Пока Чэнь Шанжэнь неловко натягивал улыбку, он вдруг услышал у самого уха знакомый детский голос.
Озадаченно повернув голову, он увидел, что Гу Суйцин, вне себя от радости, бежит прямо к нему, после чего с разбегу бросился ему в объятия.
Чэнь Шанжэня от такого резкого броска чуть не смахнуло со стула. Удержав равновесие, он ошеломленно посмотрел на Гу Суйцина, который маленьким личиком яростно терся о его грудь:
— Суйсуй, ты как здесь оказался?
Он вовсе не притворялся: он знал, что Гу Сяньчу снимается в этом сериале, но никак не ожидал увидеть здесь Гу Суйцина.
Услышав это, Гу Суйцин поднял голову и сияя улыбкой произвел:
— Мой папа здесь снимается. Чтобы я снова не убегал куда попало, он взял меня с собой.
Чэнь Шанжэнь слегка задумался, и в этот момент до него дошло, в чем тут дело. Он собирался расспросить Гу Суйцина подробнее, но вдруг услышал рядом низкое и приятное приветствие:
— Давно не виделись, господин Чэнь!
Чэнь Шанжэнь обернулся и увидел Гу Сяньчу в черном маскарадном халате с узкими рукавами и вышитыми золотой нитью облаками на обшлагах. Обладая элегантными манерами и потрясающей аурой, он походил на знатного молодого господина из древности.
Гу Сяньчу невозмутимо подошел, кивком поприветствовал Шэнь Ичжоу, а затем перевел взгляд на Линь Чиюя и произнес:
— Очень рад встретить здесь господина Чэня!
Услышав это, Чэнь Шанжэнь поднялся и с мягкой, сдержанной улыбкой ответил:
— Это я должен поблагодарить господина Гу за рекомендацию, иначе мне вряд ли выпала бы столь редкая возможность — посчастливилось работать с режиссером Шэнем и другими мастерами своего дела.
Гу Сяньчу слегка изогнул губы. Под его волевыми, взметнувшимися вверх бровями сияли глаза, яркие, как холодные звезды. В глубине его глаз плескалась улыбка:
— Талант господина Чэня был скрыт под слоем пыли, я лишь немного подтолкнул его. Всё остальное зависит исключительно от усилий самого господина Чэня.
Чэнь Шанжэнь улыбнулся, на его лице по-прежнему играла мягкая и вежливая улыбка, однако глаза неотрывно следили за Гу Сяньчу, а эмоции в них оставались непостижимыми.
Издалека на него упал горячий взгляд — дикий и пламенный, от которого ему стало немного не по себе, возникло ощущение скованности.
Гу Сяньчу слегка поджал тонкие губы, молча отвел взгляд, протянул руки, подхватил Гу Суйцина и произнес:
— Папа скоро начнет сниматься, так что ступай к дяде Жэню, Суйсуй.
Гу Суйцин надул губы и с самым недовольным видом протянул:
— Папа, я не хочу идти к дяде Жэню, он целый день без конца разговаривает по телефону, скукотища смертная.
Закончив говорить, малыш оживился, повернулся к Чэнь Шанжэню и выпалил:
— Я хочу поиграть с братом Чэнем, можно, папа?
Гу Суйцин обнял Гу Сяньчу за шею и качнулся из стороны в сторону, пустив в ход все свои чары.
Услышав это, Гу Сяньчу почувствовал, как у него внутри все дрогнуло, но внешне строго произнес:
— У брата Чэня есть дела, он занят. Если ты останешься здесь, то будешь только мешать. Будь послушным, иди поиграй с дядей Жэнем. Когда папа закончит съемки, он отведет тебя поесть чего-нибудь вкусненького.
Стоило Гу Суйцину услышать это, как его глазки мгновенно покраснели. На фарфорово-белом личике, вокруг глаз, проступил легкий румянец — вылитый крольчонок.
Заметив это, Чэнь Шанжэнь вдруг вспомнил, как недавно Гу Суйцин точно так же стоял с покрасневшими глазами. С улыбкой шагнув вперед, он сказал:
— Если господин Гу не возражает, пусть Суйсуй поиграет здесь. Я почти со всем справился, а он очень послушный и хлопот не доставит.
Услышав это, Гу Суйцин торопливо закивал маленькой головкой, показывая, что будет послушным и не станет доставлять неприятностей.
Гу Сяньчу бросил взгляд на стоявшего рядом Чэнь Шанжэня и, немного помедлив, едва заметно кивнул, соглашаясь на просьбу Гу Суйцина.
— Ура, я сильнее всех тебя люблю, папа!
Ликующе воскликнув, Гу Суйцин снова обвился руками вокруг шеи Гу Сяньчу и чмокнул его в щеку.
Почувствовав, что щека оказалась сплошь уляпана слюной, Гу Сяньчу беспомощно покосился на сиявшего от счастья Гу Суйцина, и в его глазах промелькнула едва заметная нежность.
Взгляд Чэнь Шанжэня слегка потемнел, но он продолжал пристально смотреть на Гу Сяньчу, и в глубине его глаз отразилось какое-то особенное чувство.
Косой луч заходящего солнца изловчился пробиться сквозь щели павильона и упал на них, словно софит на сцене, крепко впечатав всех троих в единую картину.
Опытный Шэнь Ичжоу наблюдал за этой теплой сценкой, слегка приподняв брови; особенно когда он уловил скрытые в глубине глаз Чэнь Шанжэня эмоции, в его собственных глазах мелькнул интерес.
В съемочной площадке вновь воцарилась суета. Стоял легкий гул, и тогда Чэнь Шанжэнь отвел Гу Суйцина в ближайшую кондитерскую, купил малышу его любимый муссовый торт и клубничный коктейль, прихватил кое-какой еды для режиссера Шэня и остальных сотрудников, после чего вернулся вместе с Гу Суйцином на площадку.
Когда Чэнь Шанжэнь с Гу Суйцином подошли к месту съемок, атмосфера в павильоне стояла какая-то странная: у каждого на лице застыло мрачное выражение, выглядело всё это скверно, а Шэнь Ичжоу и вовсе размахивал телефоном и о чем-то раздраженно кричал:
— Черт, да мне плевать, явишься ты или нет! Не думай, что раз за тобой стоит покровитель, так ты пуп земли. Старик этого не боится — без тебя я точно так же смогу доснять картину, и не воображай, что только ты один способен сыграть эту роль!
Выпалив это в гневе, Шэнь Ичжоу сбросил вызов и принялся взбешенно нарезать круги на месте.
В текущей обстановке явно не стоило лезть под горячую руку. Переглянувшись с малышом, Чэнь Шанжэнь решил просто постоять в сторонке и подождать.
Пройдясь туда-сюда несколько раз, Шэнь Ичжоу немного успокоился и сразу же подозвал продюсера и помощника режиссера.
— Живо найдите нового актера на замену Чэнь Циюю, нельзя срывать график съемок.
Услышав это, продюсер и помощник режиссера разом скисли. Нерешительно замявшись, они произвели:
— Режиссер Шэнь, где ж нам в такой момент искать нового актера? К тому же снята уже почти половина, менять сейчас Чэнь Циюя — пожалуй, шаг слишком рискованный.
Лицо Шэнь Ичжоу сделалось еще чернее. Издав холодный смешок, он бросил:
— Перед тем как вы вошли в проект, я озвучил вам свои правила: в моей группе не место тем, кто страдает звездной болезнью и является без уважительной причины. Я не стал сводить с ним счеты лишь ради тебя, Чжан Чунтин. А раз теперь этот Чэнь Циюй бросил работу и ушел, неужели я должен умолять его остаться?
Продюсер Чжан Чунтин, которого Шэнь Ичжоу отчитывал, тыча пальцем прямо в лицо, тоже выглядел не лучшим образом, но, вспомнив положение и связи Шэнь Ичжоу в кругах шоу-бизнеса, смог лишь притушить гнев и, напустив на себя терпеливую улыбку, примирительно произвел:
— Не сердитесь, режиссер Шэнь, я же тоже радею за наш фильм!
http://bllate.org/book/31892/3895544
Готово:
