На улице всё ещё шел дождь. Куда он мог запропаститься в такую темень и в одиночку? В сердцах у всех рождались самые разные догадки, одна мрачнее другой, но вслух высказать их не осмеливался никто.
Управляющий велел нескольким слугам взять зонты и поискать вокруг виллы, но, к сожалению, единственная надежда на благополучный исход рухнула: слуги ничего не нашли и вернулись с ногами, сплошь покрытыми грязью.
Все растерялись, и только тот, кто здесь хозяйничал, не спеша спустился сверху, на ходу завязывая пояс шелкового халата — он выглядел таким разморенным, будто только что вышел из парной.
Увидев его в таком виде, Лю Шэн так и рвался подскочить и придушить этого гада.
— Второй господин, старший господин пропал! — хоть управляющий и тревожился, но, видя равнодушный вид Янь Му, мог лишь сдерживаться и не выказывать излишней спешки.
Янь Му выдал фразу столь невозмутимую, что от нее оставалось лишь развести руками:
— Куда это он делся?
Если бы они знали, куда он ушел, разве стали бы так волноваться? Главная проблема заключалась в том, что старший господин, судя по всему, и сам понятия не имел, где находится. Если в окрестностях его отыскать не удалось, то самостоятельно вернуться он шансов практически не имел.
На самом деле Янь Му был изрядно удивлен. Заметив, что шкатулку с прахом отца, похоже, кто-то трогал, он в общих чертах сообразил, в чем дело, и подумал про себя: этот человек хоть и глуповат, но чувства у него тонкие, он понимает и душевную боль, и людское тепло — вот ведь как сильно его это задело!
— Вон там снаружи следы видны. В лесу-то следов не оставишь, так что, может, он забрел далеко. Второй господин, как думаете, не заявить ли в полицию?
Конечно, назвать это место глушью было нельзя, и заблудиться до смерти тут вряд ли бы получилось, но все равно оставались опасения, как бы старший господин не натерпелся бед и лишений на улице. К тому же нельзя было исключать случайности, так что на душе у всех было неспокойно.
Янь Му тоже не хотел, чтобы с этим чудаковатым братцем что-то случилось, и тут же схватил телефон, набирая номер.
Однако звонил он не в полицию. У Янь Му были широкие связи, и он набрал начальника пожарной охраны: если говорить о поисково-спасательных работах, то пожарные куда профессиональнее. Место здесь располагалось в пригороде Наньду, устройство сильно отличалось от городской застройки, и без помощи этих людей было просто не обойтись.
Быть ближе к природе — такова нынче заветная мечта любого городского жителя, и место, которое Янь Хуатянь выбрал для спокойной старости, обязательно должно было отвечать этому требованию. Весь усадебный комплекс занимал огромную площадь, по периметру его окружали редкие деревья и кустарники, а дороги и вовсе с обеих сторон обступал лес.
Это означало, что, выйдя за пределы виллы и не следуя вдоль автомобильной дороги, можно было угодить только в чащу.
Пэй Юй босиком ступал по земле, усеянной опавшими листьями и сухими ветками, что для его нежной кожи было все равно что идти по иголкам. Но хуже всего было другое: на него навалились темнота и холод, дождь пробивался сквозь кроны деревьев и капал вниз, на нем не осталось ни единого сухого места, а сырая, холодная ткань намертво прилипла к телу. Пэй Юй заблудился, паника гнала его вперед, заставляя бежать без остановки, но куда бы он ни направлялся, везде царила тьма, и шаг его внезапнорешительно замедлился...
Неужели он тоже умрет?
Обратится в пепел, как отец?
От этой мысли у него перехватило горло, хотелось лишь бежать подальше от той коробки, в которой таилась смерть, но почему он оказался в этом темном и ледяном месте?..
Вдруг во тьме вспыхнул мягкий оранжево-красный свет. Глаза, слишком долго привыкавшие к темноте, отчаянно зарезало, и он, ухватившись за него как за соломинку, устремился вслед за разгорающимся все ярче сиянием.
Свет резал глаза, и Пэй Юй, прищурившись, бросился на него: он знал, что это фары едущей машины, и если он замешкается, автомобиль уедет.
Пэй Юй бежал сломя голову, даже забыв о боли в исколотых ступнях. Он и не заметил, как земля под ногами сменилась твердым, надежным асфальтом, а в ушах зазвучал гул приближающегося мотора и ослепительный, слепящий свет.
Инстинктивно Пэй Юй заслонил глаза рукой.
Оглушительный визг тормозов разорвал ночную тишину.
Машина остановилась буквально в полуметре от Пэй Юя. Сердце колотилось от пережитого ужаса, а следом раздалось сердитое ругательство Янь Сю:
— Черт возьми, жить надоело?!
Янь Сю с большим трудом взял под контроль ситуацию в компании и теперь собирался под предлогом участия в похоронах триумфально вернуться домой, чтобы делить наследство. Он никак не ожидал, что посреди ночи на загородной дороге ему попадется на пути этот тупица, бросившийся прямо на капот.
Подавляя гнев, Янь Сю толкнул дверцу машины — ему хотелось посмотреть, до какой же степени этот человек жаждет смерти!
Страшно, да еще и до смерти напуган, к тому же промок насквозь и продрог — Пэй Юй сейчас даже заплакать не мог, казалось, он вот-вот потеряет сознание. Сидя посреди дороги, он тупо уставился на капот машины, всем телом мелко дрожа.
Янь Сю свирепо бросился на Пэй Юя с таким видом, будто собирался не то задавить его насмерть, так избить, но вся его ярость мгновенно испарилась наполовину, едва он разглядел этого бедолагу, похожего на промокшего котенка.
В свете фар бледное лицо мужчины казалось полупрозрачным, бесцветные губы дрожали, а прекрасные глаза лишились всякого блеска. Выглядел он крайне жалко, и в то же время это вызывало непреодолимое желание прижать его к себе и пожалеть.
Капли воды стекали по черным волосам, скользили по шее, забирались за воротник и исчезали под одеждой. Янь Сю был поражен неземной красотой этого незнакомца и еще больше — той безмолвной, чарующей властью, которой тот обладал над чужими сердцами.
Янь Сю не мог угадать его возраст — ни черты лица, ни манеры ничего не подсказывали, к тому же... на Пэй Юе все еще была та самая пижама с медвежатами, в которой он сбежал. Сквозь промокшую ткань смутно угадывались очертания тела.
Призыв убить наглеца, так недавно звучавший в голове Янь Сю, неведомо куда испарился, и он медленно двинулся к мужчине.
Только тогда Пэй Юй перевел остекленевший взгляд на Янь Сю. Его затуманенный мозг словно в одно мгновение сопоставил человека перед ним с тем образом, что отложился в памяти.
Это было то самое, что он запомнил лучше всего за последнее время и выучил назубок.
Разве этот человек не его третий младший брат Янь Сю?
— Братик... — выдавил Пэй Юй, но голос его сорвался до хрипоты, шевелились лишь губы, не издавая ни звука.
— Что ты сказал? — Янь Сю не удержался и протянул руку, чтобы коснуться этого жалобного красавца. Почему он оказался здесь в такой час? Сейчас ответа на этот вопрос было не найти. Он чувствовал лишь одно: кожа мужчины ледяная, рассудок помрачен, а холод уже почти полностью сковал тело Пэй Юя. То ли ощутив прилив безопасности при виде Янь Сю, то ли окончательно истощив силы, Пэй Юй больше не мог держаться на ногах, потерял сознание и рухнул назад.
Янь Сю подхватил Пэй Юя за талию, не давая упасть на землю, и, отбросив любопытство, подхватил его на руки. В два-три шага дойдя до машины, он усадил его на пассажирское сиденье.
Состояние Пэй Юя не внушало оптимизма, а Янь Сю терпеть не мог, когда красавцы страдают, поэтому с энтузиазмом принялся за спасение. Будучи корыстным и эгоистичным типом, который не делает ничего без выгоды для себя, в глубине души он думал о другом: если в один прекрасный день он предстанет перед этим красавцем в образе спасителя, а затем раскрутит его как кумира-айдола, одна только эта внешность принесет ему целое состояние!
Строя радужные планы, Янь Сю сорвал с Пэй Юя промокшую насквозь одежду. Подобная работа по спасению жизни заставляла кровь бурлить в жилах, пробуждая скрытого внутри зверя, и, пользуясь столь удачным стечением обстоятельств, Янь Сю попутно бесцеремонно облапал красавца.
Если бы только он знал, что в будущем этот прекрасный незнакомец окажется его сводным старшим братом, да к тому же еще и дурачком с придурью, интересно, каково бы ему пришлось?
Но в эту минуту салон машины был полон весеннего хмеля, и кому было дело до всяких глупостей.
Одежду с Пэй Юя сорвали в два счета, и Янь Сю в очередной раз мысленно восхитился: это тело поистине было даром небес, каждая его деталь пробуждала жажду попробовать его на вкус.
Особенно привлекали две крошечные розовые бусинки на плоской груди, которые от холода сами по себе торчали кверху — не отведать их было бы просто преступлением против столь милого приглашения.
http://bllate.org/book/31482/3840587
Готово:
