— Ваше Высочество... неужели вы не придете? — Как только эти слова сорвались с губ, Тань Вэньцянь тут же осознала, сколь одиноко прозвучал ее голос, и резко подняла голову, словно очнувшись ото сна.
Что происходит? Неужели она... и вправду влюбилась в Восьмого принца?
Снова и снова она предостерегала себя в мыслях: нельзя забывать, ради какой цели она ступила на порог этой резиденции и почему выбрала именно этот путь.
Тревожное предчувствие и страх потерять желаемое не покидали сердце Тань Вэньцянь. Сбитой с толку походкой она направилась к постели, чувствуя, как в груди застрял тяжелый ком — ни вдохнуть, ни выдохнуть, отчего на душе было тошно до боли.
С каких же пор она стала так переживать из-за каждого шага Ци Цзань?..
Похоже, Тань Вэньцянь утратила контроль над собственным взглядом с самого первого мгновения, как увидела Ци Цзань.
Неужели она и впрямь из тех, кто падок на пустой блеск и суетную славу?..
Привлекает ли ее высокое положение Ци Цзань, или она сама?
Во внутренних покоях теплилось несколько свечей, и их мягкое желтое сияние разгоняло мрачную тишину темноты.
Раздвинув полог и ступив внутрь, Ци Цзань прежде всего увидела застывшую в растерянности Тань Вэньцянь в лучах свечного света.
Та неожиданно вскинула взгляд. Рука Ци Цзань, приподнимавшая занавесь, слегка дрогнула, а стоявшая недалеко девушка вдруг сорвалась с места, в два счета преодолела расстояние до постели и, чуть приподняв подол, стремительно бросилась к ней.
Ци Цзань приняла Тань Вэньцянь прямо в объятия и от неожиданности попятилась на пару шагов назад, а рука, державшая шелковую занавесь, была вынуждена отпустить ее.
Тогда Ци Цзань машинально опустила руку на спину Тань Вэньцянь и легко похлопала ее, словно успокаивая.
Шелковые занавеси еще немного покачались и затихли без всякого ветра.
В спальне стояла глубокая тишина, и тихие, подавленные всхлипывания то и дело пробивались к слуху Ци Цзань.
— Ваше Высочество... Вы и правда пришли. Вэньцянь думала... думала... — Сердцебиение от таких резких перепадов чувств мешало Тань Вэньцянь связать двух слов, и она с ужасом поняла, что пропала окончательно.
В то мгновение, когда ее захлестнуло чувство полного удовлетворения, Тань Вэньцянь так сильно захотелось отбросить все на свете и просто обнимать Ци Цзань вечно.
Она всегда считала, что объятия куда сильнее поцелуев.
— Почему не спишь? Ждала меня? — смягчив голос, терпеливо спросила Ци Цзань.
Тань Вэньцянь тихонько угукнула в ответ. Ее голос прозвучал так нежно, будто птичье перо скользнуло по водной глади, но поднятая им рябь встревожила сердце Ци Цзань.
— Ваше Высочество, обнимите Вэньцянь тоже, хорошо?
Ци Цзань не стала отказывать, лишь испытующе и глубоко посмотрела на девушку в своих объятиях, силясь понять, почему эта маленькая лгунья ведет себя подобным образом.
Неужели ее слова о сердечной привязанности — чистая правда?
Ци Цзань была уверена, что прежде никогда не встречала Тань Вэньцянь, да и никогда не верила в любовь с первого взгляда — подобное бывало лишь в дешевых романах.
И все же... сияние в глазах Тань Вэньцянь в тот миг, когда она ее увидела, не укрылось от внимания Ци Цзань.
В ту самую секунду Ци Цзань на какую-то треть поверила, что Тань Вэньцянь действительно к ней неравнодушна.
Любовь прорывается наружу помимо воли, сквозь самый невинный взгляд, и ее чертовски трудно сыграть.
Даже для человека вроде нее, выросшего в императорской семье и вынужденного каждую секунду носить маску, это оказалось бы непосильной задачей.
И все же Ци Цзань знала: в этой жизни она никогда не полюбит молодую госпожу.
Ци Цзань не могла и не смела отвечать на эти чувства Тань Вэньцянь.
Оставалось лишь надеяться, что однажды та сама все поймет и отступится.
— Я уже испросила для тебя статус боковой наложницы, — Ци Цзань даже не подозревала, что ее поступки лишь сильнее затягивают девушку в пучину чувств.
Поддавшись природной подозрительности, Ци Цзань все же не удержалась от того, чтобы проверить Тань Вэньцянь, желая отыскать в ее глазах хоть капельку корысти или стремления использовать ее.
— Благодарю Ваше Высочество. — Голос Тань Вэньцянь был приглушенным; она лишь сильнее прижалась к Ци Цзань, словно утопающий, ухватившийся за единственный обломок бревна посреди бурной реки.
Ци Цзань долго вглядывалась в лицо Тань Вэньцянь — так долго, что и сама не заметила, как зачарованно погрузилась в этот момент.
Впитывая исходивший от Тань Вэньцянь аромат, Ци Цзань прилегла на край постели и начала засыпать. Сквозь дремоту сквозь теплое одеяло вдруг пробился легкий холодок, но тут же бесследно исчез.
Ци Цзань не придала этому значения, однако от присутствия рядом какого-то теплого тела глаза все же пришлось открыть. Из-под одеяла с левой стороны выглянула чья-то голова.
Тань Вэньцянь слабо улыбнулась, осторожно обвила рукой левую руку Ци Цзань и притянула к себе в объятия.
А ее голова и вовсе бесцеремонно устроилась на плече Ци Цзань.
Ци Цзань опешила от такой наглости — кто-то забрался к ней под одеяло! — и с изумлением уставилась на Тань Вэньцянь, которая закрыла глаза и улыбалась уголками губ. О подобном опыте она даже не слышала.
— Ваше Высочество, не нужно сжимать кулаки, когда спите по ночам, — прошептала Тань Вэньцянь, поглаживая руку Ци Цзань и поочередно разжимая ее пальцы.
Один. Два. Третий.
Затем она протянула собственную руку, наложила ладонь на ладонь Ци Цзань и мягко переплела их пальцы.
Их руки тесно соприкасались. Ци Цзань повернулась на бок, и ее спина слегка натянула одеяло.
Расстояние между ними сокращалось снова и снова, пока их кончики носов почти не соприкоснулись. Но ни одна из них не спешила нарушать царившую тишину — они просто молча прислушивались к дыханию друг друга.
Это было так близко... стоило лишь одной сделать шаг навстречу, чтобы коснуться...
Тань Вэньцянь широко раскрыла глаза, пытаясь в темноте разглядеть черты лица Ци Цзань.
Она подняла свободную руку, легко закинула ее на шею Ци Цзань и, слегка приподняв подбородок, потянулась губами к ее губам, но Ци Цзань отпрянула.
Однако Тань Вэньцянь вовсе не расстроилась — ведь Ци Цзань все еще была рядом, она просто... уклонилась.
— Ваше Высочество, неужели сегодня Вы не нуждаетесь в услугах Вэньцянь? — Мизинец Тань Вэньцянь зацепился за палец Ци Цзань, и она, слегка склонив голову набок, с надеждой заглянула в глаза Ци Цзань, чье лицо зарылось в ее изгиб шеи.
От Вашего Высочества исходило такое тепло, что ей уже не хотелось отпускать ее.
— Тань Вэньцянь, перестань вечно меня искушать. — Ци Цзань невзначай дернула вверх тонкое платье, которое та нарочно спустила с плеча, ухватила Тань Вэньцянь за подбородок и заставила запрокинуть голову.
После стольких вольностей со стороны Тань Вэньцянь было бы странно не заподозрить, что все ее прежние выпады — лишь хорошо разыгранный спектакль.
Чего же она в конце концов добивается? Власти, любви, детей, положения?
— Ваше Высочество, мне больно... — Тань Вэньцянь прищурила один глаз, а в уголке блеснула слезинка, выглядевшая так натурально, будто Ци Цзань приложила немало силы.
— Чего ты хочешь?
Вопрос застал Тань Вэньцянь врасплох. Прошло секунд сорок, прежде чем до нее дошел смысл сказанного, и ее щеки мгновенно залились краской. К сожалению, ночь была слишком темной, и Ци Цзань этого не увидела.
Свечи погасили до единой. В темноте Ци Цзань засыпалось с трудом, а нужна ли была темнота Тань Вэньцянь — ее не волновало, да и незачем было об этом думать.
Для нее Тань Вэньцянь была лишь прикрытием, удобным поводом отгородиться от брака.
К тому же девушка была хороша собой, так что ее собственное «падение» выглядело вполне естественным.
Одинокий мужчина и одинокая женщина в самом расцвете сил — разве не естественно, что между ними что-то происходит?
Тань Вэньцянь прикусила нижнюю губу, разрываясь между сопротивлением и сладким предвкушением.
Она сопротивлялась, потому что в первый раз было очень больно, но затем последовало такое блаженство, что теперь ей не терпилось испытать вновь то невесомое ощущение, от которого клонит в сон.
Она бы с радостью... но вслух Тань Вэньцянь все еще отговаривалась:
— Ничего подобного... — Она ни за что в этом не признается.
Ци Цзань легла на спину и, словно ничего и не произошло, перевела разговор на другое:
— Императорский двор прислал награду, почему ты выбрала всего одну вещь? Разве ничего не приглянулось?
Колеблясь секунду-другую, та изобразила великодушие:
— Остальное ведь предназначено для других сестер по резиденции... Вэньцянь не может быть столь эгоистичной.
Чем больше она рассуждала об этом, тем более безупречным казался ей собственный ответ: он подчеркивал и ее благородство, и отсутствие ревности.
Она и представить не могла, что слова Ци Цзань повергнут ее в полный шок.
— Сестер? В моем заднем дворе только ты одна, так что можешь забрать всё целиком. — Ци Цзань быстро раскусила ее скрытый подтекст и легко потрепала Тань Вэньцянь по ладони.
Ей было все равно, какой шторм эти слова поднимут в душе девушки.
Ладонь была такой мягкой... Ци Цзань сжала ее еще пару раз.
От медленного поглаживания кожи Тань Вэньцянь вздрогнула, а в голове вихрем крутилась лишь одна фраза Ци Цзань: что значит — в заднем дворе только она одна?
Неужели в этой огромной Резиденции Восьмого принца нет даже служанок для постели?
Тогда вся та ревность, которую она испытывала раньше... чего стоила?
В этот миг Тань Вэньцянь была готова провалиться сквозь землю от стыда, но следом накатила такая жгучая, пьянящая радость.
Ее взгляд, устремленный на Ци Цзань, стал еще более страстным.
— Ваше Высочество, Вы ведь не шутите со мной? — Она повернулась на бок и притянула руку Ци Цзань еще ближе к груди, так что они практически слились воедино.
Тань Вэньцянь отчетливо слышала, как зачастило ее собственное сердце, — и все из-за Ци Цзань.
Ей хотелось зарыться лицом прямо в ее грудь.
Ци Цзань ответила ей взглядом, хотя внутри нее по-прежнему царил полный штиль. Они безмолвно смотрели друг на друга в темноте, и их дыхание сливалось воедино.
— Разумеется, только ты, — с легкой, наигранной улыбкой произнесла Ци Цзань. Холодность, на миг промелькнувшая в ее темных глазах, и без того была почти незаметна, а в полумраке ее и вовсе никто бы не разглядел.
Улучив момент, Тань Вэньцянь вновь успешно провела внезапную атаку. Ци Цзань дотронулась до щеки, к которой только что прикоснулись губы, и слегка нахмурилась.
Изысканный аромат постепенно слабел, задержавшись на ее коже лишь на мгновение.
Поколебавшись ровно секунду, Ци Цзань снова уткнулась лицом в шею Тань Вэньцянь и глубоко вдохнула, наконец обретая покой.
Как же вкусно пахнет.
Этот аромат казался исходящим из самой глубины существа, принадлежащим только Тань Вэньцянь.
Ци Цзань он очень нравился, и... постепенно привязывал к себе.
Тань Вэньцянь оказалась крепко прижата к постели, а рука, державшая ее за плечо, горела огнем, грозя спалить их обеих.
Тонкое платье, которое она сама же недавно распустила, теперь сбилось окончательно и лишь небрежно висело на плечах. Она чуть запрокинула шею и тихо прикрыла глаза.
Лишившись зрения, она сосредоточилась исключительно на ощущениях.
Мягкое дыхание щекотало шею, вызывая мурашки. Тань Вэньцянь легонько задрожала и вовремя издала пару нежных стонов.
Она всего лишь воспользовалась ароматом иланг-иланга, обладающим возбуждающим действием, и раз уж они только что соприкасались телами, Восьмой принц наверняка тоже пропитался им.
Когда Тань Вэньцянь снова открыла глаза, в них плескалось легкое помутнение.
— Ваше Высочество... — Ее голос и без того был мягким, но сейчас она нарочно смягчила интонацию еще сильнее, будучи уверенной, что Восьмой принц не устоит.
http://bllate.org/book/31808/3883993
Готово:
