Когда Се Силоу проснулся очень рано утром, это порядком напугало Тан Мина.
А когда он услышал, что молодой господин собирается вернуться в школу на занятия, его эмоции и вовсе зашкалили.
Разумеется, это волнение не имело ничего общего с мыслями вроде: неужели этот глупый сын помещика наконец-то решил взяться за ум?
Пока Се Силоу просил служанку помочь ему с выбором одежды, Тан Мин, с видом знающего человека, крутился вокруг него, жужжа над ухом словно муха и уговаривая:
— Молодой господин, ваша рана ведь еще не зажила, вам будет гораздо лучше восстанавливаться дома.
В школе царит полная неразбериха, кого там только нет, стоит вам пойти туда, и вы только зря разозлитесь.Даже если молодой господин не станет учиться, хозяин и госпожа ничего не скажут. К тому же, с вашим благородным происхождением, вам вовсе не обязательно корпеть над учебниками с утра до ночи, как какие-то простые студенты, ведь им все равно никогда не достичь вашего уровня.
Се Нанькэ к тому моменту тоже уже собралась и как раз собиралась спуститься вниз позавтракать — разумеется, вовсе не для того, чтобы ждать этого противного Се Силоу.
Проходя мимо двери спальни Се Силоу, она так удачно услышала всю эту тираду управляющего Тана.
Се Нанькэ слегка приподняла брови. Судя по ее знанию Се Силоу, раньше, стоило Тан Мину завести эту бесконечную пластинку, он тут же нетерпеливо взмахивал рукой и соглашался со всеми его требованиями.
Однако, учитывая его вчерашнее странное поведение, он почти не был похож на своего обычного угрюмого и чувствительного брата.
Поэтому она, напоперек перекинув через плечо школьный портфель, с живым интересом остановилась и прислонилась к косяку, наблюдая за происходящим.
Се Силоу и Тан Мин стояли к ней спиной, так что ничего не заметили.
Тан Мин распинался добрую половину дня, у него уже язык во рту пересох, но этот хромой молодой господин в ответ не произнес ни слова.
Глубоко вздохнув и вспомнив о солидной сумме, полученной им от другого человека, он решил перевести дух и продолжить.
С чего это вдруг хромому молодому господину, который столько времени не появлялся в школе, пришла в голову такая блажь?
Калека должен идти дорогой калеки, неужели он собрался постигать какие-то полезные науки, чтобы потом взять в свои руки такую огромную компанию, как семья Се?
Тан Мин мысленно пренебрежительно фыркал, продолжая бормотать себе под нос.
Се Силоу никогда не отличался нерешительностью. Стоило ему о чем-то подумать, как он тут же составлял точнейший план и принимался за его исполнение.
При этом он всегда склонялся к самым надежным решениям.
Конечно, планы имели свойство гибко меняться в зависимости от обстоятельств.
Например, изначально Се Силоу собирался дождаться, пока Цзян Лучжуань поможет ему найти управляющего Чжана, и только потом избавиться от Тан Мина.
Но сейчас в его голове крутилась идея гораздо лучше.
В конце концов, прежний владелец тела и так славился своим переменчивым характером. Уволить кого-то не составляло никакого труда — зачем ему искать веские причины и доказательства, если можно просто выгнать человека пинком?
Пока Се Силоу размышлял об этом, управляющий Тан перевел дыхание и уже собирался продолжить свои уговоры, как вдруг услышал его голос:
— Сколько управляющий Тан уже работает здесь?
Тан Мин на мгновение опешил, не понимая, к чему этот внезапный вопрос, но ответил:
— Уже лет пять-шесть.
Се Силоу кивнул, слегка изогнув губы в улыбке, и бросил на него многозначительный взгляд:
— Раз столько лет, значит, ты должен неплохо меня знать. Или ты считаешь, что я отношусь к тем людям, которых нужно учить жизни?
Тан Мин замер, а затем тут же принялся оправдываться:
— Нет, что вы, молодой господин, старый слуга вовсе не это имел в виду, я ведь все делаю только ради вашего блага!
Старый слуга вырастил вас, и в моих глазах вы как внук, которого носят на руках. Возможно, сказанное мной прозвучало излишне дерзко...
Говоря это, он вдруг поднял руку и принялся вытирать слезы.
— Разве мог старый слуга причинить вам вред...
Се Силоу с интересом понаблюдал за его мимикой.
Тан Мин утирал слёзы, подглядывая за выражением лица Се Силоу сквозь щели между своими морщинистыми пухлыми пальцами.
Невольно он почувствовал неладное. Се Силоу всегда отличался полнейшим нетерпением: раньше, когда он вот так долго и нудно что-то внушал ему, а потом давил на жалость, изображая искренность, тот давным-давно уже отмахнулся бы от него и согласился со всеми советами.
Что же с ним творится в последние дни?
Заметив, что тот прекратил свои махинации, Се Силоу с улыбкой произнес:
— Похоже, дядя Тан сильно соскучился по внукам дома. И раз уж он так долго ухаживал за мной, я действительно очень тронут.
Раз так, пусть дядя Тан возвращается домой наслаждаться заслуженным отдыхом в кругу семьи.
Это ведь никуда не годится!
Тан Мин категорически отказывался верить собственным ушам. Он недоверчиво уставился на Се Силоу:
— Молодой господин?!
Стоявшая неподалеку служанка, которая готовила одежду для Се Силоу, услышав это, тоже на мгновение замерла и обернулась.
Поймав суровый взгляд управляющего, она испуганно отвела глаза и вновь принялась за свою работу.
Прислонившаяся к косяку Се Нанькэ сначала стояла расслабленно, но теперь невольно выпрямилась, приняв более серьезный вид.
Она покосилась на затылок Се Силоу, убеждаясь, что этот ее вздорный братец точно ее не видит.
Так это что же, не игра на публику?
Судя по ее знанию брата, Се Силоу больше всего на свете любил делать всё наперекор. Раньше она сама говорила ему, что этот управляющий вызывает крайнее отвращение, но Се Силоу пропускал это мимо ушей — можно сказать, даже питал к нему некоторую привязанность, совершенно не желая слушать здравые советы.
Се Силоу с куда большим терпением повторил Тан Мину свои недавние слова. На этот раз пухлые щеки управляющего затряслись, лицо мгновенно сморщилось отчаянной маской, и он поспешно запричитал:
— Нет, не нужно, молодой господин! Старый слуга хочет остаться и заботиться о вас, я ведь столько лет ухаживал за вами и искренне считаю, что пусть у меня и нет особых заслуг... но я...
— Я буду переодеваться. Выйди.
На лице Се Силоу по-прежнему играла мягкая улыбка, но прозвучавшие слова не допускали никаких возражений.
Тан Мин замолчал.
Пусть в душе он тысячу раз проклял Се Силоу, на лице пришлось стерпеть, и он, кривя губы в подобии улыбки, попятился назад.
Этот хромой молодой господин просто устроил минутную истерику. Ну и пусть идет куда хочет.
Наверное, очень скоро он не выдержит косых взглядов окружающих и послушно вернется сюда, чтобы и дальше жить на всем готовом.
http://bllate.org/book/32300/3940015
Готово:
