Шэнь Синь остался жить в селении Лосы. Изначально, вскоре после возвращения в селение, им предстояло отправиться на ярмарку Племени Русалок, но несчастный товарищ Шэнь Синь заболел, да так сильно, что не мог даже подняться с постели.
Шэнь Синь почувствовал себя плохо на второй день после прибытия в селение. Сначала он не придал этому значения, думая, что это обычная простуда или акклиматизация, но на третий день у него поднялся жар.
Шэнь Синь с трудом вытащил из походного рюкзака градусник и, измерив температуру, обнаружил, что она подскочила до тридцати девяти градусов. Он торопливо проглотил несколько жаропонижающих таблеток и в полубессознательном состоянии провалился в сон.
Сидевший рядом Лосы тоже очень переживал. Он стремглав притащил из селения знахаря, чтобы тот осмотрел Шэнь Синя. Знахарь долго возился, а затем виновато сказал Лосы: — Прости, я не могу понять, чем он болен.
Лосы оставалось лишь печально и беспомощно ухаживать за Шэнь Синем. За это время Фейсы и Луо Фэй тоже заходили навестить Шэнь Синя. Оба сошлись на том, что омега Лосы слишком хрупкого телосложения, и когда он выздоровеет, его обязательно нужно будет как следует подкормить, а заодно и немного потренировать.
После трех дней лихорадки температура Шэнь Синя наконец спала, однако во всем теле ощущалась слабость, а в голове все еще стоял туман. Первыми словами, которые он произнес, придя в себя, было напоминание Лосы не забыть обменять морскую соль.
Поэтому, хотя Лосы совсем не хотел покидать селение, данное Сиси обещание нужно было сдержать. Ему пришлось попросить родителей присмотреть за Шэнь Синем, а самому, прихватив добро для обмена, отправиться в путь к морской ярмарке русалок.
На второй день после ухода Лосы Шэнь Синь наконец смог встать с постели. Эта болезнь сделала его и без того тощую фигуру еще более хрупкой. Фейсы втайне нахмурился: с таким здоровьем вынашивать потомство будет очень опасно.
Поэтому Фейсы принялся подгонять Шэнь Синя во время еды, стараясь сделать так, чтобы тот ел больше и немного поправился. И как ни странно, Шэнь Синь заметил, что после выздоровления у него проснулся отменный аппетит, и есть он стал гораздо больше, чем раньше.
Теперь за один присест он съедал почти столько, сколько раньше за два, что его самого приводило в ужас: он никак не мог понять, с чего вдруг у него такой зверский аппетит? Сначала он даже боялся есть слишком много, опасаясь, что Фейсы и Луо Фэй станут смотреть на него как на странного.
Но вскоре он заметил, что Фейсы ест ровно столько же, сколько и он сам, а порции Луо Фэя оказываются даже больше их собственных. Призадумавшись, Шэнь Синь решил, что альфы, наверное, просто едят больше. Аппетит самого Лосы тоже был весьма впечатляющим.
Видя, с каким удовольствием Шэнь Синь уплетает еду, Фейсы только радовался возможности накормить его повкуснее. Все те дни, пока Фейсы жил в доме Лосы, ухаживая за Шэнь Синем, их отношения стали намного ближе.
— Сиси, а где твои родители? Почему ты бродил один-одинешенек? — после ужина Фейсы принялся сшивать шкуры, планируя смаковать одежду для Шэнь Синя, и одновременно завел с ним разговор. Он помнил, как сын говорил, что от Сиси совсем не пахнет никаким селением.
— Я пришел из очень далеких мест, мои родители умерли, — лаконично ответил Шэнь Синь. Если вдаваться в подробности его происхождения, это не объяснишь в двух словах, да и вряд ли другие зверолюди ему поверят.
— Бедный ребенок, не печалься. Считай это место своим домом, живи счастливо с Лосы, а мы оба заменим тебе родителей, — сочувственно произнес Фейсы, мысленно дорисовывая в воображении, через какие тяготы и опасные странствия пришлось пройти Шэнь Синю в одиночку после смерти родителей.
— Спасибо тебе, Фейсы, — тихо ответил Шэнь Синь. На самом деле он всегда жаждал обрести собственный дом, и уж никак не ожидал, что эта мечта, несбыточная в его прежнем мире, исполнится в ином измерении, где кто-то пообещал подарить ему очаг.
Заметив погрустневшее выражение лица Шэнь Синя, Фейсы решил, что тот вспомнил родителей, и тактично умолк, сосредоточившись на шитье и молча составляя компанию Шэнь Синю.
Шэнь Синь пришел в себя и, глядя на сидевшего перед ним Фейсы, мысленно вздохнул: как же повезло Лосы с такими замечательными родителями... Впрочем, ему все еще было немного не по себе от мысли, что этот явно мужчина — Фейсы — родил Лосы.
— Фейсы, а что обычно едят в селении? — помолчав какое-то время, Шэнь Синь решил подумать о своем будущем. Раз уж он решил временно остаться в селении Лосы, ему следовало хорошенько разобраться в здешнем укладе.
— Альфы ходят на охоту, не переживай. Луо Фэй добудет побольше дичи, — решив, что Шэнь Синь беспокоится из-за нехватки еды, ответил Фейсы. До этого Шэнь Синь питался тем, что Лосы заготовил впрок.
— Только мясо? — поморщившись, спросил Шэнь Синь. Все эти дни его рацион состоял исключительно из мяса самых разных видов. И хотя способы приготовления отличались, в пище не было ни единого листочка зелени, из-за чего он уже несколько дней страдал от запора.
— Диких овощей сейчас нет, они появятся только следующей весной, — вздохнул Фейсы. Съедобной зелени и так всегда было немного, а с наступлением холодов она переставала расти, и с приходом зимы от нее не оставалось и следа.
— А какие вообще бывают дикие овощи? — снова спросил Шэнь Синь. Удивившись его вопросам, Фейсы тем не менее ответил: — Зеленолистные, широколистные, мелколистные, съедобные травы и тому подобное.
...Что ж, Шэнь Синю эти названия ни о чем не говорили. Похоже, придется ждать возможности увидеть все своими глазами, чтобы понять, какие овощи скрываются за этими именами. Впрочем, в его пространственном кармане хранилось множество семян, среди которых наверняка найдется и овощная рассада.
— Разве в селении нет полей? — продолжая расспросы, поинтересовался Шэнь Синь. Фейсы кивнул: — Поля-то есть, но сейчас на них уже ничего не вырастет, сеять можно будет только весной.
Похоже, здешний мир сильно отличался от его прежней жизни. Шэнь Синь начал беспокоиться: что, если его семена здесь просто не взойдут? Придется попросить Лосы отвезти его на поля, как только тот вернется.
— Кстати, зачем ты велел Лосы обменять эту мелкую белую крупу? Лучше бы привез побольше даров моря, — вспомнив о морской соли, которую Шэнь Синь наказал добыть Лосы, озадаченно спросил Фейсы.
— Эта штука называется соль, я натираю ею мясо для приправы, — объяснил Шэнь Синь. В последние дни Фейсы и Луо Фэй тоже без конца расхваливали жареное мясо с солью; они понятия не имели, что именно сделал Шэнь Синь, но вкус блюда стал просто потрясающим.
— Оказывается, эта белая мелкая крупа такая вкусная, — внезапно озарило Фейсы. Похоже, в будущем стоить выменивать ее побольше. Не удержавшись от восхищения, он добавил: — Сиси, как же много всего ты знаешь.
За беседой они ожидали возвращения Луо Фэя. Благодаря частым разговорам с Фейсы за последние дни знание языка зверолюдей у Шэнь Синя продвинулось семимильными шагами: до тех пор, пока собеседник не говорил слишком быстро или честно, он понимал практически всё.
В этот момент в дверь дома Лосы неожиданно постучали. Фейсы отложил шкуры и поднялся, чтобы открыть, но, к его великому удивлению, на пороге стоял омега из семьи вождя. Сердце Фейсы ухнуло вниз, и он с замиранием сердца спросил: — Что-то случилось?
— Отряд с ярмарки русалок вернулся. Твой Лосы наменял гору бесполезного хлама и перевел добро селения впустую. Вождь велел передать, чтобы ты и Луо Фэй пришли разобраться, как поступить с этим делом, — заносчиво заявил омега.
— Луо Фэй еще не вернулся с охоты, можно подождать его? — опустив глаза, несколько нервно попросил Фейсы. Омега вождя нахмурился: — Ладно, как только вернется, отправляйтесь к нам не задерживаясь.
После этого визитер удалился. Закрыв дверь, Фейсы тяжело вздохнул и, обернувшись, увидел стоявшего у дверей комнаты Шэнь Синя. Он тут же поспешил к нему: — Сиси, чего ты босиком да без одежды вышел? Дни нынче холодные, смотри не заболел бы снова.
— Фейсы, что происходит? — спросил Шэнь Синь. Краем уха он расслышал слова вроде русалки, Лосы и пустая трата, и теперь опасался, не связано ли это с его идеей обменять морскую соль.
— Ничего страшного, Лосы и остальные вернулись, вождь просил нас с Луо Фэем заглянуть к нему, — стараясь не волновать Шэнь Синя и утаить причину для его чувства вины, ответил Фейсы, ведь затея с обменом соли принадлежала именно Шэнь Синю.
Вскоре вернулся Луо Фэй. Поставив ужин на стол, Фейсы увлек его за собой из дома Лосы и по дороге вкратце обрисовал ситуацию. Луо Фэй кивнул и крепко сжал руку Фейсы, давая понять, чтобы тот не волновался.
Добравшись до двора вождя, они действительно увидели столпившихся там соплеменников. В самом центре стоял Лосы, а у его ног возвышалось несколько больших мешков, доверху набитых белой мелкой крупой.
— Луо Фэй и Фейсы пришли! — раздался чей-то голос, и толпа расступилась, пропуская их к Лосы.
http://bllate.org/book/31630/3859208
Готово:
