После того как Лу Цзин потерял сознание, ему всю ночь снились кошмары.
Ему снилось, будто гигантский дракон широко разинул на него свою кровавую пасть, в которой еще виднелись несколько изуродованных, окровавленных человеческих тел. Затем привиделось, что этот дракон превратился в какого-то безумного извращенца, который схватил его и начал непрерывно истязать. Лу Цзин невыносимо страдал, а дракон при этом дико хохотал, словно чужие мучения доставляли ему сплошное удовольствие.
Пережив за ночь череду кошмаров, на следующее утро Лу Цзин проснулся в холодном поту. Лицо его было мертвенно-бледным, одежда насквозь промокла от пота, а сердце все еще трепетало от недавнего страха. Отроустив влажные пряди со лба, Лу Цзин оперся руками о землю и приподнялся, тяжело и часто дыша, а затем окинул взглядом пещеру.
В этот момент огромной фигуры дракона в пещере уже и след простыл.
Без дракона Лу Цзин только сейчас заметил, насколько просторной оказалась эта пещера: на глаз ее площадь составляла около двухсот с лишним квадратных метров, а потолок поднимался на добрых шесть-семь метров в высоту. Если не считать некоторой спартанской обстановочки, это было вылитое роскошное поместье.
Судя по всему, Лу Цзин спал на том месте, где дракон клал свою голову — в земле отчетливо виднелось полукруглое углубление.
По правде говоря, Лу Цзин до сих пор находился в диком изумлении от того, что остался жив. Разве та зловещая рептилия не собиралась его сожрать? С чего бы ей вдруг передумать? Или, может, дракон посчитал его слишком тощим и решил сначала подержать на привязи, откормить, а уж потом съесть?
Чем дольше Лу Цзин размышлял об этом, тем сильнее убеждался, что дело обстоит именно так. Иначе его чудесное выживание просто не поддавалось бы никаким объяснениям.
Совсем рассвело, солнечный свет пробивался сквозь вход в пещеру, но с того места, где сидел Лу Цзин, можно было разглядеть лишь слабые отблески лучей.
Спустя какое-то время, продолжая во все глаза озираться по сторонам, Лу Цзин осторожно поднялся на ноги и зашагал к выходу. Дойдя до края проема, он бросил взгляд наружу и тут же в испуге вжался спиной в каменную стену, сделав несколько шагов назад.
Отступал он слишком торопливо, и сорвавшийся из-под ноги камешек заскользил вниз, полетев на самое дно обрыва, но звука падения так и не последовало, сколько он ни прислушивался.
Немного успокоив нервы, Лу Цзин вновь с опаской подкрался к выходу.
На этот раз он вгляделся вдаль и с остолбенением понял, что пещера расположена над бездонной пропастью.
Отвесные скалы поросли густым кустарником, а вдали зеленели бесконечные массивы дремучего леса, закрывавшего собой небо. Глаза терялись в этой зелени, и во всем видимом пространстве не было ни малейшего признака человеческого жилья.
Осмотрев пещеру целиком, Лу Цзин пришел к выводу, что карабкаться наверх по скале прямо от входа было бы куда проще, чем пытаться бежать куда-то еще — соваться в эту бездонную пропасть точно не стоило.
Пока злобный дракон не вернулся, нужно было действовать без промедления. Лу Цзин сразу же вцепился в выступы скалы, выискивая надежные точки опоры. На стене оказалось множество выбитых углублений, а сверху свисали крепкие лианы. Переплетаясь, они напоминали густую сеть, что должно было сильно помочь ему при подъеме.
Не успел он добраться даже до середины стены, как ветки изорвали его дорогой деловой костюм в лохмотья, а лицо и руки покрылись царапинами и порезами, из-за чего он выглядел крайне жалко и потрепано.
Выбившись из сил и тяжело дыша, Лу Цзин вцепился в лиану, чтобы перевести дух. Он уже одолел почти три четверти пути и теперь собирался единым рывком осилить оставшееся.
Однако отдохнуть ему не дали: сзади внезапно раздался оглушительный, пронзительный свист рассекаемого воздуха.
Охваченный паникой парень испуганно оглянулся и, как и следовало ожидать, увидел летящего прямо на него гигантского, устрашающего дракона. От пережитого ужаса и без того ватные ноги Лу Цзина окончательно подкосились, он потерял бдительность, неловко сорвался с уступа и полетел вниз по отвесной скале.
Старый дракон, который нес еду, спеша покормить своего любимца, тоже напугался до смерти. Боясь, что его милашка сорвется и разобьется насмерть, чудище стремглав бросилось вперед, цепляя Лу Цзина когтистыми лапами, но старалось не сжимать их слишком сильно, опасаясь случайно раздавить человека.
Эмоциональные качели Лу Цзина неслись на бешеной скорости, переполняя его невероятно сложной гаммой чувств. Он с таким трудом, потом и кровью карабкался целых три часа — и вот все его усилия пошли прахом!
Дракон стремительно влетел в пещеру, грубо швырнул на землю добычу, которую принес для своего сокровища, а затем бережно опустил лапу, выпуская Лу Цзина на каменный пол.
Пережив столь потрясающее приключение, Лу Цзин чувствовал себя истощенным и морально, и физически. Он плашмя рухнул на землю, начисто лишенный желания шевелиться.
Дракон опустил свою массивную голову, разглядывая Лу Цзина. Заметив, что тот лежит без движения, зверь забеспокоился, несколько раз встревоженно крутанулся вокруг него, а потом осторожно подтолкнул парня лапой.
Как назло, лапа пришлась прямо по ране. Лу Цзин с шипением отпрянул назад и уставился на свирепого монстра полными гнева и бдительности глазами.
Дракон не заметил этого свирепого взгляда. Убедившись, что его драгоценный человечек жив-здоров, чудище выдохнуло с облегчением и, заискивающе толкнув лапой добычу, пододвинуло ее прямо к Лу Цзину.
Зверь, зажатый в когтистой лапе, очевидно, все еще был жив, но ему повезло гораздо меньше, чем Лу Цзину: все его тело покрывали раны от драконьих когтей, а белая шерсть в некоторых местах обагрилась кровью. Животное выглядело худым, шерсть на ушах, глазах и лапах была черной, а на спине — белой, причем границей служил лишь тонкий черный ободок на задней части шеи.
Лу Цзин с изумлением вытаращил глаза на лежащее перед ним создание, внезапно осознав, что это была самая настоящая панда. Единственным отличием являлось телосложение: зверь не был таким пухлым и кругленьким, какими Лу Цзин привык видеть других панд.
Находясь под тяжестью драконьей ауры, бедная панда лежала пластом, не смея пошевелиться, и лишь непрерывно дрожала всем телом.
Лу Цзин невольно подумал: зачем это дракон приволок сюда панду? Боится, что парню скучно, и привел сожителя для компании? Или она, как и он сам, служит тут неприкосновенным запасом еды?
Дракон склонил голову набок, недоумевая, почему его питомец все еще не притрагивается к еде, и снова подтолкнул добычу ближе.
Панда, оказавшись прямо перед Лу Цзином, приподняла голову и пару секунд пристально смотрела на него. Видимо, сообразив, что у человека нет аппетита, она вдруг, словно делая ставку на удачу, быстро забралась за спину Лу Цzina и спряталась там.
Переводя взгляд то на панду, то на гигантского и свирепого дракона перед собой, Лу Цзин вдруг вспомнил легенды о Пещере Демонов.
Сказывали, что Пещера Демонов — это иной мир, наглухо отрезанный от реальности, где обитает ужасный и жестокий великий демон, который пожирает людей целиком, не оставляя даже костей, и никто из попавших к нему еще не возвращался живым. Сейчас все стало очевидно: этот дракон без сомнений и был тем самым ужасным демоническим владыкой.
В конце концов, он даже панд не боялся есть.
Каждый обязан защищать панд! Руководствуясь благородным порывом защитить национальное достояние, Лу Цзин подавил страх и решительно заслонил собой панду, вступив в долгое противостояние со зверем.
Дракон был озадачен до предела. Совершенно не понимая мотивов Лу Цзина, он поразмыслил немного, списал все на то, что человек просто еще не проголодался или проявляет собственнический инстинкт, и снова молча вылетел из пещеры.
Проводив взглядом удаляющегося дракона, Лу Цзин наконец позволил натянутым до предела струнам в голове немного ослабнуть. Впрочем, панда переживала куда сильнее него: когда Лу Цзин повернулся к ней, то обнаружил, что зверь уже отключился от страха.
Помассировав переносицу, Лу Цзин с горечью подумал, что еще никогда в жизни ему так не веравни. Мысленно выругавшись, он нашарил рукой шею — хотел было потереть кулон, приносящий удачу, в надежде переломить черную полосу, но пальцы нащупали лишь пустоту.
Этот кулон подарила ему мама: к незамысловатому красному шнурку была привязана еще более скромная черная скляночка.
Мать говорила, что внутри находится порошок из драконьей чешуи, стоящий целое состояние и способный защитить Лу Цзина от болезней, несчастий и бед. Раньше он ни капли не верил в эти сказки — мало того, что настоящих драконов в мире отродясь не водилось, так откуда бы у его мамы взялась их чешуя?
И все же, несмотря на скепсис, Лу Цзин бережно хранил вещицу и никогда ее не снимал.
Тогда он еще не догадывался, что в некоторых уголках этого мира действительно существуют подлинные драконы, а значит, и порошок из чешуи вполне мог оказаться настоящим.
Разочарованно опустив руку, Лу Цзин остался сидеть в пустой пещере, скрестив ноги и лихорадочно соображая, как быть дальше, но от царящей вокруг неопределенности и мыслей о побеге на душе становилось только тоскливее. Он точно знал одно: это место — определенно не мир людей, и сумеет ли он вообще когда-нибудь вернуться домой, оставалось большим вопросом.
Он не хотел умирать. И уж тем более не желал погибать вот так, бесславно и неясно за что. Он должен вернуться. И даже если суждено умереть, он утащит за собой в могилу того, кто подстроил всю эту ловушку.
Не успел он это додумать, как снаружи раздался оглушительный, содрогающий скалы грохот, от которого затряслась вся пещера.
Лу Цзин опешил и поспешил к выходу, чтобы посмотреть, что там стряслось.
И тут перед его глазами предстала умопомрачительная картина: гигантский дракон прильнул к соседнему склону скалы и мощными, прочными лапами принялся методично лупить по камню. Прочная порода под ударами зверя крошилась, словно пресный тофу, и от каждого взмаха лапы в стене оставались глубокие рытвины.
Лу Цзин уставился на дракона взглядом человека, наблюдающего за умалишенным. Этот монстр объелся дурмана и теперь от нечего делать решил поиграть в землекопа?
Однако очень скоро Лу Цзин раскусил истинный замысел чудища. Дракон вовсе не страдал фигней — он прокладывал для Лу Цзина дорогу наверх. Выбитые им ступени веденые одна за другой уходили ввысь: хоть они и вились змейкой вдоль обрыва, карабкаться по ним было несравненно быстрее и безопаснее, чем карабкаться по голой скале.
Старый дракон старательно завершил свою работу. Его чешуя и голова покрылись каменной пылью, но он даже не попытался отряхнуться, а вместо этого воодушевленно поспешил к Лу Цзину, словно выпрашивая похвалу за заслуги.
Встретившись взглядом с этими пылающими алыми глазами, Лу Цзин на миг странным образом почувствовал, что этот дракон вовсе не собирается его есть — напротив, он все это время изо всех сил старался ему угодить.
Поднявшись по выбитой драконьими лапами лестнице на самую вершину обрыва, Лу Цзин обнаружил там бескрайние заросли фруктовых деревьев.
Живот урчал от голода, требуя пищи. Парень подбежал к ближайшему дереву, нарвал немного фруктов, а затем вспомнил о тяжелораненой панде, оставшейся в пещере. Заметив неподалеку густой бамбук, Лу Цзин задумался и жестами попытался намекнуть дракону, чтобы тот сбегал в рощу и притащил немного стволов.
Объяснившись с помощью жестов и мимики, Лу Цзин настороженно замер, опасаясь, что дракон вдруг взбесится.
Однако ожидаемой опасности не последовало. Дракон мгновенно уловил суть: сперва он слегка растерялся, недоумевая, с какой стати человеку понадобилось лакомиться бамбуком, но тут же отбросил лишние сомнения, со всех ног припустил в бамбуковую рощу и вимером вернулся обратно, притащив на плечах несколько огромных охапок.
Увидев это, Лу Цзин удивленно приподнял брови, всё еще не понимая, какая муха укусила эту рептилию. На всякий случай он велел дракону достать с самой верхушки дерева самые крупные и спелые фрукты, и старый дракон с радостью исполнил приказ. Лу Цзин даже рискнул подойти поближе и погладить зверя по голове — это был надежный способ проверки: дикие животные, позволяющие трогать себя за голову, как правило, не испытывали враждебности.
Когда Лу Цзин приблизился, собираясь потрепать его по макушке, старый дракон испытал такой шок от собственной удачи, что покраснел, поспешно опустил голову и покосился на парня, не в силах скрыть бушевавшего в груди волнения. Лу Цзин внимательно наблюдал за чрезвычайно покладистым зверем, коснулся пальцами кожи под его челюстью и осторожно провел ладонью.
Дракона прошибло током от макушки до пят: это было до того приятно и упоительно, что он невольно прижмурился, думая про себя, что его возлюбленный поистине достоин восхищения — даже когда он просто гладит его, то выглядит невероятно мило.
Хотя мотивы дракона оставались загадкой, убедившись в отсутствии злых намерений, Лу Цзин наконец шумно выдохнул. По крайней мере, больше не нужно было ежесекундно напрягать нервы в страхе быть съеденным заживо.
Бамбука дракон натащил с избытком: Лу Цзин отобрал лишь треть, а остальное оставил лежать на месте. Помимо этого, он нашел кровоостанавливающие травы и нарвал их пучок, чтобы отнести в пещеру и обработать раны панде — раз уж это национальное достояние, грех не спасти, коль есть возможность.
К тому же, Группа Лу специализировалась в основном на фармацевтическом бизнесе, и он не мог позволить себе запятнать семейную репутацию.
Обработав раны панде и наложив повязку, Лу Цзин обнаружил, что та по-прежнему находится в беспамятстве.
После всей этой суматохи время давно перевалило за обед, а желудок уже вовсю требовал свое. Выбрав два крупных и красных яблока, Лу Цзин потер их о полу своего хоть относительно чистого под рубашкой костюма.
Одно он принялся грызть сам, но заметив, что дракон неотрывно смотрит на него все это время, нерешительно протянул второй фрукт и спросил:
— Будешь?
Это был первый раз, когда Лу Цзин заговорил с драконом человеческим языком, и он не был уверен, понимает ли его тот вообще.
Услышав это, старый дракон пришел в неописуемый восторг. От малейшего его движения пещера едва заметно задрожала, а сам он приоткрыл пасть, издав низкий гортанный звук.
Лу Цзин растерянно моргнул. Это значит «да» или «нет»?
Заметив выражение лица парня, дракон разочарованно понял, что тот ни капли не уловил его слов. Поразмыслив секунду, зверь выдал еще пару фраз, но Лу Цзин по-прежнему глядел на него с глупым видом, а рука с протянутым яблоком так и застыла в воздухе.
Большое и спелое яблоко буквально излучало ожидания его возлюбленного. Глядя в эти влажные глаза Лу Цзина, старый дракон подумал: если он не сможет ответить взаимностью, как же сильно тот расстроится? Будучи образцовым и ответственным драконом, он ни за что не допустил бы, чтобы его пара грустила.
Чем дольше дракон смотрел на Лу Цзина, тем более восхитительным казался ему любимый человек — даже кончики его волос буквально кричали о том, как он хорош. Будучи одиноким драконом, прожившим несколько веков, он отличался верностью и глубиной чувств, и раз уж этот человек был назначен его единственной парой, он не собирался менять своего решения.
Не колеблясь ни секунды, он тут же принял человеческий облик, в точности копирующий форму его возлюбленного.
Лу Цзин в шоке широко раскрыл глаза, наблюдая за тем, как колоссальная туша дракона на его глазах превращается в стоящего перед ним человека.
Весь мир будто замер. Лу Цзин забыл прожевать кусок яблока во рту, а его и без того потрепанная психика подверглась очередному мощнейшему удару. Он просто не укладывал в голове: как эта громадина вообще умела принимать человеческий облик?
Дракон, впрочем, не замечал изумления Лу Цзина. Быстро освоившись с новым телом, он стремительно сократил расстояние, в упор вглядываясь в парня, и с детским любопытством нежно коснулся кончиками пальцев его щеки.
Он вел себя точь-в-точь как деревенский дракон, впервые выбравшийся в большой мир.
— Если смотреть на тебя так, ты еще в сто раз милее, чем раньше. До этого я даже боялся касаться тебя, думал, что случайно сломаю.
— У тебя такие мягкие волосы... Черные глаза просто прекрасны, и кожа такая нежная на ощупь. У тебя что, совсем нет шерсти? И хвоста тоже?
— Ты даже можешь ходить на двух ногах, невероятно!
— Кто ты такой? Почему я раньше никогда тебя не видел?
— Ты такой милый, можно тебя обнять?
— ...
Лу Цзин был полностью оглушен этим пулеметным потоком вопросов. Похлопав глазами еще с полминуты, он выдавил из себя:
— Прежде чем задавать вопросы, не мог бы ты сначала одеться? Иначе я могу подать на тебя в суд за домогательства.
С этими словами он ткнул пальцем в пару устрашающих и величественных драконьих рогов, торчавших у того на макушке:
— И еще: ты забыл убрать вот это.
http://bllate.org/book/31764/3878473
Готово:
