— Ши Цзун, вам нужно что-то купить? — за один день дороги водитель уже понял, что его начальница — человек легкий в общении, и с улыбкой завел разговор. До той дороги на Южном втором кольце было еще добрых полтора десятка минут езды, как раз напротив находился крупный торговый центр.
Ши Юй нахмурилась, не зная, как ответить. Прежние водители никогда с ней не заводили разговоров. К счастью, шоферу было всё равно, и он снова затараторил сам:
— Моя жена вечно просит меня на обратном дороге заехать в супермаркет при торговом центре, чтобы ей кое-что купить.
— Здесь остановиться? — бросив взгляд на приближающуюся вывеску торгового центра, нерешительно спросил водитель и тут же через зеркало заднего вида глянул на сидящую сзади девушку, ожидая указаний. Ведь начальница вовсе не говорила, что они едут за покупками, он лишь сам так подумал. Однако в ответ он увидел лишь то, что Ши Юй смотрит в совершенно другую сторону.
Недвижимость Лу? Водитель уже собирался удивиться, как услышал:
— Останови здесь.
Сквозь тусклый свет неоновых вывесок она с трудом могла различить лишь силуэт, о чертах лица и речи не шло, но в сердце своем она была абсолютно уверена: это Лу Цинь. Лу Цинь стояла у входа, а перед ней была припаркована машина. Она увидела, как дверца автомобиля открылась, и вслед за этим женщина с длинными волосами бросилась той на шею.
— Поехали.
Что это было? Разве они не остановились и минуты назад про себя возмутился водитель, мысленно сетуя на то, что смертным мысли начальства не постичь, и включил передачу.
— Ах, просидеть столько времени в самолете, я ужасно устала! — Сюй Чиинь без всяких церемоний рухнула на диван и принялась жаловаться.
— Я же говорила тебе ехать из аэропорта прямо в отель, так нет, обязательно надо было ко мне притащиться.
Лу Цинь наполнила стакан воды и протянула ей.
— Ну как же, соскучилась по тебе! — с наипускливейшим видом протянула Сюй Чиинь. Лу Цинь пропустила ее слова мимо ушей и вернулась к своему рабочему столу.
— Мы столько не виделись, я наконец-то вернулась на родину, а у тебя хватает совесть селить меня в гостинице? Как-никак, а между нами была незабываемая романтическая история!
Лучше бы она этого не говорила: рука Лу Цинь дрогнула, едва не испортив черканию шариковой ручки важный документ.
— Это значит лишь то, что тогда я была слепа на оба глаза. — Лу Цинь свирепо захлопнула папку с бумагами, явно не испытывая приятных воспоминаний от слов Сюй Чиинь. Это было самым настоящим темным пятном в ее прошлом.
Сюй Чиинь рассмеялась донельзя довольная ее реакцией и поднялась, чтобы взять со стола воду.
— У меня дома посторонний человек, тебе будет неудобно жить здесь, так что лучше оставайся в гостинице, тем более пробудешь ты здесь всего пару дней.
— У тебя кто-то появился? — округлив глаза, преувеличенно громко воскликнула Сюй Чиинь.
Лу Цинь подняла взгляд и молча уставилась на нее. Сюй Чиинь с натянутой улыбкой пошла на попятную:
— Да ладно, не та ли это младшая сестренка, которую ты приютила? Ничего страшного, я очень люблю детей.
Лу Цинь немного подумала и снова раскрыла только что закрытую папку:
— Как знаешь.
***
Смахнув пыль с поверхности стола и сменив наволочки с простынями, Ши Юй справилась с уборкой — гостевую комнату в доме убирали ежедневно, так что привести ее в порядок особого труда не составило. Вот только в душе ее закралось сомнение: она работала здесь уже лет семь-восемь, но никаких гостей у них отродясь не было.
Столь необычное поведение привлекло внимание Ши Юй, которая листала журнал на диване:
— С чего это вы вдруг решили убраться в комнате?
Днем в доме наводила порядок специальная приходящая прислуга, а тетушка Чэнь обычно лишь готовила еду да прибиралась по мелочи.
— Только что звонила госпожа Лу и сказала, что сегодня вечером приедет гостья, велела подготовить гостевую на первом этаже.
Гостья? В голове Ши Юй промелькнула картина, увиденная по дороге домой.
— Гостевая комната готова, так что я пойду домой.
— Хорошо, вы отлично потрудились. — Ши Юй вновь перевела взгляд на журнал в своих руках.
Лу Цинь и Сюй Чиинь вернулись домой уже около полуночи. Пока Лу Цинь разбиралась с документами в офисе, Сюй Чиинь просто уснула на диване в ее кабинете.
Чемодан внесли в прихожую, колесики зашуршали по паркету, в коридоре горел свет — всё это создавало ощущение, будто кто-то ждет возвращения домой.
— Тише, она, возможно, уже спит, — вполголоса предупредила Лу Цинь.
— Гостевая как раз здесь, — Лу Цинь провела гостью вглубь дома, гостевая комната находилась как раз справа от входа.
— Не возись со мной, ложись спать, ты и так работаешь допоздна, — Сюй Чиинь бросила чемодан и замахала руками, прогоняя хозяйку. Она действительно не ожидала, что такому крупному боссу приходится трудиться до глубокой ночи.
Лу Цинь вышла из комнаты, собираясь подняться наверх, как вдруг, проходя мимо погруженной во мрак гостиной, заметила свернувшуюся калачиком на диване и заснувшую Ши Юй. На журнальном столике так и лежал ворох исчерканных документов.
— Ши Юй, — окликнула она. Девочка на диване чуть заметно нахмурилась.
— Ши Юй! — на этот раз прозвучало так, будто она отреагировала на какую-то чрезвычайную ситуацию и резко распахнула глаза.
Лу Цинь тихонько хмыкнула, наблюдая, как та поднимается с дивана:
— Иди наверх, почему ты заснула в гостиной?
Нынешняя Лу Цинь напомнила Ши Юй ту самую девушку из прошлых лет, к которой ей так отчаянно хотелось обратиться со словом старшая сестра. Однако рассудок взял верх, и с ее губ сорвало лишь:
— Хозяйка, добрый вечер.
Она не смела быть до конца уверенной — там, в неверных полутенях прихожей, хотя еще по дороге домой она по одному лишь силуэту безошибочно узнала Лу Цинь, — ей показалось, будто та на мгновение замерла, услышав ее обращение.
— В доме гостья, в ее присутствии называй меня по имени.
— Хорошо... — Оставшиеся два слова перекатывались на самом кончике языка, но их опередил чужой голос.
— Лу Цинь! — Сюй Чиинь вышла из комнаты.
— Привет, я Сюй Чиинь, подруга Лу Цинь. — Сюй Чиинь направилась прямо к ним, на ходу представляясь.
Ши Юй посмотрела на женщину в свободной футболке и джинсовых шортах, что подошла ближе:
— Я Ши Юй.
— Лу Цинь рассказывала мне о тебе. Прости, пожалуйста, что потревожила твой сон в такое поздно время! — улыбнулась Сюй Чиинь. Ее улыбка была совершенно не похожа на улыбку Лу Цинь: широкая, задействующая куда больше лицевых мышц, она достигала не только глаз, но и самой глубины души.
— Ничего страшного, — покачала головой Ши Юй.
— Проводишь меня до ванной? — повернувшись к Лу Цинь, спросила Сюй Чиинь.
Лу Цинь развернулась, и Сюй Чиинь последовала за ней, сделав пару быстрых шагов, чтобы сравняться. Ее обнаженная рука случайно задела опущенную руку Лу Цинь, но обе они будто бы ничего не заметили.
Ши Юй отвела взгляд от удаляющихся женщин, собрала разбросанные по столу бумаги обратно в портфель и направилась к лестнице. Пройдя половину пути, она услышала позади себя шаги — кто-то тоже поднимался наверх. Шаги замедлились, подстраиваясь под ее темп, но спустя пару мгновений обладательница их резко ускорилась и преодолела оставшиеся ступеньки.
***
Обычно тихий и прохладный дом с самого утра стоял на ушах необычайно оживленным. Сюй Чиинь вчера основательно выспалась в кабинете Лу Цинь, так что встала ни свет ни заря. Заметив, что тетушка Чэнь готовит завтрак, она тут же вызвалась помочь.
Сюй Чиинь оказалась болтливой и любила пошутить, поэтому уже через пару минут вовсю болтала с тетушкой Чэнь о домашнем хозяйстве, доводя пожилую женщину до звонкого смеха. Тетушка Чэнь невольно подумала, что в доме наконец-то появилась хоть какая-то живая атмосфера.
— Лу Цинь, глянь, какой завтрак с любовью я вам приготовила! Красивое сердечко вышло? — Так называемым завтраком с любовью был обычный ломтик тоста с яичницей-глазуньей, поверх которой кетчупом было намазано сердечко.
— Уродство, — выдала Лу Цинь под пристальным, полным надежды взглядом Сюй Чиинь.
— Да у тебя просто вкуса нет! Чао, скажи, разве Лу Цинь ничего не смыслит в прекрасном? — Сюй Чиинь покосилась на нее и перевела взгляд на Ши Юй, ища поддержки.
Ши Юй, сидевшая за столом с прямой спиной, украдкой бросила взгляд на Лу Цинь, не зная, что и ответить, но та опередила ее:
— По сравнению с этим, Сюй Чиинь, я бы предпочла, чтобы ты ходила по дому в штанах.
Сегодня утром, впервые увидев Сюй Чиинь, Ши Юй была порядком шокирована. На той была лишь длинная красно-белая футболка с принтом, прикрывавшая ягодицы, и абсолютно голые ноги.
Сюй Чиинь подцепила тост и принялась намазывать его джемом:
— Да здесь же всё равно никого чужого нет, к тому же ты и сама всё это уже видела, а летом так носить куда прохладнее! — Сложив хлеб пополам, Сюй Чиинь откусила сразу больше половины.
Ты и сама всё это видела? Кем приходится эта жующая тост женщина Лу Цинь? Неужели Лу Цинь тоже порола ее кнутом? Точно так же, как и саму Ши Юй. Сама мысль об этом вызвала у Ши Юй неприятный укол в груди, сменившийся следом жгучей, ядовитой иронией: при положении Лу Цинь наверняка найдется немало женщин, готовых по собственной воле встать на колени у нее перед ногами и вытерпеть любые удары.
— Чао это смущает? — Ши Юй потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что речь идет об одежде Сюй Чиинь, и неприятный осадок на сердце стал лишь сильнее.
— Ее это смущает, и меня тоже. — Ответ, который едва не сорвался с губ Ши Юй — мол, меня ничего не смущает — был заранее пресечен Лу Цинь. По идее, это должно было принести облегчение от избавления от неловкости, но из-за недавних домыслов насчет статуса Сюй Чиинь это породило совершенно иной смысл: неужели Лу Цинь была столь же мягка и с другими женщинами, к которым применяла плеть? Да, к ней самой, пострадавшей, Лу Цинь всегда относилась нежно — нет, к ним обоим...
— Ладно, как только доем, сразу надену штаны, — в голосе Сюй Чиинь не было ни капли смущения.
— Приятного аппетита, я поеду в офис, — сухо попрощавшись, Ши Юй подхватила сумочку и вышла.
Сюй Чиинь нацепила на вилку яичницу:
— И чего это она так быстро наелась? Смотрю, к яйцу даже не притронулась, и половины ломтика хлеба не съела.
— Она не очень любит кетчуп.
— А? — Сюй Чиинь нахмурилась. — Почему тетушка Чэнь мне не сказала? Знала бы — не стала поливать.
— Ребенок, живущий на чужом попечении, не всегда смеет иметь право выбора. — Лу Цинь произнесла это с легким вздохом, а в ее опущенных глазах мелькнуло какое-то неуловимое чувство.
Обменявшись еще пара фразами, Лу Цинь тоже засобиралась на выход. Перед уходом она заглянула на кухню и наказала тетушке Чэнь:
— Пожалуйста, сварите кашу из семян лотоса и отправьте Ши Юй.
— Хорошо, — кивнула тетушка Чэнь. По правде говоря, с ее-то жизненным опытом и возрастом она должна была неплохо разбираться в людях, но Лу Цинь никак не укладывалась в ее рамки. Если говорить о заботе — та действительно заботилась о Ши Юй, не упуская из виду ни единой мелочи в ее быту. Но если говорить о жестокости — та тоже была настоящей: нанести такие тяжелые удары, что человек неделю не мог сидеть.
Подумав немного, Лу Цинь добавила:
— Помидоры и блюда с добавлением кетчупа больше не готовьте. Она их не особо жалует.
От этих слов тетушка Чэнь вытаращила глаза. На ее памяти она готовила для них и свинину с томатами, и говядину в томатном соусе, да и салаты с бутербродами вечно обходились без пары кружочков помидора. И за столько времени Ши Юй ни разу не обмолвилась, что терпеть их не может! Тетушка Чэнь невольно усомнилась в словах хозяйки — в конце концов, именно она вела все дела на кухне и готовила девочке трижды в день, а их отношения с Ши Юй были более чем теплыми.
Заметив ее сомнения на лице, Лу Цинь пояснила:
— Просто старайтесь готовить без них.
Тетушке Чэнь оставалось лишь кивнуть.
Уже собираясь уходить, Сюй Чиинь вдруг заявила, что хочет прогуляться и не против составить компанию в поездке, так что они уехали вместе на одной машине. Вскоре после этого секретарша доставила в офис Ши Юй сваренную кашу из семян лотоса.
http://bllate.org/book/32276/3937258
Готово:
