом: «Бай Янь, какова твоя цель здесь?»
Цзян Анни много лет прожила за границей, и когда она произнесла эту фразу с размеренной четкостью, Суй И на мгновение замер, а затем увидел, как Бай Янь начал отвечать словно заученный урок.
«Хотя мой путь всегда был непростым». Тон Бай Яня был совершенно спокойным. Он поднял глаза на сидевшую впереди коллегию наставников, а когда свет постепенно приглушился в такт его словам, Суй И заметил, как его взгляд заметно затуманился — ему даже показалось, что тот смотрит прямо на него.
Словно зависшее от долгой работы приложение после пары секунд раздумий, голос Бай Яня подхватил блуждающий луч прожектора, и он отрешенно произнес: «Но в этот раз я хочу дойти до самого конца вместе».
Цзян Анни тоже замолчала на пару секунд и переспросила: «Это вместе — значит пройти весь путь вместе со всеми?»
Бай Янь опомнился и выдал удивленное «а».
«Это вместе — значит дойти до конца со всеми участниками шоу?» — снова подсказала ему Цзян Анни.
«Мм, да», — кивнул Бай Янь.
Стоявшие позади участники вокальной группы дружно зааплодировали. И Шэнцин первым вскинул руку над головой и несколько раз сильно хлопнул в ладоши; стоявший за крупноплановой камерой режиссер-постановщик покрутил настройки и перевел объектив с лица Бай Яня на И Шэнцина.
В вокальной группе собрались в основном малопопулярные ребята, чьи позиции в рейтинге голосования были невысоки. За вычетом Бай Яня, ставшего всеобщим центром притяжения, И Шэнцин выглядел среди них особенно ярко.
Словно пробудившись от сна, Бай Янь повернул голову и посмотрел на прятавшегося за кулисами Гу Дуна. На лице Гу Дуна читалась глубокая благодарность, и он показал ему поднятый вверх большой палец.
Музыкальный номер вокальной группы подошел к концу, серебристый свет прожектора постепенно угас, в наушниках раздался голос режиссера, скомандовавшего стоп, после чего в павильоне одно за другим зажглись основные осветительные приборы.
«Все могут отдохнуть», — крикнул кто-то.
На следующий день после выхода шоу в эфир А Си заранее заказал телефонный звонок. Распорядитель участников помахал ему своим телефоном, и Бай Янь протиснулся сквозь толпу ребят, толпившихся у зеркал для репетиций.
«Бай!» — пронзительный голос А Си обладал невероятной силой звука, и Бай Янь торопливо зажал рукой динамик.
http://bllate.org/book/32413/3956230
Готово:
