Призрачный Жених двигался слишком быстро, и Линь Хуань успел лишь зажмуриться, ожидая прихода смерти.
Мысленно он поклялся: когда он сам превратится в призрака, он обязательно задаст этому проклятому муженьку жару!
— Хе-хе-хе...
Длинные ногти Призрачного Жениха, сотканные из мрачной призрачной ци, коснулись шеи Линь Хуаня. В тот же миг кожу на его шее пронзил леденящий холод — казалось, бесчисленные промерзлые змейки проскользнули через поры прямо в его тело.
Это ощущение заставило его содрогнуться от ужаса. Под напором страха его феромоны, до того прекрасно скрываемые, вышли из-под контроля, хлынув наружу подобно прорванной плотине, и вихрем разнеслись вокруг него во все стороны.
Столкнувшись лицом к лицу с мощной волной феромонов, Призрачный Жених сдулся, словно проткнутый шарик с призрачной ци, и с глухим стуком рухнул на восьмиугольный стол.
Тишина.
Глухая тишина.
Линь Хуань замер в царившем вокруг безмолвии. Не дождавшись ни боли, ни смерти, он с опаской и любопытством приоткрыл один глаз.
На восьмиугольном столе облик Призрачного Жениха по-прежнему оставался жутковатым, но его фигура стала призрачной и зыбкой, словно легкая белая дымка, готовящаяся рассечься от малейшего дуновения ветра.
Линь Хуань открыл второй глаз и подозрительно уставился на Призрачного Жениха.
Что это с его дохлым муженьком?
Дохлый муженек перехватил его взгляд, виновато отвел глаза, а затем, извиваясь червяком, с булькающими звуками попятился назад.
Линь Хуаня озарило. Осененный догадкой, он в шутку замахнулся на дохлого муженька ладонью.
Призрачный Жених приподнял было верхнюю часть туловища, пытаясь увернуться, но обессиленно шмякнулся обратно на восьмиугольный стол. От не слишком сильного шлепка Линь Хуаня его невесомое тело кубарем полетело назад.
Линь Хуань посмотрел на собственную ладонь, затем на дохлого муженька, снова перевел взгляд на ладонь — и вмиг осмелел.
Раз уж так пошло, неужели он может...
Хе-хе-хе.
Глава 2. Что ты такое творишь?
В пятистах ли от двора, где проходила свадьба, под землей скрывалась доселе никому не известная усыпальница. В главной погребальной камере стоял роскошный внешний гроб из драгоценного дерева наньму, украшенный золотой и серебряной вязью инкрустацией из драгоценных камней.
В тот самый миг, когда Линь Хуань выпустил свои феромоны, этот тяжелый саркофаг, хранивший молчание на протяжении более чем тысячи лет, издал глухой стук.
Спустя мгновение крышка великолепного гроба сдвинулась, обнажив изящную, тонкую руку. Эта рука отличалась гармоничными пропорциями, четко очерченными суставами, безупречно гладкой, белой и нежной кожей, словно выточенная из чистейшего белого нефрита статуэтка.
— Бах! —
Вслед за рухнувшей на пол крышкой из недр гроба медленно приподнялось необычайно красивое лицо.
Нефритовая кость, золотой облик, ясный дух и утонченные черты — истинный небожитель.
Его ноздри затрепетали, продолговатые глаза полуприкрылись, а бледно-красные губы чуть приоткрылись:
— Благовония.
Он легко спрыгнул на землю из небольшого гроба, целиком вырезанного из цельного куска нефрита, и поспешил на запах благовоний.
В новой комнате.
— Хе-хе-хе... —
Издавая зловещий смех злодея, Линь Хуань отвесил затрещину своему дохлому муженьку, который уже вернул себе прижизненный облик. Подперев рукой голову и провожая взглядом зеленолицего призрака, он весело рассмеялся:
— Ву-ху, взлетаем! —
Когда зеленый призрак повалился на пол, Линь Хуань цок-цок-цок подбежал к нему и повторил всё сначала.
Словно ребенок, только что получивший новую игрушку, он неутомимо бегал туда-сюда.
Призрачный Жених лежал на полу, и при виде приближающегося Линь Хуаня в его глазах застыл ужас.
Уж лучше бы Линь Хуань уничтожил его душу до конца, чем позволять пинать себя то туда, то сюда, как какой-то мяч.
Это было слишком унизительно.
Ни при жизни, ни после смерти он еще не претерпевал такого позора!
Сначала он еще молил о пощаде, но теперь хотел лишь одного — избавления. Он взревел:
— Линь Хуань, хватит духу — убей меня! Мужчина предпочитает смерть бесчестью!
Линь Хуань хихикал, колотя его по голове, точно арбуз, отчего голова призрачного жениха колотилась о пол с глухим стуком:
— Хе-хе-хе, муженек, муж и жена — одна сатана, как я могу тебя убить?
Конечно же, он просто не знал, как его убить.
Знай он способ, он бы с радостью избавил его от мучений.
Или они думали, что пинать мяч ничего не стоит?
Он всего лишь хрупкий и слабый омега, у него самого ладони устали и болят от постоянных ударов по призраку.
Призрачный Жених кипел от злости: какая уж тут любовь, если с ним так обращаются!
— Смотри мне! —
Сквозь зубы процедил призрачный Жених, затаив обиду.
Вот придут люди из его Семьи Цзян, он покажет этой мелкой шавке!
— Конечно же, люблю, — подперев подбородок, протянул Линь Хуань. — Милый муж, снаружи столько призраков, мне так страшно! Не мог бы ты убить их ради меня?
— Мечтай, — призрачный Жених вспомнил о тех тварях снаружи, и в его сердце забрезчила надежда.
Живая ци смертных обладала для призраков непреодолимой притягательностью. Наступила ночь, а Линь Хуань был еще жив; те призраки не выдержат испарений живого человека и толпой ринутся сюда. Тогда Линь Хуаня непременно разорвут на куски и сожрут эти монстры, не оставив даже Божественной души.
При одной этой мысли призрачный Жених затрепетал от возбуждения.
Строго говоря, он изначально собирался либо убить Линь Хуаня, либо спасти его от неминуемой гибели и рассеивания души. Кто же знал, что этот неблагодарный смеет сопротивляться?
Раз уж он не пожелал составить с ним пару призрачных супругов, пусть тогда станет пищей для остальных духов.
Линь Хуань сказал это просто так — он прекрасно понимал, что призрак ни за что не согласится.
Он прижал плечом призрачного Жена, сжал кулачки размером с чашечку и принялся яростно колотить его. На его лице расцвела милая улыбка, обнажая две ямочки на щеках, а голос звучал мягко и нежно:
— Мне так страшно, муженек! Приходится уступить тебе и позволить муженьку послужить громоотводом для моего страха.
Хотя он и не понимал, почему этот призрак вдруг стал таким хилым, грех было упускать шанс от души побить его, пока тот болен.
Бить ладонью все же было не так приятно, как кулаками.
Янь Суюэ вошел в брачные покои как раз в тот момент, когда Линь Хуань сладко улыбался, ожесточенно лупя призрака, и невольно тихонько усмехнулся.
Неужели это его верующая?
Довольно милая.
Появившись здесь, он думал, что какой-нибудь захудалый божшок обустроил храм на его территории, отсюда и запах благовоний. Кто же знал, что его источник — крошечная живая человеческая верующая в человеческом обличье.
Услышав смех, Линь Хуань прервал избиение и настороженно обернулся на звук.
В тот же миг его охватило легкое помутнение рассудка.
Незваный гость выглядел лет на двадцать пять-двадцать шесть, ростом около метра восьмидесяти пяти — метра девяноста. На нем было длинное одеяние цвета инея с запахом на левую сторону, на котором серебряной нитью были вышиты солнце, луна, звезды и традиционные узоры по вороту и краям, а на поясе висел кусок белого нефрита.
Он стоял просто так — широкие плечи, узкая талия, длинные ноги, величественная осанка дракона и изящество феникса, — воплощение благородства и роскоши.
http://bllate.org/book/32175/3927307
Готово:
