Шэнь Цзяньлу тяжело вздохнул про себя: если бы тот действительно всё понял — это было бы прекрасно, лишь бы впредь не давал себя обманывать негодяям.
Цянь Додо срывающимся от слёз голосом произнёс:
— На этом прощаюсь. Надеюсь на скорую встречу.
После чего развернулся и зашагал в сторону гор. Шэнь Цзяньлу провожал его взглядом, пока фигура не скрылась вдали, в самом конце пути, и не исчезла совсем.
Ван У и остальные всё это время терпеливо ждали. Во-первых, они ещё не разобрались в переменчивом нраве Шэнь Цзяньлу и по-прежнему сомневались в «божественной» работе, которую им пообещали. А во-вторых, даже если всё это правда, Шэнь Цзяньлу теперь их начальник — лучше лишнего не болтать, чтобы не навлечь на себя его гнев.
Шэнь Цзяньлу отвёл взгляд и зашагал в противоположную сторону.
— Пошли, нам пора приступать к великому делу.
Ван У и слова вымолвить не мог. Они направлялись в родные края Шэнь Цзяньлу, которые, как он говорил, лежат за морем. Разве им не нужно было в порт? Почему же они идут к Секте Меча?
Ван У уже не раз задавал этот вопрос, но на сей раз решил промолчать и лишь больно ущипнул Сунь Эра. Остальные вечно ждали, пока первым заговорит он, чтобы самим не высовываться, но теперь с него хватит. Сунь Эр вскрикнул от неожиданности.
Шэнь Цзяньлу озадаченно обернулся:
— Что с вами такое? Начали внутренние разборки из-за распределения жалования? Наша компания не терпит конфликтов между сотрудниками!
Сунь Эр, вынужденный выдержать взгляд Шэнь Цзяньлу, набрался храбрости и пробормотал:
— Нет, просто… это… — Он сглотнул от волнения. — Вы ведь собирались вернуться домой? Но это направление ведёт к Секте Меча. Если мы хотим отправиться в море, нам нужно идти в порт, в другую сторону.
Шэнь Цзяньлу загадочно улыбнулся:
— А кто сказал, что я теперь живу там? Сейчас я живу в Секте Меча.
Ван У: «…»
Сунь Эр: «!»
Шэнь Цзяньлу развёл руками:
— Я лишь сказал, что мои родные края за морем, и пообещал, что мы будем добывать там руду, но я не говорил, что мы отправимся именно за то море!
Ван У в ужасе воскликнул:
— Но вы же сами говорили, что собираетесь наладить бизнес между землями за морем и Миром Бессмертных!
— Я не уточнял, какое именно море имею в виду, — невозмутимо ответил Шэнь Цзяньлу. — В Секте Меча тоже есть своё море.
На этом моменте Ван У и остальные осознали, что такое путь из рая в ад. Они идут в Секту Меча — останутся ли они после этого в живых?
Шэнь Цзяньлу слегка повернулся и жестом велел им следовать за собой:
— Я проведу вас в Секту Меча тайком.
***
Шэнь Цзяньлу привёл Ван У и его компанию к подножию задней части горы, где располагалась Секта Меча. Ноги Ван У дрожали. Это же Секта Меча! Обитель сильнейших культиваторов меча во всём Мире Бессмертных. Строжайшая охрана, мощный защитный барьер, и, что пугало больше всего, — тот самый легендарный культиватор меча, что десятилетиями пребывал в уединении, но чьё имя до сих пор внушало трепет всей округе — сам Достопочтенный Цзяньцзунь.
Проникнуть в Секту Меча? А они получили разрешение? И останутся ли они в живых, если даже получат его? Часть их бывших коллег из Демонического Культа уже пытались пробраться в Секту Меча, и с тех пор о них не было ни слуху ни духу!
Но делать было нечего, пришлось стиснуть зубы и пойти следом. Когда Шэнь Цзяньлу остановился у подножия, их охватила паника. Неужели он сам не уверен в успехе?
Однако Шэнь Цзяньлу вовсе не размышлял о том, как их провести. Он протянул руку, и на его ладони лежал сухой лист — тот самый, который Ху Синчжи бросил ему в день принятия в ученики, прежде чем отправить на Пик Создания Артефактов. Позже Шэнь Цзяньлу обнаружил, что, где бы он ни находился в пределах секты, этот листок всегда возвращал его на Пик Создания Артефактов. И сколько бы раз он ни проходил через ворота Секты Меча, защитный барьер даже не шелохнулся. А ведь он реагировал, даже если мимо пролетала бабочка.
Сколько бы он ни смотрел на листок, это был самый обычный сухой лист. Ху Синчжи даже не обмолвился о нём ни словом — что, если бы он потерял его тогда? Шэнь Цзяньлу казалось, что Ху Синчжи знает нечто, чего ему не договаривает, и закрывает глаза на любые его выходки. Например, на то, что он прорыл шахту от Пика Создания Артефактов до самого подножия горы.
Шэнь Цзяньлу потянулся, убедился, что благодаря чудесному действию листка ни его, ни Ван У с остальными защитный барьер не обнаружил, и достал подвеску, которую носил на шее. На одной из плашек было выгравировано: «Сквозь скалы и горные тропы».
— Не отставать, — скомандовал он.
Он шагнул вперёд. Ван У и остальные, видя перед собой лишь глухую каменную толщу, приготовились к неминуемому столкновению, но…
Плюх!
Вместо ожидаемого удара о камень они, потеряв равновесие, кубарем повалились на землю, сбившись в кучу. Сунь Эр со страхом оглянулся: позади была лишь сплошная чёрная скала. Они вошли через проход, которого не существовало!
Они оказались в тёмном туннеле, единственным источником света в котором был огненный факел в руках Шэнь Цзяньлу.
— Где мы? — набравшись смелости, спросил Ван У.
Шэнь Цзяньлу приложил палец к губам:
— Тс-с, это секрет. Это наш тайный ход на Пике Создания Артефактов.
Тайный ход? Пик Создания Артефактов? Мозг Ван У отказывался воспринимать информацию. Если бы он мог описать своё состояние, то сказал бы, что у него перегрузка процессора.
Лицо Шэнь Цзяньлу в свете факела казалось ещё прекраснее, улыбка была доброй и мягкой, но слова прозвучали пугающе холодно:
— Если ваши помыслы не чисты, вам не выбраться из этого туннеля живыми!
По телу Ван У и остальных пробежал мороз.
— Верим! Мы всё верим! — затараторил Ван У, в испуге прижавшись к Сунь Эру.
Ещё бы! Они были в Секте Меча! Раньше они даже внутри Демонического Культа не бывали, но были наслышаны о жестоких тайных техниках. Хоть Шэнь Цзяньлу и был из Секты Меча, с ним явно стоило держать ухо востро — кто знает, какими секретными методами он владеет!
Под дружелюбным присмотром Шэнь Цзяньлу они наконец выбрались из туннеля. Навстречу им подул свежий ветерок, принося аромат цветов и пение птиц. Они наконец почувствовали твёрдую почву под ногами и немного расслабились. Постойте… почему птицы поют так громко?
Голос Шэнь Цзяньлу прозвучал совсем рядом:
— У меня есть младший соученик и младшая соученица. Они ещё совсем дети, послушные и очень милые.
Они подняли головы. Шэнь Цзяньлу посмотрел на лужайку и его зрачки сузились.
На траве Пика Создания Артефактов Чжу Чжоу пытался поймать птиц. Он использовал какой-то духовный артефакт, имитирующий птичье пение, чтобы приманить стаю. Он двигался с молниеносной быстротой, схватил одну несчастную пташку и теперь забавлялся с ней, то отпуская, то снова перехватывая на лету. Давая надежду и тут же отнимая её…
Увидев Шэнь Цзяньлу, Чжу Чжоу другой рукой поднёс ко рту что-то и откусил. Это была живая, извивающаяся рыба.
Шэнь Цзяньлу: «…»
Ван У и остальные: «…»
В ужасе Шэнь Цзяньлу перевёл взгляд на Цзян Цинъюэ. Младшая соученица точно должна быть в порядке, девочки ведь такие скромные.
Его молчание стало ещё тяжелее. Цзян Цинъюэ ползала по траве, что-то старательно выискивая, а затем сорвала пучок зелени, отряхнула от земли и сунула в рот. Почувствовав присутствие, она подняла голову и посмотрела на Шэнь Цзяньлу озадаченным взглядом.
Сердца Ван У и остальных похолодели. Они-то думали, что Секта Меча — крупная секта, где условия жизни должны быть достойными. В туннеле они уже мечтали, как разбогатеют и заживут припеваючи. Но теперь, увидев детей, поедающих сырую рыбу и траву… Шэнь Цзяньлу обещал трёхразовое питание? Понятно, почему еда зависит от того, что удастся добыть!
До чего же он довел детей! От голода они уже не разбирают, съедобно это или нет. Шэнь Цзяньлу, жизнь ребёнка тоже жизнь!
Молчание Шэнь Цзяньлу сейчас было оглушительным. Его безмолвие лишь подтверждало их догадки. К чёрту Демонический Культ, к чёрту жалобные истории — из уст Шэнь Цзяньлу не вылетало ни слова правды! Они мысленно оплакивали своё будущее.
Шэнь Цзяньлу же сейчас был близок к краху. Его младшие соученики — всегда такие послушные, всегда такие милые — как они дошли до жизни такой? Он никак не ожидал, что однажды ему придётся, подобно большинству родителей, воскликнуть: «Как ты стал таким?! Ты ведь раньше был другим!»
Откуда эта привычка есть сырую рыбу и жевать траву?
Дрожащим голосом он спросил:
— Младший соученик, младшая соученица… вы что, так проголодались?
Это точно из-за голода!
Чжу Чжоу и Цзян Цинъюэ переглянулись. Шэнь Цзяньлу ждал ответа. Через мгновение на глазах у Цзян Цинъюэ выступили слёзы:
— Да, старший соученик… У-у-у, наставника нет, дрова закончились, мы голодали целый день, больше не было сил терпеть.
Шэнь Цзяньлу наконец выдохнул. Хорошо, что это не странная причуда. Впрочем, даже если бы это была она, ему пришлось бы смириться.
Он сам виноват — слишком увлёкся Созданием артефактов и сжёг все дрова, не оставив ничего, чтобы разжечь огонь и приготовить еду. Да и сам он ничего не приготовил перед уходом, а в городе задержался. Если бы он вернулся позже, что бы стало с детьми?
Он подошёл к ним, Чжу Чжоу и Цзян Цинъюэ подбежали к нему. Шэнь Цзяньлу потрепал их по головам и виновато сказал:
— Простите, это всё моя вина, что не оставил вам еды.
Чжу Чжоу, словно маленький взрослый, ответил:
— Ничего страшного, старший соученик. Мы знаем, что ты спускался с горы, чтобы заработать денег. Ты такой молодец!
Шэнь Цзяньлу переполнило чувство гордости, и он поскромничал:
— Да что там, особо ничего и не заработал!
Ван У и остальные застыли, как изваяния. Как Шэнь Цзяньлу так быстро со всем примирился? И правда, они чуть не забыли, что он не обычный человек. Как у него хватает совести упоминать город? Присвоил все деньги Цянь Додо, обманом заманил их на гору, а теперь собирается травмировать психику детей?
http://bllate.org/book/31640/3860230
Готово:
