Лу Цин последовала за ней внутрь, уселась рядом и послушно наблюдала за процессом, неожиданно даже не пытаясь шуметь.
Су Юймэн изначально уже размышляла над тем, как бы выставить её за дверь, но Лу Цин не предоставила ей такой возможности.
Когда Су Юймэн повернулась к ней в третий раз, Лу Цин недовольно произнесла:
— Чего пялишься? Сама же говорила, что в рабочее время отвлекаться нельзя. К другим строга, а к себе снисходительна, да?
Су Юймэн тихо фыркнула.
Заметив, что та отвлеклась, Лу Цин самодовольно улыбнулась, поддвинулась ближе и заговорила:
— Мэн-мэн, если у тебя есть что сказать — так говори. Не можешь же ты рассказать всё Хэ Шулин, но при этом скрывать это от меня? Вечно держать всё в себе — только портить рабочую эффективность.
Раскусив её манёвр, Су Юймэн цокнула языком:
— Эх, у меня как раз есть вопросик, который я хотела бы задать великой госпоже Цин, бывшей сотруднице отдела пропаганды Группы компаний «Цзячэн». По-твоему, нынешняя работа ведь несложная, особых профессиональных требований к ней не предъявляется. Неужели внутри самого Цзячэна не нашлось никого, кто мог бы справиться с обязанностями фотографа? Или, может быть, из-за нехватки оборудования нам понадобилось нанимать человека со стороны?
Лу Цин прекрасно уловила скрытый подтекст слов Су Юймэн, но решила прикинуться дурочкой:
— Мэн-мэн, я отвечаю исключительно за художественный дизайн, в остальном я ничего не понимаю.
Про себя Су Юймэн подумала: ну и хитрюга же ты.
Но раз Лу Цин намеренно делала вид, что ничего не понимает, оставалось только сказать всё напрямую:
— Как думаешь, Хэ… она пришла из-за меня?
— Ой-ёй~ — Лу Цин хитро прищурила глаза, превратив их в две тонкие полоски. — Раньше при людях ты вроде бы и не показывала вида, Мэн-мэн, а в голове-то у тебя крутятся такие мысли!
Смутившись от её подколок, Су Юймэн неловко заправила прядь волос за ухо.
Лу Цин с улыбкой заметила:
— Насчёт остального я не уверена, но если найм со стороны действительно был необходим, то ты — безусловно, лучший выбор в глазах Хэ Шулин.
Поразмыслив, Лу Цин продолжила:
— Её происхождение столь влиятельно, она вполне могла узнать о твоей награде, а заодно и о твоих планах поездок. Возможно, в этом году она вернулась на родину как раз ради тебя.
— … — услышав это, Су Юймэн почувствовала, как её внезапно вспыхнувший энтузиазм мгновенно угас. На смену ему пришло полное спокойствие: щеки перестали гореть, а сердце забилось ровно. — Да уж, Хэ… ей проще простого меня отыскать.
По интонации Лу Цин поняла, что что-то не так:
— Мэн-мэн, ты злишься?
Внимание Су Юймэн снова вернулось к экрану монитора, и она равнодушно ответила:
— Ничего особенного. Просто внезапно осознала, что её семья и я — это небо и земля, оттого на душе немного неспокойно.
И что ещё важнее: если Хэ Шулин действительно обладает столь грандиозными связями и всё это время тайком следила за каждым её шагом, то…
— Ах, это вполне нормально, — Лу Цин не стала слишком глубоко вдаваться в размышления и просто продолжила мысль Су Юймэн: — Когда я сама впервые встретила Хэ Шулин в этом году, у меня было точно такое же чувство. Скажи, Мэн-мэн, те два года в старшей школе, пусть они и пролетели быстро, но ведь ты была её лучшей подругой в классе, верно? И при этом она тебе ни словечка не обмолвилась.
Су Юймэн слегка растерялась и машинально произнесла:
— Наверное, она не специально пыталась это скрыть от нас.
— Да как же не специально? Разве мы тогда не то и дело болтали о её Цзячэне? Не забывай, самую первую камеру ты купила как раз от Цзячэна, — вполголоса напомнила Лу Цин.
Рука Су Юймэн, управлявшая мышкой, чуть заметно дрогнула.
Разве она могла это забыть?
Перед началом занятий во втором семестре одиннадцатого класса, держа в руках жалкие две сотни новогодних денег, она выбирала фотоаппарат в цифромедном отделе торгового центра среди целой горы импортных товаров стоимостью в тысячи и десятки тысяч юаней. Хэ Шулин, сопровождавшая её тогда, заметила её смущение и отговорила от этой затеи, а спустя всего пару дней преподнесла ей в подарок отечественный цифровой фотоаппарат.
Су Юймэн до сих пор помнила свои слова:
— Группа компаний «Цзячэн»? Помню, это вроде бы те, кто продаёт бытовую технику. Кондиционер у меня дома как раз этой марки, неужели они ещё и фотоаппараты выпускают? Всё подряд исследуют и производят? Звучит солидно. Дорогой? Если слишком ценный, я не посмею его принять. Старая модель? Но он выглядит совершенно новым, следов использования вообще нет. Боишься, что я побрезгую? С чего бы вдруг? По-моему, пейзажи, достойные запечатлеть, требуют куда большего душевного трепета, инструмент здесь не на первом месте. К тому же раз это подарок от тебя, мне, пожалуй, захочется оставить его при себе как сокровище, пользоваться им до поломки будет просто жалко. В общем, спасибо тебе.
До сегодняшнего дня этот фотоаппарат по-прежнему лежал на дне ящика в её комнате. Во время путешествий она его не брала, опасаясь потерять, и аккуратно убрала в маленький тканевый мешочек, чтобы на него не оседала пыль, хотя не прикасалась к нему уже целых два года.
Опершись локтем о стол и подперев голову рукой, Су Юймэн медленно выдохнула:
— В любом случае, Хэ… то есть маленькая госпожа Хэ вряд ли замышляет что-то дурное. Как говорится, богатство напоказ не выставляют, её председатель-отец наверняка наставил её ничего не рассказывать, опасаясь, что раскрытие личности навлечёт лишние проблемы. На её месте я бы поступила точно так же.
Лу Цин ухмыльнулась:
— Ого, уже на своё место примерила.
Обе переглянулись и согласно улыбнулись друг другу.
Спустя мгновение Лу Цин вздохнула:
— Я вовсе не хочу наговаривать на Хэ Шулин, просто мне кажется, что ты, Мэн-мэн, незаслуженно обижена.
Однако Су Юймэн так не считала:
— С чего бы мне быть обиженной? Я с ней дружила вовсе не ради какой-то выгоды. Конечно, узнать обо всём спустя больше десятка лет — приятного мало, на душе скребут кошки, но если понять причины, то и злиться нет никакого смысла. Кстати, Цин-цин, выручи советом: я пообещала ей поужинать вместе вечером, помоги придумать, какой подарок ей преподнести.
Посмотрев на неё с молчаливым укором, Лу Цин вдруг раздражённо бросила:
— И не подумаю помогать! Чего у неё может не хватать?
— В чём дело? — вспышка гнева Лу Цин лишь озадачила Су Юймэн.
Та ответила:
— Недостаток железа в крови, избыток мягкотелости.
— Пф, — рассмеялась Су Юймэн. — И что со мной не так? Ты же только что сама подначивала меня бегать за ней, а теперь вдруг возмущаешься?
Закинув ногу на ногу и сохраняя бесстрастное выражение лица, Лу Цин изрекла:
— Я подначивала тебя, потому что видела: ты всё ещё тоскуешь по ней. А злюсь я потому, что ты всё ещё тоскуешь по ней!
Закончив обрабатывать очередное изображение, Су Юймэн сладко потянулась:
— Ха-а… Можешь быть спокойна. Хотя, возможно, я действительно ещё не отпустила это до конца, но бегать за ней я точно не собираюсь. Этот ужин станет красивой точкой в наших отношениях, после чего я больше не планирую с ней общаться.
Лицо Лу Цин снова изменилось:
— Why?
Су Юймэн лихо провела подушечкой пальца по кончику носа:
— Я убеждённая чайлдфри… тьфу, то есть сторонница одиночества, у меня нет ни малейшего желания крутить романы.
Лу Цин закатила глаза:
— …Ну давай, притворяйся дальше.
Наступил вечер.
Су Юймэн сообщила Лу Цин место встречи с Хэ Шулин в обмен на совет насчёт «чашки молочного чая в подарок».
— Почему именно этот западный ресторан? — возмутилась подруга. — Там и дорого, и невкусно, любое другое заведение с теми же ценами будет в сто раз лучше.
— Просто когда ты в прошлый раз жаловалась на еду возле вашей компании, я запомнила только его.
— Тогда почему тебя непременно потянуло в ресторан возле Цзячэна? Ради удобства Хэ Шулин?
Под бесконечные вздохи и стенания Лу Цин Су Юймэн вышла на улицу, арендовала у обочины электроскутер и с лёгким ветерком покатила в сторону Площади Синьюэ.
Летом солнце садится поздно, около семи часов вечера, и хотя небо уже успело стемнеть, Город Чанъань оставался всё тем же бурлящим мегаполисом.
Су Юймэн прибыла на полчаса раньше назначенного времени, но стоило ей припарковать транспорт и собраться перейти дорогу, как со стороны намеченного места встречи донёсся знакомый голос:
— Юймэн, я здесь!
В ярких переливах неоновых огней Хэ Шулин стояла неподалёку и вовсю махала ей рукой, совершенно не заботясь о том, скорое внимание окружающих она привлекает.
Су Юймэн закрыла лицо рукой, попутно размышляя о том, что хотя штаб-квартира Цзячэна находилась всего через дорогу отсюда, Хэ Шулин явно не могла преодолеть это расстояние так быстро.
Подойдя ближе, Су Юймэн окинула её оценивающим взглядом и заметила, что та сменила деловой костюм на повседневную одежду в тон.
— Ты уже освободилась? — спросила она.
— Угу.
Десять лет назад при встрече Хэ Шулин сразу же бросалась к ней и висела на шее; повзрослев, она стала сдержаннее и теперь просто шла рядом с Су Юймэн плечом к плечу.
Неизменной оставалась лишь та самая сияющая улыбка: стоило Су Юймэн чуть замедлить шаг и отстать, как Хэ Шулин тут же оборачивалась на ходу по два-три раза и неотступно следовала за ней.
— У меня не было твоего номера, и я боялась опоздать и заставить тебя ждать, поэтому пришла сюда сразу же, как только закончился рабочий день.
— Но ведь пришла слишком рано, до встречи ещё целых несколько минут.
— Но ты ведь тоже пришла очень рано, Юймэн.
Су Юймэн уже заготовила правдоподобное объяснение:
— Я планировала немного прогуляться. Я ведь только недавно вернулась на родину и почти ничего здесь не знаю. Подумала, вдруг увижу что-нибудь стоящее и смогу купить это тебе в подарок.
— О… спасибо! — Хэ Шулин выглядела слегка польщённой.
Войдя под крышу торгового центра, избавившись от мешающего цветного сияния реклам, Су Юймэн заметила, что перед уходом с работы Хэ Шулин подкрасилась: по сравнению с естественным дневным макияжем, вечерний делал её ещё более яркой и живой, наполняя сиянием, идеально гармонирующим с шумной атмосферой вокруг.
Су Юймэн вдруг вспомнилось, что много лет назад у них уже был похожий день. В те времена Площадь Синьюэ ещё даже не построили, а на этом месте находился старый жилой квартал. Из-за близости к парку там постоянно крутились уличные торговцы с нехитрой едой, поэтому по выходным они порой договаривались погулять именно здесь.
Су Юймэн помнила, как угощала тогда Хэ Шулин жареными картофельными ломтиками от местного торговца: сама она съела их без последствий, а вот у Хэ Шулин по возвращении домой прихватило живот.
Она внезапно встревожилась, не возникнут ли у них проблемы с гигиеной из-за отвратительной стряпни в том западном ресторане, но прежде чем она успела задать вопрос, Хэ Шулин заговорила первой.
Хэ Шулин была занята тем, что рассеивала внимание, переводя взгляд с Су Юймэн на витрины соседних магазинов.
Проходя мимо декоративной скульптуры внутри молла, Хэ Шулин остановилась, легко коснулась пальцами носа маленького кролика, а затем перевела взгляд на Су Юймэн и с лёгкой улыбкой произнесла:
— На самом деле я ведь тоже только что вернулась из-за границы и почти ничего здесь не знаю. Пришла пораньше как раз с мыслью найти что-нибудь хорошее в подарок тебе, если попадётся на глаза.
Нынешние торговые скульптуры уже не отличались той абстрактностью, что была десяток лет назад, но Су Юймэн всё равно считала, что куда милее живого мультяшного кролика с висячими ушками была сама Хэ Шулин.
Подавлением эмоций заглушив подступившее чувство, Су Юймэн холодно ответила:
— Не нужно. Твоего присутствия за ужином мне уже вполне достаточно, госпожа Хэ.
— … — поначалу Хэ Шулин слушала её с явным удовольствием, но последнее обращение Су Юймэн заставило её улыбку мгновенно застыть на лице.
Ее рука соскользнула со статуи. Хэ Шулин попыталась, как в былые времена, ухватить Су Юймэн за рукав, но в последний момент сдержалась, сохранила дистанцию и виновато произнесла:
— Юймэн, прости меня.
http://bllate.org/book/31956/3902684
Готово:
