Он чувствовал, как духовная сила Линь Чэня пылает, подобно палящему солнцу. В этот момент она была для него желаннейшим лекарством, но животная низость в глубине инстинктов не позволяла ему даже помыслить о том, чтобы осквернить это священное сияние.
— Заткнись, Шэнь Хуайсюй.
Линь Чэнь решительным шагом подошел ближе. Хотя его уровень составлял всего 20, но после слияния с десятитысячелетним панцирем...
Вокруг его тела естественным образом разлилось легкое золотое сияние. Холод, способный мгновенно заморозить обычного представителя боевого класса, при соприкосновении с этим золотым светом тут же бесследно рассеивался.
Линь Чэнь опустился на одно колено и мертвой хваткой вцепился в правую руку Шэнь Хуайсюя, которая уже слегка деформировалась и покрылась роговым слоем.
— Система, активируй Абсолютную зону.
Гудящий звук!
С Линь Чэнем в центре пространство радиусом в пять метров мгновенно окутал слой густого золотистого потока света.
Весь внешний шум и любые попытки слежки были грубо заблокированы. Внутри зоны Линь Чэнь являлся единственным полноправным владыкой.
Не колеблясь ни секунды, он резко вложил силу в правую руку и наотмашь раздавил ту самую леденящую душу сердцевину ледяной брони, испускавшую бледно-голубое свечение.
Свирепая энергия ледяной стихии в тот же миг вырвалась на свободу, словно взбешенный дракон, жаждущий прорвать оковы зоны.
Линь Чэнь холодно хмыкнул, и скопившаяся в море сознания золотая первородная сила, принадлежащая исключительно Матильде-Зергов, хлынула наружу единым потоком.
— Задави её!
Линь Чэнь свалил в водоворот энергии всю собранную в подземелье эссенцию ледяного лотоса и Травы Снежной Души.
Стоило свирепой ледяной энергии соприкоснуться с первородной силой Матери Зергов, как она, словно встретив своего заклятого врага, стремительно смирилась и в конце концов превратилась в густую молочно-голубую жидкость.
Линь Чэнь обратным движением впечатал эту жидкость в грудь Шэнь Хуайсюя.
— Кха-а!
Шэнь Хуайсюй резко распахнул глаза. Зеленые зрачки, изначально принадлежавшие человеку, теперь заволокли темно-красные узоры.
Из его груди вырвался пронзительный визг — физическая реакция на запредельную, невыносимую боль.
— Шэнь Хуайсюй, держись!
Линь Чэнь попросту перевернулся и оседлал его, прижавшись собственной грудью к ледяным доспехам мужчины.
Его золотые крылья в этот момент полностью распрямились.
Сила десятитысячелетнего панциря сделала эту пару крыльев широкой и священной. Они легко взмахнули, окутав обоих мужчин в плотный круглый золотой кокон.
Линь Чэнь прижался лбом ко лбу Шэнь Хуайсюя, и духовная сила потоком хлынула в разрушающееся море сознания подчиненного — мягким, но непреклонным приливом.
Не бойся. Я рядом.
Подобная связь на уровне душ выступала сильнейшим оружием Матери Зергов.
Линь Чэнь чувствовал, как проникает в мир, полный трещин и лютой зимы, и, принося с собой целое небо тепла, по крупицам залечивает чужие раны.
Спустя неизвестное время...
Пластины на теле Шэнь Хуайсюя начали медленно блекнуть, а проткнувшие кожу костяные шипы постепенно втянулись обратно.
Дыхание выровнялось, а неестественно бледная, почти прозрачная кожа вновь обрела здоровый цвет.
Что еще важнее, энергия внутри Шэнь Хуайсюя не просто восстановилась — благодаря двойной подпитке из сердцевины ледяной брони и первородной силы Матери Зергов она переживала качественный скачок.
[Динь! Обнаружено завершение рекомбинации генов Вассала Шэнь Хуайсюя.]
[Оценка уровня: класс S (полное восстановление).]
[Преданность: абсолютная (из-за того, что хозяин спас ему жизнь, шкала переполнена).]
Линь Чэнь почувствовал, как напряженное тело Шэнь Хуайсюя полностью расслабилось.
Он уже хотел вздохнуть с облегчением, как вдруг заметил, что Шэнь Хуайсюй внезапно протянул руки, намертво обвив его за талию и глубоко уткнувшись лицом в углубление шеи.
Шэнь Хуайсюй дрожал.
Это было исступленное ликование человека, избегнувшего смерти, и одновременно трепет перед лицом божества.
Линь Чэнь вздохнул и не стал его отталкивать. Хоть он и был натуралом, черствым сухарем его назвать не получалось.
Спустя добрый десяток минут золотой свет в пределах зоны постепенно угас.
Линь Чэнь сложил крылья и, глядя на Шэнь Хуайсюя, который уже вернул себе человеческий облик, почувствовал смешанные эмоции.
— Старший ученик Шэнь, раз ты пришел в себя, нам нужно поговорить.
Линь Чэнь поднялся на ноги, стряхнул с себя ледяную крошку и устроился на уцелевшем стуле неподалеку.
Шэнь Хуайсюй стоял на коленях, не отрывая от него взгляда.
Прежняя отстраненность в его зеленых глазах полностью исчезла, уступив место фанатизму, от которого Линь Чэня бросало в пот.
— Мать, прошу отдать приказ.
От этого обращения у Линь Чэня снова заболела голова. Он махнул рукой:
— Во-первых, не называй меня матерью, меня зовут Линь Чэнь, и я мужчина. Во-вторых, ответь мне: эта твоя сумасшедшая преданность на грани смерти — плод твоей собственной воли или результат контроля со стороны той жалкой капли генов Зергов в твоем теле?
Линь Чэнь высказался предельно прямо. Будучи искушенным читателем романов, он прекрасно знал множество историй о марионетках и заложенных на уровне инстинктов программах.
Если любовь и уважение Шэнь Хуайсюя строились исключительно на физическом давлении рангов, он посчитал бы подобные чувства до омерзения дешевыми.
Шэнь Хуайсюй замер. Он опустил голову, глядя на собственные ладони, ставшие полупрозрачными и кристальными после поглощения энергии.
— До пробуждения... я был бракованным товаром клана Шэнь, — голос Шэнь Хуайсюя звучал тихо, но уверенно. — Ради создания сильнейшего пехотинца они насильно вплавили в мое тело гены древнего Ледяного Червя. Тогда у меня не было чувств, осталась лишь команда убивать. Я даже не знал, зачем живу.
Он поднял взгляд на Линь Чэня, и в его глазах мелькнула редчайшая нежность.
— Но в тот момент, когда вы пробудились... нет, еще до того, как пробуждающий камень взорвался светом, мое сердце обрело тепло.
Гены твердили мне пасть ниц, но душа шептала, что я наконец... нашел цель, ради которой стоит умереть.
Шэнь Хуайсюй замолчал на мгновение, вглядываясь в глаза Линь Чэня.
— Линь Чэнь, гены заставляют меня лишь преклонять колени. Но там, в подземелье, когда я увидел, как это чудовище бросилось на тебя, страх и гнев, которые я испытал... симуляцией генов их не объяснить. Я хочу защитить тебя не потому, что ты Мать Зергов, а потому, что ты — Линь Чэнь.
Линь Чэнь долго молчал, разглядывая его. В глазах Шэнь Хуайсюя плескалась чистая ясность, лишенная малейшего намека на подчинение чужой воле.
— Ладно, поверю тебе на слово.
Линь Чэнь потер нос и с неловким видом сменил тему:
— Тогда объясни-ка мне, что вообще происходит в этом мире? Зерги исчезли десять тысяч лет назад, почему я вдруг пробудил подобный дар? И раз уж здесь практикуют пробуждение талантов, где тогда прячутся настоящие Зерги?
Шэнь Хуайсюй выпрямился, и его лицо сделалось суровым.
— В истории человеческой Федерации записи о Зергах крайне однобоки. Их изображают лишь бездумными демонами разрушения, способными только пожирать. Однако в секретном архиве клана Шэнь упоминалось, что десять тысяч лет назад Зерги были ярчайшей и мощнейшей цивилизацией в этом звездном скоплении. У них существовал абсолютный порядок, и сердцем этого порядка являлась Мать Зергов.
Десять тысяч лет назад прошлая Мать Зергов по неизвестной причине исчезла в Священной Земле, из-за чего рой потерял духовную связь. Лишенные успокаивающего влияния Матери-Богини, высшие Зерги один за другим впали в духовное безумие, разорвали друг друга в междоусобной резне и в конце концов сошли со страниц истории.
Шэнь Хуайсюй посмотрел на Линь Чэня, и в его тоне прорезался фанатичный огонек.
— Но Зерги не вымерли полностью. Они отступили в свои исконные пределы — на планету Акана. Ныне эта область закрыта для людей Федерации. Что же до вашего пробуждения...
[Система: Хозяин, пожалуй, позволь мне объяснить.]
Линь Чэнь мысленно ответил в море сознания:
— Говори.
[Система: Вы пробудили не талант как таковой — ваша душа пересекла пространство и время, достигнув идеального слияния с этим телом. Когда исчезла предыдущая Мать Зергов, вся её первородная сила оказалась запечатана в море сознания этой планеты. Активировать её способна лишь чистейшая душа, обладающая определенными свойствами.]
Линь Чэнь нахмурился:
— Какими свойствами? Свойствами привлекать мужиков?
[Система: ...Защита. Хотя хозяин и называет себя натуралом, инстинкт оберегать своих подданных — или, проще говоря, слабых — заложенный в глубинах вашей души, в точности совпадает с функциями Матери Зергов.]
Линь Чэнь холодно усмехнулся, проигнорировав шпильку Системы, и перевел взгляд на Шэнь Хуайсюя:
— Планета Акана... найду ли я там ответы?
Шэнь Хуайсюй тяжело кивнул.
— Там находится родина всех Зергов.
Все те, кто остается на поверхности сейчас, — лишь безмозглые звери.
Настоящая элита Зергов, те высшие Вассалы, что способны принимать человеческий облик и управлять звездными кораблями, спят в глубинах планеты Акана или отчаянно ищут ваш запах.
Шэнь Хуайсюй опустился на одно колено, говоря со страстью:
— Энергия панциря десятитысячелетнего возраста, высвобожденная вами в зоне, вероятно, уже пробила пространственный барьер. Те безумные старики, должно быть, уже мчатся сюда.
У Линь Чэня по спине пробежали мурашки.
Ему едва хватало проблем с одним Шэнь Хуайсюем, а если явится целая толпа чокнутых авторитетов-зергов...
— Значит, я обязан туда отправиться?
— Обязательно, — Шэнь Хуайсюй поднял голову, и в его глазах горело боевое пламя. — Не только чтобы узнать ваше происхождение, но и чтобы овладеть истинной силой.
Люди Федерации уже обратили на вас внимание. Клан Шэнь, военное министерство, научно-исследовательский институт... очень скоро они сбегутся сюда, как акулы на запах крови. Только на планете Акана вы сможете построить империю, которая по праву принадлежит вам.
Линь Чэнь поднялся на ноги и подошел к окну.
На улице уже рассвело, на территории кампуса стали появляться первые студенты, а жалкий вид Ван Цяна наверняка вскоре поднимет на уши всю академию.
Он посмотрел на собственные белые ладони — на них смутно проступал золотой оттиск Печати Матери-Богини.
Он-то рассчитывал просто мирно прожить жизнь в другом мире, но кто же знал, что его вознесут на трон спасителя целого вида?
— Планета Акана, значит...
Линь Чэнь сжал кулаки, и золотые крылья за его спиной непроизвольно качнулись, породив череду мелких пространственных трещин.
— Шэнь Хуайсюй, собирайся. Прежде чем эти акулы возьмут нас в кольцо, мы должны стать настолько сильными, чтобы они не смели и рта раскрыть.
Линь Чэнь бросил на Шэнь Хуайсюя суровый взгляд:
— И еще: впредь не смей просто так терять уровни ради того, чтобы меня подкормить. Ты — мой меч, и если клинок сломается, чем я пробью ворота этой твоей планеты Акана?
http://bllate.org/book/31736/3874448
Готово:
