Кроме кабинета, он установил камеры повсюду — всё ради удобства тайной слежки.
Он видел, как брат только что проснулся и сидит на кровати, погрузившись в оцепенение.
Так и хотелось связать его.
Чтобы тот до конца своих дней сидел на его кровати и вот так же смотрел в одну точку.
Стоило Нань Цзиню приняться за еду, как сердце Ци Лэ буквально таяло.
Жаль только, что брат был слишком скован.
Почти не притрагивался к закускам, хотя порцию риса осилил.
А ведь всё это готовилось специально для него, эх.
Пусть он съел совсем немного, но Нань Цзинь всё равно чувствовал себя сытым и довольным.
Бабушку забрали уже больше года назад, тетя заходила к нему не каждый день, и, по правде говоря, так было даже лучше.
Нань Цзинь не мог общаться с людьми, да и тетю он побаивался.
После того как бабушка переехала к ней, он стал всё более мнительным и с тех пор ни разу не ел нормально.
А сегодня, в гостях у соседа, он наелся до отвала.
Сосед оказался по-настоящему добрым человеком.
Поев, он отправился на кухню, чтобы помыть посуду. Что делать с оставшейся едой, он не знал. Выбрасывать — точно не вариант. Поколебавшись, он принялся рыться в шкафчиках, нашел несколько крышек и по очереди накрыл все тарелки. Вытер стол тряпкой, расставил всё аккуратно.
Затем взял бумажку, сбегал в спальню за ручкой и написал слова благодарности: «Спасибо, я поел, посуду помыл и поставил на место».
Приклеил записку на видное место, открыл дверь и ушел.
Ци Лэ чесал в затылке: посуду ему мыть не нужно, кухню убирать тоже, ну к чему такая старательность?
Надо было оставить ему записку в ответ.
В коридоре тоже стояла камера, но когда Нань Цзинь вернулся домой и плотно закрыл дверь, в кадре не осталось ни следа от юноши.
Ци Лэ ощутил, что чего-то не хватает. Его словно блохи искусали, во всём теле разлилось неприятное томление.
Он убрал телефон и пошел домой, обдумывая, как бы еще сблизиться с братом в следующий раз.
Так и хотелось просверлить в стене дыру.
Заскучал по нему — и сразу прильнул глазами к отверстию.
Кабинет был заперт, Ци Лэ достал ключ и повернул его. Войдя в рабочую зону, он подтянул ногой стул, сел и взял лежащий на столе резец. Понемногу срезая стружку, он вскоре создал в своих руках странную, жутковатую куклу. Он раскрасил её, но не стал рисовать глаза.
Держа кисть с краской, он внезапно замер.
В голове промелькнуло лицо того юноши.
Прекрасное лицо, не правда ли?
Глава 6: Надеюсь, он проживет долгую жизнь.
Вдруг страшно захотелось вырезать его фигурку.
Он убрал жутковатую куклу в шкаф-витрину, выбрал кусок отличной древесины и продолжил работу.
Брат, разумеется, заслуживает самого лучшего.
Ци Лэ не позволит, чтобы от того веяло мраком.
Он хочет, чтобы Нань Цзинь стал более жизнерадостным.
Излишняя мнительность вредит здоровью.
Надеюсь, он проживет долгую жизнь.
***
— Прости, Сяо Цзинь, заказов в последнее время мало, поэтому не смог подкинуть тебе работы. На жизнь-то хватает? Если нет — переведу немного.
*Перевод: 1000 юаней*
За последние дни Нань Цзинь получил лишь несколько мелких заказов по три-пять юаней. Он не стал принимать деньги от босса, так как не выполнил работу для клиента.
[Возврат]
— Не нужно, брат, мне хватает. Спасибо.
Босс увидел, что деньги вернулись, но ничего не сказал, лишь добавил:
— Будет трудно — скажи. Сотню-другую тысяч я, конечно, не потяну, но тысячу-другую всегда найду.
— Спасибо, брат.
Он закрыл чат, посмотрел на баланс телефона: осталось 150 юаней.
Если есть раз в день, хватит на месяц с небольшим.
Если раз в два дня — на два с лишним месяца.
А если через два месяца заказов так и не будет?
Он не знал, как жить дальше. Наверное, так и умрет от голода в этой квартире, подумал Нань Цзинь.
Именно в момент его растерянности в группе для игровых напарников пришло уведомление с упоминанием всех участников.
@Все, есть кто может взять заказ? 1000/час.
Аккаунт был незнакомым, в группе появился недавно.
Многие сразу начали присылать голосовые сообщения и тексты с самопрезентацией. Нань Цзинь напряженно смотрел в экран телефона.
Наконец, он робко отправил смайлик с поднятой рукой.
Его сообщение тут же утонуло в потоке текста.
Он пребывал в смятении: хотелось взяться за работу, но было и страшно. Если возьмешься — придется включать микрофон, а если откажешься — нечего будет есть.
Цена, которую предложил этот заказчик, была невероятно высокой. Тысяча за час!
Это больше, чем за целый день тяжелой работы.
Обычно заказчики сначала слушают голосовые, выбирая голос поприятнее. Нань Цзинь не питал иллюзий, ему доставались только мелкие заказы. Больше пятнадцати юаней ему платили лишь тогда, когда босс, узнав о его бедственном положении, сам проявлял инициативу.
Клиенты платили щедро, за десятки секунд в чате пролетало по несколько десятков самопрезентаций.
Игровая помощь — это не то же самое, что бустинг. Бустинг требует повышения рейтинга с аккаунта клиента. Игровая помощь тоже требует побед, но босс требовал от них в первую очередь эмоциональной отдачи. Нужно было быть сладкоречивым, уметь уступать. Благодаря этому, даже в случае серии поражений, если удавалось развлечь заказчика, тот делал повторные заказы.
При оплате 1000 в час эмоциональную отдачу нужно было выкрутить на максимум.
Если заказчик останется недоволен, в следующий раз он не придет, а это обернется огромными убытками. Босс всегда хорошо к нему относился, и Нань Цзинь не хотел, чтобы из-за него они потеряли крупного клиента.
Подумав, он всё же удалил свое неуместное сообщение с поднятой рукой.
Новый заказчик долго не отвечал, видимо, слушал предыдущие записи.
Нань Цзинь нашел кабель и поставил телефон на зарядку. Потер ноющую от боли голову: после падения с лестницы тело всё еще болело, и каждое резкое движение отзывалось острой болью.
Он пошел в ванную, включил кран и плеснул на лицо холодной водой.
От ледяной влаги стало немного легче, сознание прояснилось.
Он начал восстанавливать в памяти события прошлой ночи. Воспоминания остановились на моменте в больнице, и дыхание Нань Цзиня снова стало тяжелым. Упершись руками в края раковины, он, с покрасневшими глазами, смотрел на свое отражение. На переносице виднелась красная точка, но стоило снять маску, как становилось заметно огромное родимое пятно на правой щеке, из-за которого никто не обращал внимания на ту маленькую красную отметину.
Это было не только уродством внешности, но и символом невезения.
С момента его рождения он стал причиной смерти матери.
Год спустя в один год погибли отец и дед.
На третий год семья дяди отправилась в поездку: водитель резко крутанул руль, машина потеряла управление и сорвалась в обрыв — вся семья погибла. А еще был ребенок тети, который не выжил.
Все вокруг говорили, что он приносит несчастья. Что из-за него вымерла вся семья.
Мастер сказал, что у него тяжелая судьба.
Нань Цзинь и сам верил, что судьба у него несчастливая. Он вечно приносил беды тем, кто находился рядом.
Он уже всё решил: когда бабушка уйдет, он найдет глубокое море и в следующей жизни станет рыбой.
Чтобы не тяготить тетю и не подставлять соседей.
Глядя в зеркало на свое лицо, он снова сорвался. Опустившись на пол по стене, он уже не мог сдерживать эмоции.
Стены в доме были тонкими. Он даже не смел выплакаться вволю. Словно на него наложили невидимые оковы.
Он не знал, сколько просидел в ванной. Глаза покраснели, ноги затекли. Шатаясь, он вернулся в комнату.
В комнате было пусто, совсем ничего. В шкафу — всего три комплекта одежды, один из которых — зимняя куртка.
Нань Цзинь нашел табурет и сел у окна. В этом доме квартиры были разные, и на левой стороне здания они были совсем крошечными.
В спальне юноши не было балкона.
Он немного посидел на солнце, и дух его окреп.
«Вжух-вжух-вжух...»
Телефон, стоявший на зарядке, внезапно завибрировал.
Нань Цзинь подошел — это был босс. Он звонил по голосовой связи, а Нань Цзинь больше всего на свете боялся разговаривать с людьми. Он не решился ответить и просто ждал, пока звонок прервется сам.
Только тогда он разблокировал телефон и заметил уведомление в группе. Подумав, что это снова общее сообщение, он сначала ответил боссу:
— Прости, брат, был в ванной.
Босс ответил мгновенно:
— Ничего. Посмотри вторую группу. Клиент требует именно тебя, постарайся. Можешь включить микрофон?
Нань Цзинь опешил, вышел из чата и пролистал историю сообщений вверх. Оказалось, заказчик, предлагающий 1000 в час, упомянул его! Он был в шоке.
Деньги делились с боссом пополам. 500 за час — для него это была баснословная сумма.
Поколебавшись, он написал боссу:
— Прости. Отдай заказ кому-нибудь другому, брат.
Босс что-то печатал, удалял, снова печатал, и в конце концов прислал: «Ладно» и смайлик с утешением.
Нань Цзинь вздохнул и положил телефон на стол.
Не прошло и двух минут, как раздался еще один звонок, но сразу оборвался — словно напоминая юноше посмотреть в экран. Нань Цзинь нажал на экран.
«Бери заказ, заказчик добавил тебя в друзья. Не обязательно включать микрофон, просто отдавай ему фраги. Защищай его — этого будет достаточно».
Нань Цзинь был тронут и пристыжен, думая, что босс выбил этот заказ для него.
— Спасибо, брат.
— Не за что, я особо ничего не сделал.
Такой заказ им попался впервые, хотя они и не работали по часам. Если бы выбор был за боссом, ради денег он, возможно, отдал бы заказ более расторопному сотруднику, чтобы клиент остался полностью доволен.
Но этот игрок хотел именно Нань Цзиня.
Причиной, по его словам, было то, что у Нань Цзиня была «индивидуальность» на аватарке.
Босс не видел ничего особенного в чисто черном аватаре, но если клиент сказал, что это индивидуальность, значит, так оно и есть. А юноше как раз нужны были деньги.
Пришел новый запрос в друзья.
Нань Цзинь нажал принять. Аватар у собеседника был чисто белым, а имя — Лицо Красавицы.
На вид — девушка, и в поле пола тоже стояло женский.
Он принял запрос.
Лицо Красавицы: Свободен?
Нань Цзинь закусил губу. Его не покидало ощущение, что он всё еще не проснулся.
http://bllate.org/book/32231/3931773
Готово:
