Вэнь Яофэн не произнес ни слова, в одиночку одолел с десяток метров песчаного дюна, двигаясь вперед, с силой подтянулся, перебравшись на другой берег, и протянул руку, чтобы постучать в дверь.
Тут же всплыло системное уведомление.
Отряд Свирепый Альфа Непобедим активировал достижение: [Поспешишь — людей насмешишь]!
Отряд Свирепый Альфа Непобедим получает 1 очко!
Вэнь Яофэн и Бай Чунь: ……
Кто-то молча подобрал упавший весло-шест, таща за собой полные штаны песка, поплелся обратно.
Позор-то какой, немного стыдно.
Когда они снова карабкались к точке отправления, атмосфера царила до нелепого неловкая.
Вэнь Яофэн намеренно тянул время, чтобы прийти в себя, и, отряхивая брюки от песка, перевел тему:
— О чем ты там говорил, про какой миф?
Бай Чунь вкратце пересказал историю.
Большой волкодав навострил уши и слушал добрых несколько минут, его внимание успешно переключилось.
— Ну этот Аполлон... звучит прямо как преследователь-старовер.
— ...?
— Как бы сильно ни нравился человек, нельзя же так напролом идти. Если называть вещи своими именами, тут замешено лишь банальное чувство собственности.
Он крепко с обеих рук ухватился за шест, подыскивая более-менее удобную балансировочную позу, и с полуулыбкой произнес:
— Загнал бедную небожительку в могилу, а в конце даже не покаялся, и зовет это любовью... По-моему, он этого недостоин.
Бай Чунь замер на несколько секунд, и скованность, долгое время таившаяся на самом дне души, постепенно отступила.
— Давай попробуем еще раз, на этот раз пойдем медленнее.
— Угу.
Оба снова ступили на одинокую доску, шесты занесли по обе стороны.
Внезапно снова брызнули золотые шары, устремившись вперед подобно летящим пулям.
Хлоп!
Хлоп-трах!
Трах!
Вэнь Яофэн среагировал мгновенно, да к тому же они с Бай Чунем были знакомы уже много лет, так что оба, резко развернувшись, по привычке прижались друг к другу спинами, одновременно отражая летевшие со всех сторон золотые шары.
Во тьме вокруг теннисные пушки, казалось, были установлены на все триста шестьдесят градусов, пуф-пуф-пуф-пуф, паля направо и налево без разбора и вовсе не давая времени на реакцию.
Пуф!
Хлоп!
Бай Чунь обеими руками орудовал шестом быстро и метко, умудряясь при этом продвигаться вперед по узкой поверхности моста.
Сбоку неожиданно вылетел еще один золотой шар, целясь прямо в лицо Вэнь Яофэну.
— На четыре часа!
— Трах!
Отбивая золотой шар, Вэнь Яофэн приложил слишком много силы, нога соскользнула, и он полетел вниз.
Вместе с внезапно накатившим ощущением невесомости всплыли образы из глубин памяти, от боли в которых заныло сердце.
Снова падение.
Твердая земля, кровь, мамины слезы...
— Яофэн!
Он потерял контроль и опрокинулся назад, правая рука инстинктивно взметнулась вверх, отчаянно пытаясь за что-нибудь ухватиться.
В следующую секунду его крепко схватили, с такой силой, будто никогда больше не отпустят.
Словно запоздалое, пришедшее слишком поздно спасение.
Зрачки Вэнь Яофэна резко сузились, в голове образовалась пустая белая пелена.
— Я вытащу тебя! — Бай Чунь изо всех сил дернул его назад. — Держись крепче!
В этот момент с свистом вылетели новые золотые шары, словно выжидая момент, когда им будет не до себя.
Время внезапно замедлилось, превратившись в замедленную съемку.
Дуги света, словно расплавившийся в закатных лучах палящий метеорит, переливались и отражались в окутавшей Бай Чуня сзади сплошной тьме.
В эту секунду Вэнь Яофэн парил на грани между воспоминаниями и реальностью, воочию наблюдая, как Бай Чунь широко раскинул руки и падает вместе с ним.
Ладони горели огнем, а взгляд был глубоким и темным.
Словно готовый умереть ради него.
Глава 7. Волкодав
Грохох!
О песчаную дюну ударилась волна поднятой пыли, плотные крупицы песка врезались в мост и быстро осыпались вниз, издавая звук, похожий на шепот редкого дождя.
Вэнь Яофэн поперхнулся огромной порцией песка, выплюнул его, протер глаза и обнаружил, что все еще обнимает Бай Чуня и не отпускает.
Талия... какая же у него тонкая талия!!
Крупный волкодав быстро заработал лапами, отползая назад по песку, весь с головы до ног обсыпанный мелкими песчинками.
Сделав пару движений, он наконец сообразил, что в его объятиях находится мужчина, и пусть у того тонкая талия и длинные ноги, но — черт возьми, разве можно просто так тискать напарника!
Бай Чунь быстро сориентировался, нашел опору, перевернулся и встал, а перед тем как отстраниться, лишний раз вдохнул аромат, исходивший от груди Вэнь Яофэна.
Жажда выпивки снова подступила к горлу.
Один выплевывал песок, другой стряхивал его, а когда закончили и пошли к точке отправления, к ногам снова лип песок.
Вылитые два школьника на спортивных соревнованиях.
Напарник вытащил Вэнь Яофэна, и пусть он был застенчив, поблагодарить стоило как положено.
— Подставил я тебя, — делая вид, что изучает валяющийся под ногами золотой шар, произнес он и даже наклонился, чтобы подобрать его. — На самом деле падать было не больно, в следующий раз так не делай.
Мячик давно перестал светиться, а при встряхивании издавал мелкий дребезжащий звук.
Бай Чунь тоже подобрал один, небрежно покрутив его перед камерой:
— Не знаю, пригодится ли это дальше, но я пока положу один в карман, а после съемок верну съемочной группе.
Вэнь Яофэна позабавила его исполнительность, и настроение заметно улучшилось.
Цветки лавра на мосту то распускались, то увядали, и этот процесс казался бесконечным.
Они стояли словно на краю времени, плечом к плечу всматриваясь вдаль.
Поразмыслив пару секунд, Вэнь Яофэн все же решил признаться честно:
— Прости, я немного боюсь высоты.
Он привык брать всю ответственность на себя, оставаясь сильным и несокрушимым АЛЬФОЙ:
— В этом испытании я действительно тянул тебя назад.
Бай Чунь покачал головой, искоса глядя на строчку стихов у себя на запястье.
— Дело не в тебе.
— Просто шары вылетали слишком часто, нам нельзя было идти напролом, наверняка мы упустили какую-то деталь.
Вэнь Яофэн вдруг постучал себя по голове — падение словно прочистило ему мозги.
— Лавр как-то связан с собаками.
Если перечитать это стихотворение еще несколько раз, все сходится тютелька в тютельку.
— Что?
— Я очень люблю собак, поэтому раньше кое-что о них читал, — пояснил он. — Существует порода служебных собак, так называемые собаки для поиска запахов, они в основном служат в полиции, наркоконтроле и спецвойсках.
Бай Чунь не совсем уловил связь между этими вещами:
— Эти собаки... едят цветы лавра?
— Нет, кое-что поудивительнее, — улыбнулся Вэнь Яофэн. — Они способны учуять, когда лавровое дерево заболевает.
Увядание лавра — масштабное эпидемическое заболевание, из-за которого только в США погибло более трехсот миллионов деревьев, что вдобавок нанесло удар по производству авокадо.
http://bllate.org/book/31891/3895332
Готово:
