— Я требовала их Наследную принцессу! А не эту подделку! — женщина в золотой короне с подвесками, сидевшая в военном шатре Да Ляна, с грохотом швырнула на землю императорский меч, лежавший рядом.
Клинок, отражая свет свечей, холодно сверкнул и издал жалобный гул, недовольный тем, что хозяин так бесцеремонно с ним обошёлся.
Перед ней на коленях стояла заложница, присланная из Яо Ся. Её спина была неестественно прямой, а на теле едва держались жалкие лохмотья, не способные скрыть даже наготы. На нежной, фарфоровой коже отчетливо виднелись перекрещивающиеся кровоточащие полосы; когда холодный ветер колыхал обрывки одежды, они раз за разом обнажались перед присутствующими.
Однако выражение лица пленницы оставалось спокойным. Глаза, подобные прозрачной глади, лишь слегка подрагивали, словно в этом мире не существовало ничего, способного привлечь её внимание.
— Сейчас я даю тебе шанс покончить с собой. В противном случае — смотри, как я сравняю Яо Ся с землей! — Лю Чэн была высокого роста, с тонкими, изящными чертами лица. Особенно выделялись её узкие, лисьи глаза; она смотрела с полуулыбкой, по которой невозможно было понять истинных намерений.
Она встала и пнула меч, лежавший у ног Фэн Сянь.
— Тогда сравнивай, — голос Фэн Сянь не дрогнул ни на миг.
Если бы они действительно могли сравнять Яо Ся с землей, разве стали бы просить о мире и отправлять её в заложники?
Лю Чэн осеклось, словно подавившись словами.
— Позовите Чжэньнань-хоу. Пусть она посмотрит, какую жалкую дрянь притащила сюда.
Подчиненные поспешили исполнить приказ. Лю Чэн шагнула вперед, схватила Фэн Сянь за волосы и с силой рванула назад. На её губах заиграла дерзкая усмешка.
— Я-то думала, ты человек рассудительный. В крайнем случае, могла бы стать шпионкой. Но в таком виде, боюсь, ты и до этого момента не дотянешь.
Фэн Сянь терпела острую боль от того, как кожа головы натягивалась под напором. Её голова была вынуждена запрокинуться назад, и лишь густой туман пара вырывался из её уст, растворяясь в холодном воздухе.
В свете свечей все присутствующие впервые смогли в деталях рассмотреть её лицо.
Неземная красота.
Жаль, что это женщина. Будь она мужчиной, отправленным для заключения союза, Святой Правитель не был бы так разгневан.
— Подайте мне мой меч, — Лю Чэн, казалось, с интересом наслаждалась этой сценой, словно обнаружила занятную игрушку.
Дрожащий от страха подчиненный протянул ей оружие.Слишком длинные. Лю Чэн провела пальцем по лицу Фэн Сянь, слегка нахмурившись.
Фэн Сянь понимала, что та собиралась сделать. Обладание сокровищем — уже преступление, и, беря в руки меч, она давным-давно догадывалась, что всё закончится именно так.
Этой — в самый раз.
Фэн Сянь видела, как та вытащила висевший на поясе кинжал. Изящные, с четко очерченными суставами пальцы уперлись в рукоять, словно размышляя, с чего начать, чтобы создать величайший шедевр в мире.
Фэн Сянь больше не сопротивлялась: чем больше сопротивляешься, тем сильнее эти люди входят во вкус.
Её раны появились как раз из-за этого.
Была не была, единственная надежда заключалась в том, чтобы та двигалась побыстрее.
Уж лучше быстрый конец, чем долгие мучения.
Чжэньнань-хоу как раз вошел в шатер и, увидев это, поспешно остановил её:
— Ваше Величество, ни в коем случае нельзя!
Лю Чэн издала недовольное цыканье и отпустила кинжал. Его рукоять была сплошь усыпана драгоценными камнями, но острое лезвие все же поцарапало щеку Фэн Сянь.
Крупные капли крови выступили наружу.
Лю Чэн отбросила кинжал в сторону.
— Умерьте гнев, Ваше Величество! Вы многого не знаете: хотя эта Фэн Сянь и не является наследной принцессой Яо Ся, она рождена от того же отца, что и наследная принцесса, они — кровные сестры! — Чжэньнань-хоу смахнула с головы украшения из жемчуга и нефрита и вытерла холодный пот с висков.
— Ну и что с того? Раз она не наследная принцесса, значит, условие нарушено. Теперь, когда Я говорю нет, кто посмеет возразить? — Лю Чэн больше всего презирала Яо Ся за поражение без боя.
— Это... Ваше Величество, Фэн Сянь — старшая законнорожденная дочь Яо Ся, по статусу равная наследной принцессе, к тому же она известная на всю округу музыкантша, почитаемая многими мудрецами. Некоторая гордыня ей свойственна, — Чжэньнань-хоу вздохнула. Жаль, что Ваше Величество ничего не смыслит в музыке; когда она сама отправлялась брать ее в плен, радости ее не было предела.
— Пустая трата времени, это же детские забавы для мужчин, к чему превозносить подобное? — не понимала Лю Чэн.
Заметив, что уговоры действуют, Чжэньнань-хоу торопливо произнесла:
— В искусстве игры на цине ей нет равных во всем мире, ее превозносят как Бессмертный Цинь. Еще в детские годы она умела сама сочинять мелодии, поразив всех с первой же ноты, а бывали и такие, кто выкладывал за одну ее песню тысячи золотых, но она и глазом не моргала... Ваше Величество, если привезти ее в Бяньцзин, разве это не все равно что привести гусыню, несущую золотые яйца?
— Больше всего на свете я ненавижу гусей: толку никакого, а гонору через край.
— Но ведь она несет золотые яйца... Ваше Величество, неужели вы совсем не подумаете?
Лю Чэн бросила взгляд на пронзительные глаза Чжэньнань-хоу, а затем перевела его на бесстрастную Фэн Сянь.
Прекрасно, тогда она сокрушит эту ее гордость.
Ей не нужны тысячи золотых за мелодию — так пусть играет для нее каждый день.
— Уведите ее, а завтра продолжайте наступление на юг еще на двадцать ли. Кто посмеет строить козни у Меня на глазах — если и не убью, то живого места от Яо Ся не оставлю, — с улыбкой отдала приказ Лю Чэн.
Телохранительницы утащили Фэн Сянь обратно в темницу.
Она давно слышала, что новый правитель Да Ляна отважен, искусен в бою и безжалостен, но теперь убедилась в этом воочию.
Она прислонилась к грубой глиняной стене. Стоял сезон дождей, и сырость поднимала со дна темницы всевозможные запахи; густой, кислый смрад казался способным проникнуть до самой души.
http://bllate.org/book/32315/3942730
Готово:
