Ты как определил, что это Шэнь Лянь тебя нес, а не кто-то другой?
Я упал прямо перед ним. Если бы он спихнул меня на помощника, как думаешь, о чем бы написали завтрашние газеты? Куда бы тогда делся его образ джентльмена?
Шу Ли замолчал, чувствуя легкий испуг:
— Если бы попался кто-то другой — любитель властного и необузданного стиля или какой-нибудь холодный чистюля с брезгливостью, я бы, наверное, не выдержал.
Шэнь Лянь издавна славился своими манерами истинного джентльмена. Независимо от того, было ли это частью его сценического образа, ему в любом случае приходилось заботиться о собственной репутации.
Кончик носа улавливал легкий, долгий аромат сосны — он как нельзя лучше соответствовал ауре молодого обладателя актерской премии.
Так просто попробовать на вкус любимого кумира! Шу Ли мысленно ликовал от восторга.
Парень был совсем легким, послушно устроившись у него на руках, а его руки благопристойно не обнимали за шею. С точки зрения Шэнь Ляня, виднелась лишь темная макушка юноши да пылающие алым кончики ушей.
Из-за сильной боли? Или... от смущения?
Добравшись до фургона, Шэнь Лянь аккуратно усадил Шу Ли и, снимая защитную маску, велел Линь Вэньяо достать запасной мини-холодильник.
Откинув полую брюнину левой штанины Шу Ли своими тонкими пальцами, он увидел сплошное покраснение и припухлость на изящной, словно из белого нефрита, щиколотке юноши — явно ушиб.
— Вроде бы ничего серьезного, достаточно приложить лед, — Шэнь Лянь поднял голову. — В больницу нужно?
Шу Ли не стал надевать маску обратно. Похлопав ресницами, он помотал головой.
— Где твой дом? Я сначала отвезу тебя.
Шу Ли наобум назвал первый попавшийся адрес.
Шэнь Лянь, опустив голову, возился со льдом. Его чуть приподнятые корни ресниц выглядели отчетливыми и аккуратными, черные глаза сияли чистотой и спокойствием, переносица была высокой, а бледно-красные тонкие губы слегка сжаты.
С таким лицом и никакой актерской игры не нужно — зрители будут в восторге. Если бы не подсказки системы неподалеку, Шу Ли едва ли смог бы сдержаться.
Для удобства Шу Ли стянул обувь и носки, положив стопу на колено Шэнь Ляня. Обнаженная стопа юноши была белоснежной, сквозь тончайший слой кожи отчетливо проступали синеватые вены, а каждый палец напоминал только что распустившийся бутон — утонченный и хрупкий.
В салоне машины раздалось несколько едва слышных вздохов, но взгляд Шэнь Ляня оставался невозмутимым, пока он аккуратно массировал область вокруг щиколотки Шу Ли пакетом со льдом.
Линь Вэньяо протянул Шу Ли бутылку воды, отводя глаза от его ног, и с улыбкой произнес:
— Братец, а чего ты до сих пор в маске?
Раз уж пришел встречать в аэропорт, должен же быть фанатом Шэнь Ляня. Никакой логики в том, чтобы иметь шанс пообщаться с кумиром и при этом скрываться под маской.
Неужели из-за того, что считает себя некрасивым и комплексует перед кумиром?
Но раз уж брови и глаза у него до того хороши, до какой же степени должна быть безобразной нижняя половина лица?
Пальцы ног Шу Ли сжались. Бросив взгляд на Шэнь Ляня, он изогнул глаза в улыбке, глядя на Линь Вэньяо, но ничего не ответил.
Конечно же, все ради того, чтобы сделать Шэнь Ляню сюрприз, когда тот появится на съемочной площадке. Разве не здорово?
Хотя атмосфера повисла неловкая, стоило взглянуть на влажные черные глаза юноши, как всякое раздражение мгновенно улетучивалось. Линь Вэньяо даже пожалел, что не открутил крышку бутылки для него заранее.
В машине воцарилась тишина, никто не произносил ни слова, и эта странная атмосфера тянулась вплоть до прибытия на место.
Шэнь Лянь опустил засученные штанины Шу Ли и бесстрастным тоном произнес:
— Впредь будь осторожнее.
Линь Вэньяо сказал:
— Брату Шэню нельзя выходить наружу, я помогу тебе дойти.
Шу Ли, хромая и опираясь на поддержку Линь Вэньяо, направился к выходу, но вдруг остановился. Оглянувшись на Шэнь Ляня, он чуть помедлил и тихонько произнес:
— До встречи.
Легкое удивление мелькнуло в глазах Шэнь Ляня, и он вежливо кивнул:
— До встречи.
Линь Вэньяо залез обратно в машину и плюхнулся рядом с Шэнь Лянем:
— Брат Шэнь, как думаешь, он сделал это специально?
Он имел в виду то падение Шу Ли в аэропорту. В конце концов, фанатичные поклонники нередко прибегали к подобным уловкам ради внимания звезд, и в их сфере деятельности следовало держать ухо востро.
Шэнь Лянь откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза, чтобы немного отдохнуть — непрекращающаяся череда разъездов за последние дни заставляла виски пульсировать от боли.
Спустя мгновение он равнодушно ответил:
— Не знаю.
Проводив взглядом отъезжающую машину Шэнь Ляня, Шу Ли наконец стянул маску и принялся раскачивать ее, цепляя за веревочку мизинцем. Тот, кто только что с трудом передвигался, теперь шел легкой, расслабленной и непринужденной походкой.
Из-за особенностей его телосложения малейший ушиб или царапина мгновенно вызывали на его коже красноту и припухлость, так что травма на ноге казалась страшной лишь на первый взгляд, а на деле не представляла собой ничего серьезного.
Где твои громкие амбиции?
Хочешь добиться своего — держи дистанцию и играй на контрастах.
Вечерние сцены предстояли тяжелые, поэтому Шу Ли заранее отправился в гримерку. Грим ему требовался самый простой — всего лишь слегка покрыть лицо тональным кремом, а вот старинные головной убор и костюм были куда сложнее, так что на подготовку все равно уходило немало времени.
Гример как раз закреплял на нем паколь, как вдруг Лань Дянь, скучающе пролистывающая ленту Weibo, пронзительно взвизгнула:
— Малыш Шу Ли! Это ты? Как ты попал в тренды? Да еще и вместе с Шэнь Лянем!
Все шло точно по плану.
Шу Ли вытянул руку, перехватив телефон у Лань Дяня, и открыл список трендов. Шэнь Лянь в аэропорту занимал первую строчку, а строчка с заголовком Красавец-юноша неожиданно появился в аэропорту обосновалась на третьем месте.
— Не переживай, я же в маске.
Успокаивая Лань Дяня, Шу Ли кликнул на третью строчку трендов. И впрямь: за исключением пары смазанных снимков в профиль без маски, на остальных фотографиях большая часть его лица была закрыта маской, так что опасаться было нечего.
Шу Ли принялся любоваться в экране телефона своей непревзойденной красотой, которую не в силах скрыть даже маска, в то время как пользователи в комментариях уже вовсю исходили восторженными криками.
О боже, какие у него потрясающие глаза!
И кожа просто великолепна!
Можно уже готовиться к дебюту, я точно стану во главе армии его безумных фанатов!
Даю три минуты, хочу знать всю информацию об этом человеке.
...
Зайдя во вкладку Шэнь Лянь в аэропорту, он обнаружил, что весь экран забит постами маркетологов и фанатов, выложивших сетки из девяти фотографий, где Шэнь Лянь подхватывает Шу Ли на руки. Там даже попадались гифки и видеоролики, а подписи пестрили хвалебными эпитетами вроде манеры джентльмена, заботливый парень и прекрасное воспитание.
В комментариях и репостах настрой у фанаток оказался вполне благожелательным. Главная причина заключалась в том, что в их глазах Шу Ли выглядел обычным прохожим; будь он малоизвестным артистом из низших рядов, все вокруг наверняка принялись бы обвинять его в попытке пропиариться за чужой счет.
Короче говоря, результатом Шу Ли остался доволен.
Лань Дянь подняла шум:
— Ну-ка признавайся, чем это ты занимался сегодня после обеда?
Шу Ли только собрался притвориться милым и замять тему, как девушка схватилась за грудь и простодушно застонала от отчаяния:
— Почему ты не взял меня с собой в аэропорт?! Это же мой главный кумир, я во сне мечтаю увидеть его вживую хоть на чуть-чуть...
Шу Ли: — ...
Шу Ли: — Я-то думал, что моя красота уже давно покорила твое сердце.
— Я не ветреный человек! — Лань Дянь подсела ближе, уставившись на него круглыми кошачьими глазами. — Ну как тебе Шэнь Лянь? Он ведь невероятно мягкий и заботливый? С чего это он вдруг тебя поднял? Где ты повредил ногу? И почему сейчас выглядишь так, будто скачешь горным козликом?
Мягкий и заботливый?
Хм, пожалуй, определенно мягкий и заботливый. И все же Шэнь Лянь оставлял у Шу Ли ощущение отстраненности, словно ничто на свете не способно задеть его взгляд.
Подобные люди обычно умеют безупречно контролировать собственные чувства, их не так-то просто заставить кем-то увлечься, не говоря уже о глубокой любви.
— Ну говори же.
Шу Ли протянул белоснежный указательный палец и ткнул Лань Дянь в лоб, отталкивая назад:
— Как твой начальник, я заявляю о крайнем недовольстве тем фактом, что кумир твоего сердца — вовсе не я, а потому отказываюсь отвечать на вопросы.
Шэнь Лянь официально приступил к съемкам спустя день.
Раннее морозное утро поздней осени на окраине города было окутано инеем, а багрово-красные листья клена трепетали на ветру, напоминая праздничный наряд невесты. Шу Ли заблаговременно переоделся в сценический костюм и теперь прислонился к кленовому стволу, с видом знатока пролистывая сценарий.
Заметив бегущую к нему раскрасневшуюся Лань Дянь, Шу Ли понял, что цель для покорения прибыла, и тут же принял нужную поза.
— Прошу прощения, режиссер Се, я задержал съемочный процесс.
Молодой мужчина слегка наклонил голову, компенсируя разницу в росте с Се Иньгэ, и произнес сдержанно и вежливо:
— Сценарий я уже изучил, можно начинать съемку прямо сейчас.
Свой самый первый фильм Шэнь Лянь выпустил под руководством Се Иньгэ, с тех пор они неизменно сотрудничали, и их отношения оставались теплыми.
На суровом, строгом лице Се Иньгэ редко пробивалось подобие улыбки. Хлопнув Шэнь Ляня по плечу, он проговорил:
— Что ж, тебе тоже нелегко, едва отдохнув денек, тут же помчался сломя голову.
Поговорив немного, Шэнь Лянь обронил:
— У нас есть одна сцена... — и знаком велел стоявшему за спиной Линь Вэньяо подать сценарий. Однако Линь Вэньяо застыл в оцепенении и не шевелился уже добрую минуту. С легким недоумением проследив за его взглядом, Шэнь Лянь замер.
Красавец в алых одеждах со шлейфом безмолвно стоял под сенью кленовых ветвей. Его темные волосы вились волнами, а черты лица поражали яркой, ослепительной красотой, словно он сошел со страниц с тысячами цветущих маков.
Словно заметив их взгляды, он повернул голову в их сторону, и при виде Шэнь Ляня его глаза мгновенно озарились ярким светом, после чего он озарил всех лучезарной улыбкой и зашагал навстречу.
Заметив замешательство Шэнь Ляня, Се Иньгэ посмотрел на Шу Ли и пояснил:
— Это тот самый новичок, о котором я тебе говорил, он играет Вэй Яня. — Осекшись, режиссер нахмурился, и его голос упал: — И откуда этот мальчишка выскочил, вечно с ним хлопот не оберешь...
Шу Ли стоял близко и отчетливо расслышал вторую фразу.
Пока он здесь, никто вокруг попросту не способен сосредоточиться.
Шу Ли подошел ближе, произнес: Режиссер Се, а затем перевел взгляд на Шэнь Ляня и ослепительно улыбнулся:
— Здравствулй, старший брат Шэнь, я Шу Ли.
Заметив родинку у него в уголке глаза, Шэнь Лянь вдруг вспомнил того парня в аэропорту. Перед уходом тот тихонько сказал ему до встречи.
Выходит, это действительно означало еще увидимся.
Шэнь Лянь сохранил невозмутимость:
— Привет.
— Шестнадцатая сцена фильма «Далёкий край небес», дубль первый, начали!
Лицо Гу Юаньчжи было мертвенно-бледным, в одной руке он сжимал меч, а его черные одежды пестрели глубокими и мелкими порезами, и шелк насквозь пропитался кровью.
Шаги тем не менее оставались уверенными и твердыми — до тех пор, пока он не увидел этого человека.
Вэй Янь стоял неподалеку, не сводя с него глаз, а уголки его ярко-красных губ опустились вниз.
Гу Юаньчжи подавил бурлящую в нем кровожадную ци, взгляд его смягчился, и он тихо произнес:
— Я вернулся.
Стоило Шу Ли качнуться, как раздался окрик Се Иньгэ:
— Стоп! Шу Ли, ты фальшивишь с эмоциями, снимаем заново.
Шу Ли виновато улыбнулся Шэнь Ляню, поправил волосы и посмотрел на Се Иньгэ, показывая, что можно продолжать.
— Шестнадцатая сцена фильма «Далёкий край небес», дубль второй, начали!
...
— Стоп! Не годится, следи за взглядом, за взглядом!
...
— Стоп! Переигрываем.
Обычно на съемочной площадке Шу Ли редко допускал ситуации, когда дубли приходилось переснимать, из-за чего Се Иньгэ всегда относился к нему благосклонно. Теперь же, после пяти или шести неудачных попыток подряд, лицо режиссера наконец окончательно помрачнело, и он жестом подзвал его к себе.
Стараясь говорить как можно мягче, Се Иньгэ поинтересовался:
— Что с тобой сегодня? Впервые играешь в парной сцене с Шэнь Лянем, занервничал?
Шу Ли не стал ни подтверждать, ни опровергать это, лишь извинился:
— Простите, режиссер, я не специально...
Рассудив, что причиной ошибок может быть отсутствие опыта совместной работы с Шэнь Лянем и неумение совладать с эмоциями, Се Иньгэ отдал распоряжение:
— Сяо Шэнь, отведи его в сторонку, разберите сцену, помоги ему войти в образ. Даю двадцать минут, приведите всё в порядок.
Йес, настало время для уединения с кумиром.
http://bllate.org/book/31470/3839324
Готово:
