Сун Янь не знала одного: когда Шэнь Цинъи увидела описание этого сериала, то, не задумываясь, кликнула на него, возможно, потому, что там присутствовала «родственная душа». Досмотрев сериал до конца, Шэнь Цинъи действительно искренне полюбили его.
Она немного помолчала, подперев щеку рукой, и произнесла:
— Больше всего мне нравится Третья принцесса. Переместиться во времени и пространстве в совершенно другой, чужой мир — наверное, это так одиноко и страшно, но она такая сильная и смелая.
Шэнь Цинъи крепко сжала губы, а затем чуть заметно улыбнулась уголками рта. Ее живые глаза постепенно погрузились в глубокую тень, и, опустив голову, она тихо вздохнула:
— К тому же, рядом с ней был генерал, который так сильно ее любил. Столкнувшись с таким количеством испытаний и трудностей… на ее месте я бы, наверное, думала только о том, как бы просто выжить…
Возможно, из-за того, что она все время была сосредоточена на ней, Сун Янь уловила перемену в ее взгляде в тот момент. Актерская интуиция подсказала ей: казалось… Шэнь Цинъи была очень печальна, и в ней чувствовалось знакомое, но в то же время чуждое одиночество.
Из-за чего? — мысленно спросила себя Сун Янь. Разве человек, у которого есть семья и друзья, тоже может быть одинок?
Сун Янь казалось, что она не может до конца разгадать Шэнь Цинъи.
Не успела она погрузиться в раздумья, как сидевший рядом Чжоу Чжунъюй с шутливой улыбкой обратился к Шэнь Цинъи:
— Малышка Шэнь, почему ты ничего не скажешь о генерале? Как думаешь, разве генерал не красавчик? Ты полюбила этот сериал из-за его красоты, признайся!
Шэнь Цинъи была ошеломлена и, не задумываясь, выпалила:
— Я все-таки больше очарована красотой Третьей принцессы…
Сидевшая рядом Сун Янь, услышав эти слова, встрепенулась и произнесла с загадочной полуулыбкой:
— И то верно, это заметно.
Шэнь Цинъи смущенно посмотрела на подтрунивающую над ней Сун Янь. Она никак не ожидала, что сболтнет лишнего сгоряча, и мысленно пообещала себе впредь держать язык за зубами и хранить молчание!
Тао Хаосин не удержался и сдавленно рассмеялся:
— И на старуху бывает проруха! Учитель Чжоу сегодня тоже потерпел поражение, пав перед красотой нашей учительницы Сун.
Чжоу Чжунъюй небрежно бросил:
— Подумаешь! Малышка Шэнь любит красавиц, а не красавцев, тут и сравнивать нечего. Но я-то всё равно красивее тебя, брат.
Гусэ, который молча слушал их болтовню и упустил суть разговора, удивленно переспросил:
— М? Цинъи любит девочек?
Услышав это, Шэнь Цинъи нервно вцепилась в стакан с водой и, чувствуя себя виноватой, попыталась сменить тему:
— Да что ты такое говоришь! Разве мы не о сериале говорим? — при этом она не стала отрицать слова Гусэ.
«Кстати, когда она только что сказала, что любит красавиц, мне показалось, что тут что-то не так»
«Что-то не так, точно! Она не стала отрицать! У пейринга, за который я болею, есть все шансы!»
«Да они просто болтают как обычно. Даже если она любит девочек, закон об однополых браках приняли уже несколько лет назад, так что в этом нет ничего особенного»
«Ха-ха-ха, по-моему, она просто нервничает, в основном-то ее подкалывают остальные»
«Мгм-мгм, гляньте-ка, Янь-Янь снова принялась дразнить ее»
…
А сама виновница дразнилок, Сун Янь, протянула:
— М-да, неужто ты и правда любишь таких, как Третья принцесса?
Шэнь Цинъи с волнением выдавила:
— Кх-кх, я ведь просто любовалась! Любовалась!
Сун Янь с абсолютно невозмутимым видом кивнула:
— Тоже верно, тебе ведь нравятся такие, как я.
Шэнь Цинъи глубоко вздохнула. Ладно, состязаться с ней бесполезно — в этой жизни она никак не ожидала встретить человека, способного так сильно ее уесть!
Она перевела на Сун Янь взгляд, полный беспомощного смирения и легкой обиды:
— Учитель Сун, хватит уже меня подкалывать!
Чжоу Чжунъюй рассмеялся и, словно бы вставая на защиту Шэнь Цинъи, произнес:
— Разве это она подкалывает? Это прямое искушение! Когда мы раньше снимались в кино, она совсем другой была — слова лишнего не вытянешь. И где только научилась мастерству соблазнения молоденьких девчонок?
Затем он с нарочитой строгостью посмотрел на Сун Янь:
— Малышка Сун, наша малышка Шэнь тебе не по зубам. Смотри у меня, не заглядывайся на нее только потому, что она хорошенькая!
Шэнь Цинъи усердно закивала:
— Именно!
Сун Янь лишь улыбнулась в ответ, ничего не говоря. На самом деле она вовсе не собиралась постоянно подкалывать Шэнь Цинъи — просто порой ей безумно хотелось ее подразнить, до того забавной та казалась.
Хо И, глядя на то, как все весело беседуют, тоже радовался в душе. Он никак не ожидал, что в первый же день атмосфера окажется настолько теплой и дружеской. Не удержавшись, он заговорил:
— А я-то думал, что в первый день атмосфера будет неловкой, в основном из-за того, что у нас такая большая разница в возрасте и существует пропасть поколений. Но я никак не ожидал, что, пробыв вместе всего один день, мы сможем сидеть здесь и болтать, как лучшие друзья.
Чжоу Чжунъюй возразил:
— Это ты слишком всё усложняешь. Сегодня же только первый день, впереди еще два месяца — со временем мы станем одной большой семьей!
Остальные кивнули. Хо И, видя серьезные лица присутствующих, с улыбкой произнес:
— Ладно-ладно, давайте обойдемся без сентиментальности. Уже поздно, расходимся по комнатам спать, ждем завтрашнего дня!
Прямая трансляция под бурные протесты фанатов, не желавших расставаться с участниками, завершилась. Шэнь Цинъи умылась в своей комнате и теперь сидела на постели, мешкая и не решаясь выйти за дверь.
Ей совсем не улыбалось приближаться к Сун Янь, особенно после того, как та сегодня столько раз над ней подшутила. Поразмыслив о том, какая она всё-таки бесхитростная — подумаешь, всего лишь лечь спать, — Шэнь Цинъи беззвучно вздохнула. Она уже сбилась со счета, сколько раз мысленно отругала себя за это.
Пока в комнате внезапно не стало темно: режиссер попросту распорядился отключить у нее электричество. Только после этого Шэнь Цинъи поневоле пришлось распахнуть дверь и выйти наружу. Как бы сильно она ни боялась жары, темноты она страшилась еще больше. В детстве, когда она росла в детском доме, другие дети запирали ее в темных помещениях, и с тех пор она панически боялась темноты.
Стоя в коридоре, Шэнь Цинъи глубоко вздохнула. Подняв правую руку и согнув указательный палец, она тихо постучала в дверь комнаты Сун Янь.
Уже успокоившееся было сердце вновь затрепетало от этих двух ударов.
Прошло всего несколько секунд, как дверь отворилась. Сун Янь, у которой лицо было покрыто маской, говорить было неудобно, поэтому она просто отступила в сторону, жестом приглашая Шэнь Цинъи войти. Когда та вошла, Сун Янь заперла дверь и направилась в ванную смывать маску.
Комната Сун Янь немного отличалась от ее собственной: здесь преобладали монохромные, просто белые тона, шторы тоже были серо-белыми, но выглядело всё лаконично и стильно.
Выйдя из ванной после умывания, Сун Янь заметила, что Шэнь Цинъи так и стоит столбом в ногах кровати, и усмехнулась с легким юмором:
— Чего не ложишься? Привыкла спать одна и тебе непривычно?
Шэнь Цинъи повернулась к ней, смущенно опустила глаза и тихо произнесла:
— Нет… просто я… боюсь спать с выключенным светом…
Сун Янь озадаченно переспросила:
— Боишься темноты?
— Угу… — тихо ответила Шэнь Цинъи.
Затем она услышала, как Сун Янь, не задумываясь, ответила:
— Ну и пустяки. Я прекрасно засыпаю и при включенном свете.
http://bllate.org/book/32178/3927695
Готово:
