Та девушка всё ещё издавала слабые стоны, на её руке зияла огромная рваная рана, а грудь и живот тоже были распороты, илая кровь пропитала её футболку.
Её парень упал прямо на неё, его рука всё ещё застыла в защитном жесте, но сам он не издавал ни звука.
Стоило Вэнь Лицю перевернуть его, как он увидел рваную рану на боку парня — та выглядела словно проткнутый мешок, из которого непрерывным потоком хлестала кровь.
В этот момент он ни о чём не думал: протянув руку, он попытался зажать рану, желая остановить кровотечение.
Когда его пальцы коснулись парня, то тело не проявило ни малейшей реакции — оно было мягким и безвольным, без каких-либо болевых рефлексов от сдавливания раны.
Казалось, тот уже вовсе не способен чувствовать его движения.
Его сердце продолжало падать всё ниже и ниже, словно проваливаясь в бездонную бездну.
Один из беспроводных наушников Вэнь Лицю потерялся, пока он бежал, а во втором его агент Цзоу Чжэн, выслушивая доносящийся с этой стороны сумбурный шум, пересохшим от волнения ртом и с нарастающим гневом изливал душу, и суть этого телефонного звонка наконец выплыла наружу.
— Алло? Алло-алло? Ты служешь? Я тебе тут про работу говорю, а ты всё так же беспечен! Так тебе и надо, чтобы тот никчёмный веб-сериал забрал твою роль пятого мужского персонажа! Раз ты лишился работы, то можешь и дальше строить из себя недотрогу сколько душе угодно, и не смей приходить ко мне с просьбами, что бы у тебя ни случилось!
Злой и полный презрения голос Цзоу Чжэна прогремел в ушах, словно летняя гроза.
Однако мир Вэнь Лицю словно был отгорожен от реальности какой-то преградой, будто его накрыли колпаком.
Даже громоподобные раскаты бури казались ему отсюда далекими и глухими.
Теплая кровь, ледяная кожа... Вэнь Лицю не понимал, почему он испытывает столь противоречивые чувства.
Это ощущение тепла всё продолжало сочиться сквозь его сцепленные пальцы.
Кровь не останавливалась, и от того, что он просто прижимал рану, не было никакого толка!
Вэнь Лицю понял, что его руки дрожат, перед глазами всё расплывалось — то ли от выступившего от спешки пота, то ли от слёз.
Он был слишком напряжен, и следствием подскочившего адреналина стало то, что его сердце колотилось так бешено, будто собиралось разорвать грудную клетку.
— Ай-яй, осторожно!
— Быстрее отойдите, берегитесь ножа!
……
Со всех сторон раздался хаотичный шум голосов, Вэнь Лицю почувствовал, как кто-то врезался ему в спину, едва не сбив с ног. Ошеломленно подняв голову, он увидел лишь то, как люди, заслонявшие его собой и сцепившиеся с вооруженным ножом безумцем, были словно сметены какой-то невидимой силой.
Толпа рассеялась, и перед ним предстало свирепое, безумное лицо человека с ножом.
Этот мужчина с занесенным клинком бросился прямо на Вэнь Лицю.
У него практически не было времени на реакцию: в ушах Вэнь Лицю лишь зазвучали крики стоявших рядом людей, призывавших убираться с дороги, как нож нападавшего уже полоснул его по правому плечу.
Хлюп.
Звук рассекаемой плоти был едва слышным, но поскольку это было его собственное тело, Вэнь Лицю расслышал его отчетливо. Алая кровь хлынула мгновенно, и волна тепла растеклась по коже.
Прижимая рукой рану незнакомца на земле и не смея оторвать ладонь, Вэнь Лицю из-за ранения в руке потерял равновесие и тоже завалился назад. В тот самый миг, когда он падал, он стремительно взмахнул ногой и со всего маху врезал нападавшему точно между ног.
А-а-а!
Смертельный удар согнул мужчину пополам, нож выпал из его ослабевших рук на землю.
Он свернулся калачиком, и окружавшие его до этого люди, улучив момент, единым порывом бросились вперед.
Наконец злоумышленника скрутили, а вслед за этим на полной скорости — одна за другой — прибыли полицейская машина и скорая помощь.
Профессиональные медики бросились оказывать первую помощь и обрабатывать раны пострадавших, а Вэнь Лицю покорно отвели в сторону, где кто-то принялся накладывать ему временную повязку на рану на руке.
Ему всё равно предстояло съездить в больницу: порез оказался глубоким и требовал наложения швов.
Семья Братца Бородача тоже наконец пробилась к Вэнь Лицю.
— Цю-Цю!
Все трое смотрели на него во все глаза — испуганные и перепуганные, с абсолютно одинаковыми заплаканными лицами.
— Я в порядке, это всего лишь поверхностная царапина.
Успокаивая их на словах, Вэнь Лицю перевел взгляд в другую сторону — туда, где находилась та самая знакомая им молодая пара.
Большинство медиков суетились именно там: легкораненых, как и Вэнь Лицю, отвели в сторонку для обработки и остановки кровотечения, а тех, кто пострадал тяжелее, немедленно погрузили на носилки и начали экстренную отправку в больницу.
Обстановка была слишком хаотичной, и Вэнь Лицю мог лишь молиться, чтобы все они выжили.
В конце концов в больницу увезли и его самого.
Эта ночь казалась бесконечно длинной, и завершилась она лишь тогда, когда под утро пришло известие о смерти одного из тех молодых людей.
С ног до головы измазанный кровью, Вэнь Лицю отклонил доброе предложение Братца Бородача переждать остаток ночи у них дома и вернулся в свое временное съёмное жилище.
Приняв душ и ложась спать, стоило Вэнь Лицю закрыть глаза, как перед его взором вновь возникала картина: он, прижимающий рану окровавленными руками.
Снова и снова, снова и снова.
Это видение крутилось в его голове по кругу, от тошноты хотелось выть и кричать в голос.
Он мог лишь заставлять себя очистить мысли... не думать, не думать, ни о чём не думать!
В ту ночь Вэнь Лицю даже не понял, заснул ли вообще: хаотичные сцены, фонтаны крови, крики окружающих и этот безумный, свирепый мужчина, несущийся на него с ножом...
Всё это бесконечным циклом стояло перед его глазами.
Когда Вэнь Лицю снова открыл глаза, сквозь шторы было заметно, что на улице уже совсем рассвело.
Шаря вокруг, он нащупал телефон и взглянул на время.
Половина десятого.
Сделав это движение, он внезапно обнаружил нечто странное.
Его правое плечо было абсолютно в порядке: ни малейшей боли, полная свобода движений. Повернув голову, он вспомнил, какой длинной и глубокой была рана, которую ему зашили и поверх завязали марлевой повязкой.
Но сейчас перед его глазами предстала лишь гладкая, упругая кожа — ни бинтов, ни следов ранения.
Как такое могло быть?
Куда подевались его раны?
Колеблясь между мыслями о наваждении и сне, Вэнь Лицю, глядя на время на экране телефона, наконец с неуверенностью склонился к мысли, что ему просто приснился жуткий кошмар.
http://bllate.org/book/31410/3830855
Готово:
