Стоимость доставки — двенадцать юаней.
Цинь Жуань: «...»
Гу Сяо, подошедший в этот момент, случайно бросил взгляд на экран его телефона и издал удивленный звук: «Не заказывай через интернет, с учетом доставки это невыгодно».
Цинь Жуань поджал губы.
«У меня это не покупка, — Гу Сяо словно прочитал его мысли, — я взял их из студии моего брата. Денег не тратил, правда, дарю тебе, возвращать не нужно».
Цинь Жуань все же покачал головой: «Нужно вернуть, к тому же мне все равно придется прикупить немного про запас».
«Серьезно, не покупай в интернете, — Гу Сяо задумался и предложил: — Свободен сегодня после обеда? Поехали со мной к моему брату за покупками, рядом с его студией есть старый магазин товаров для художников, там цены приятные, я часто туда заглядываю».
Глаза Цинь Жуаня блеснули: «Хорошо».
В этот момент снова зазвонил телефон Гу Сяо. Он взглянул на экран, нахмурился, тут же расслабился и сказал Цинь Жуаню: «Брат сейчас приедет за мной, может, поедешь со мной прямо сейчас, а там и пообедаем?»
Цинь Жуань, не успев толком подумать, согласился, и Гу Сяо вдруг рассмеялся: «Ты даже не сомневаешься, плохой я человек или нет? В следующий раз, если кто-то тебя так пригласит, будь осторожнее, однокурсник Цинь Жуань».
Цинь Жуань лишь теперь запоздало вспомнил, что Система учила его не ходить вот так запросто с кем попало. Помолчав несколько секунд, он спросил: «Ты плохой человек?»
«Какой же ты забавный», — Гу Сяо взял его под руку и подмигнул: «Да, я такой! Сейчас схвачу тебя и продам!»
Цинь Жуань интуитивно почувствовал, что это шутка, и после встречи с тем, кто приехал за Гу Сяо, убедился в верности своей догадки.
«Брат!»
Стоило им выйти за средние ворота, как Гу Сяо замахал рукой подъехавшей машине. Цинь Жуань проследил за его взглядом и увидел знакомое лицо.
Гу Яньтин сидел в машине, не выходя наружу. Окно было опущено, и, услышав оклик, он повернул голову. Его взгляд упал на розовую макушку, которая подпрыгивала, приближаясь к нему в сопровождении еще одного человека.
Гу Сяо подтянул Цинь Жуаня ближе и, встав между ними, представил: «Брат, это мой однокурсник Цинь Жуань, он поедет с нами».
Затем повернулся к Цинь Жуаню: «Цинь Жуань, это мой брат Гу Яньтин».
Цинь Жуань застыл, глядя на человека в машине.
Приподнятые брови, опущенные уголки глаз, взгляд немного суровый. Это же тот самый старшекурсник.
Он беспричинно втянул голову в плечи и вежливо поздоровался: «Здравствуйте, старшекурсник».
Гу Яньтин ответил коротким «м-м» и, повернувшись обратно, бросил: «Садитесь».
Гу Сяо при этих словах опешил. Посмотрев на брата, затем на Цинь Жуаня, он решил для себя: «М-м, мой брат действительно когда-то учился в этом университете».
Когда-то?
Цинь Жуань был озадачен.
Не успел он поразмыслить, как Гу Сяо открыл заднюю дверь, подтолкнул его внутрь, уселся следом и, закрыв дверь, потянулся к переднему сиденью: «Брат, папа злится?»
Гу Яньтин: «Иди спроси у отца».
Гу Сяо протяжно и удрученно выдохнул «а-а», взъерошил волосы: «Я не посмею. Помоги мне вымолить прощение, а то я пойду к дяде Яню».
«Иди».
«Ладно, я не посмею».
Машина тронулась. Цинь Жуань смотрел на проплывающие мимо городские здания, не решаясь вмешиваться в чужие семейные дела или прислушиваться к ним.
Долго держать голову повернутой стало неудобно, и он отвел взгляд, случайно скользнув по зеркалу заднего вида. Снова встретился с теми самыми красивыми, но действительно немного суровыми глазами.
Цинь Жуань тут же отвел взгляд, сердце заколотилось. Совершенно случайно он заметил на ключе от машины игрушку — малую панду.
С улыбающейся мордочкой.
Игрушка: >v
Цинь Жуань: O_O
Игрушка: >v
Цинь Жуань: ...
Почему кажется... что эта игрушка какая-то странная?
Цинь Жуань медленно нахмурился, не в силах понять, что именно в ней не так. Он медленно поднял глаза. Как раз в этот момент машина притормозила на красный свет, и он, инстинктивно глядя на светофор, снова невольно скользнул взглядом в зеркало заднего вида.
На этот раз он встретился глазами с Гу Яньтином, который тоже решил взглянуть в зеркало.
Цинь Жуань: !!
Он тут же смущенно отвел взгляд и принялся нервно перебирать пальцами, сложив руки на коленях.
Постепенно до Цинь Жуаня дошло, откуда берется это чувство неловкости.
Кажется, он... немного боится этого старшекурсника.
Глава 4
Студия располагалась в центре города, в получасе езды от студенческого городка.
Цинь Жуаня укачивало, поэтому он не мог пользоваться телефоном в дороге. Он восхищался Гу Сяо, который все время не отрывался от экрана. Сам же он, даже просто сидя, чувствовал тошноту, непроизвольно сжимая ремешок своей сумки и время от времени задерживая дыхание.
На самом деле в машине не было никаких запахов, да и Гу Яньтин вел очень плавно, но Цинь Жуаню все равно было плохо.
Наконец, добравшись до цели, Гу Сяо отложил телефон, потянулся и посмотрел на Цинь Жуаня: «Приехали, выходим».
Вдруг он заметил, что лицо Цинь Жуаня выглядит неважно, и коснулся тыльной стороной ладони его щеки: «Что с тобой?»
Цинь Жуань сдержал дыхание и слабо улыбнулся: «Все в порядке».
Гу Яньтин, сидевший на водительском сиденье, взглянул в зеркало заднего вида и произнес спокойным голосом: «В органайзере есть мятные конфеты».
Цинь Жуань осознал смысл сказанного через пару секунд: «Спасибо».
Гу Сяо тут же спохватился, быстро достал конфету, разорвал обертку и дал Цинь Жуаню, а затем поспешил выйти из машины, обошел ее, открыл дверь и помог Цинь Жуаню выбраться: «Мой брат сейчас припаркуется, а мы пойдем в студию. Когда пройдешься, станет легче».
Цинь Жуань кивнул и пошел за ним. Мятный вкус наполнил рот прохладой, проясняя смутный и тяжелый разум.
Придя в себя, он начал внимательно осматриваться.
В полдень центр города по-прежнему был полон машин и людей. С тех пор как Цинь Жуань попал в этот мир, он еще не выбирался в центр города. Увидев такую суету, он почувствовал, как в нем пробуждается сильное любопытство к человеческому обществу — точно так же, как когда он впервые увидел земной мегаполис.
Студия брата Гу Сяо находилась в очень удачном месте — на склоне дороги, к ней можно было пройти через небольшой парк.
Чем ближе они подходили к студии, тем тише становилось вокруг. Этот район напоминал островок спокойствия посреди городского шума, заставляя суматошный ритм жизни внезапно замедлиться.
Вокруг располагались кафе, книжные магазины и кондитерские, где прохожие часто останавливались передохнуть. Сама студия находилась в конце ряда зданий — это был трехэтажный особняк с просторной террасой.
Цинь Жуань вошел внутрь вслед за Гу Сяо и почувствовал тонкий аромат, невольно потянув носом: «Как вкусно пахнет».
«Это благовония для студии». Гу Сяо отвел его на диван в холле, а сам уселся с ногами на желтое кресло: «Друг моего брата — врач. Такие благовония успокаивают нервы, их зажигают, когда к нам приходят гости».
Сказав это, он поднял голову: «Что будешь есть? Я попрошу тетушку на кухне приготовить что-нибудь еще».
Цинь Жуань выпрямился: «Мне подойдет все что угодно, спасибо».
«Не стесняйся», — улыбнулся Гу Сяо. — «Пообедаем и сходим в тот магазин для художников рядом, или можем подняться на второй-третий этаж, чтобы разжиться инструментами у моего брата».
Цинь Жуань невнятно отозвался, чувствуя себя немного скованно — он не знал, как реагировать на дружелюбие и жизнерадостность Гу Сяо.
Что ж, ему предстоит еще многому научиться.
Вскоре дверь студии отворилась, вошел Гу Яньтин и, пройдя мимо зоны отдыха, направился прямо наверх.
«Я заказал еду, брат, ты с нами?» — спросил Гу Сяо вслед поднимающемуся мужчине.
Цинь Жуань тоже посмотрел в ту сторону. Первое, что он заметил, была та самая игрушка в руке Гу Яньтина.
Гу Яньтин не обернулся: «Я уже ел».
«Ну ладно», — Гу Сяо перевел взгляд на Цинь Жуаня: «Тогда пообедаем вдвоем».
Цинь Жуань опустил взгляд и тихо отозвался.
Он смотрел на носки своих ботинок, неосознанно теребя пальцы.
Все еще нервничал.
Тетушка с кухни вскоре принесла обед. После того как они поели, у Цинь Жуаня зазвонил телефон, напоминая о приеме лекарств.
Он посмотрел на Гу Сяо, который развалился на противоположном диване: «Гу Сяо, я хочу попить воды».
Гу Сяо открыл глаза и кивнул влево: «Кулер там, на барной стойке, кружки в шкафчике».
Цинь Жуань достал из сумки лекарства, выписанные врачом, и поднялся. Он налил воды, встал у стойки, разложил таблетки и долго смотрел на две крупные капсулы, беззвучно вздыхая. Затем покосился в окно.
Солнце светило ярко, тени танцевали на полу.
Цинь Жуань был в замешательстве. Он боялся глотать эти капсулы — слишком уж они были большие, в прошлый раз он едва не подавился.
Но это лекарство, его нужно принимать.
Собравшись с духом, он отложил капсулы в сторону, сначала выпил остальные таблетки, а капсулы оставил напоследок.
Но в итоге так и не решился их проглотить.
В какой-то момент Цинь Жуань даже подумал, что если он пропустит эти две капсулы, ничего страшного не случится.
...
«Где твои таблетки?! Только не говори мне, что ты их не пил!!»
Гу Яньтин, который и не думал отказываться от лекарств, бесстрастно смотрел на суетящегося перед ним Цинь Ичжу, а затем перевел взгляд на манекен.
На манекене красовалось едва начатое свадебное платье — недавний заказ студии.
Студия не специализировалась только на свадебных платьях, они брались за все: одежда, гравюры, живопись маслом, ювелирные украшения, 3D-моделирование, или даже всякие странные и необычные вещи. Если клиенты предлагали интересную идею, они брались, нет — отказывались, полагаясь на волю случая.
Стороннему наблюдателю казалось, что это просто мастерская для души, и, по правде говоря, для самих участников так оно и было — это место служило им для отдыха и времяпрепровождения.
Для Цинь Ичжу это было личным увлечением.
Для Гу Яньтина все было проще: ему нужно было тихое пространство, место, где можно надолго отвлечься, чтобы притупить нейрогенные боли, вызванные болезнью, связанной с феромонами.
Гу Яньтин страдал от болезни феромонов. Последние годы он полагался на лекарства, чтобы стабилизировать свое состояние, но избыточное употребление медикаментов давало побочные эффекты. Несколько лет назад у него началась бессонница, сенсорная перегрузка и легкие психосоматические проявления.
Ему нужно было заниматься чем-то, чтобы убить время и стабилизировать эмоции, и студия была для этого лучшим местом.
Заказы были скорее игрой, хотя к требованиям каждого клиента они относились серьезно, и среди их работ были весьма достойные.
Основная работа Цинь Ичжу была врачом, и когда он был занят, то действительно не находил времени, но частная клиника была открыта его отцом-альфой в партнерстве с Гу Яньтином, и он сам был своего рода мелким акционером. График работы у него был вполне разумным, так что время на студию оставалось.
http://bllate.org/book/31789/3881284
Готово:
