Ши Мань чувствовала себя крайне неуютно: ей приходилось каждую секунду следить за манерами — за едой нельзя было издавать ни звука, суп пить предельно осторожно, и даже стул нельзя было сдвинуть с места. Стоило ей попытаться нарушить правила, как мать тут же бросала на неё свирепый взгляд, предупреждая, чтобы не позорила семью.
Взаимодействие Ши Мань и Е Линь не ускользнуло от внимания Лу Сян Цюэ, однако он не придавал этому никакого значения — всё его внимание было приковано к Ши Лосюэ.
По сравнению с известными блюдами из Хуаяя, расставленными перед Ши Мань и Е Линь, перед Ши Лосюэ стояла лишь тарелка жареных овощей с тофу. То ли слуги ошиблись по невнимательности, то ли в этом доме уже привыкли так обращаться с Ши Лосюэ.
Глядя на то, как Ши Лосюэ молча ест, Лу Сян Цюэ мысленно вздохнул: питаясь изо дня в день одной лишь этой травой, неудивительно, что он такой худой.
Лу Сян Цюэ не относился к числу людей, любящих совать нос в чужие дела, и никогда не был мягкосердечным. Но Ши Лосюэ был не чужим человеком — всего через несколько лет ему предстояло войти в Семью Лу и стать женой его племянника, так что быть таким худым никуда не годилось.
Ужин подошел к концу, и Ши Итин вместе с женой, дочерью и сыном вышел проводить Лу Сян Цюэ.
Охрана Лу Сян Цюэ ждала снаружи, с ним остался лишь один помощник.
Помощник тихо о чем-то говорил с Лу Сян Цюэ, и Ши Итин расслышал лишь обрывки фраз: «...семья Су… завтрашний самолет… ресторан…». Больше он не смел прислушиваться, опустил голову и замедлил шаг.
Зрачки Лу Сян Цюэ под хрустальной люстрой отливали глубоким зелёным оттенком — это было связано с кровью предков Семьи Лу. Когда он перевёл взгляд, его глаза, словно сделанные из какого-то механического материала, покрывало холодное серебристое сияние.
— Лосюэ, подойди сюда.
Ши Лосюэ шёл позади родителей и, внезапно услышав своё имя, замер на мгновение, после чего под поторапливающими взглядами родителей направился к Лу Сян Цюэ.
Его сердце бешено колотилось. Зачем дядя Лу позвал его? Хочет поговорить о Лу Цзине? Или его сегодняшний поход в бар расстроил дядю Лу, и теперь тот решил его проучить?
Ши Лосюэ остановился перед Лу Сян Цюэ. Его густые, длинные ресцы слегка задрожали, он поднял голову и тихо позвал:
— Дядя Лу.
Лу Сян Цюэ поднял руку, и его длинные пальцы с отчётливыми суставами легли на волосы Ши Лосюэ. Погладив его, он мягко произнёс:
— Я проведу это время в главном поместье, так что Лосюэ может в любой момент заходить ко мне поиграть.
Ши Лосюэ слегка широко раскрыл глаза, и прежде чем он успел что-то ответить, Лу Сян Цюэ тихо добавил:
— Возвращайся, не нужно провожать.
Ши Лосюэ ошеломлённо смотрел на Лу Сян Цюэ. Тот ещё раз потрепал его по волосам, с мягким выражением лица развернулся и ушёл.
Поздний вечер, половина десятого. Ночь уже вступила в свои права, и в коттеджном посёлке царила абсолютная тишина.
В машине Лу Сян Цюэ откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза, чтобы немного отдохнуть.
И Чжо сидел на переднем пассажирском сиденье и докладывал боссу обстановку:
— На этот раз от семьи Су прибыл старший сын Су Мучэня — Су Яо. В Яньчэне Су Яо держится скромно, но у него глубокий ум и он добивается своего любыми средствами. Семья Су смогла подняться на такую высоту всего за несколько лет исключительно благодаря заслугам Су Яо.
Сделав паузу, И Чжо продолжил:
— Сун Хуайань — биологический отец Су Яо, хотя мало кто об этом знает.
Лу Сян Цюэ открыл глаза и спросил:
— Су Мучэнь даже согласился растить чужого сына для Сун Хуайаня?
— Су Мучэнь с юности был влюблен в родную мать Су Яо, Хэ Ин. Позже, когда Хэ Ин оказалась брошена Сун Хуайанем, он без промедления забрал её к себе в жены. А знал ли тогда Су Мучэнь о беременности Хэ Ин — это известно только самому Су Мучэню.
— Решил отомстить за отца, бросившего жену и ребёнка? Этот Су Яо довольно занятный персонаж.
Кто бы спорил.
Хотя Клан Сун и пал, худой и тощий верблюд всё равно крупнее лошади. Появление Су Яо в этот раз вовсе не обязательно означает, что он искренне жаждет отомстить за Сун Хуайаня.
...
В доме семьи Ши, наблюдая за отношением Лу Сян Цюэ к Ши Лосюэ, Ши Итин пришёл в неописуемое волнение. Что это значит? Это значит, что Господин Лу полностью доволен Лосюэ как будущим членом семьи.
За последние годы Семья Лу постепенно отдалилась от семьи Ши: хотя по праздникам они всё ещё наносили визиты вежливости, в Семье Лу почти перестали упоминать об этой помолвке, а молодой господин Лу Цзин и вовсе перестал звонить им поинтересоваться их делами раз в месяц, как делал раньше, и совсем пропал из виду.
Ши Итин жил в постоянном страхе, опасаясь, что эта помолвка будет расторгнута. Стоило вспомнить, что нынешняя семья Ши пришла в упадок, и если бы не его отчаянные попытки удержать всё на плаву, они, пожалуй, уже съехали бы из особняка и снимали жильё где-нибудь на окраине.
Ши Итин думал об этом каждый день, но не смел торопить события — не дай бог вызвать раздражение у людей из Семьи Лу, разве не вышло бы себе дороже?
Теперь же, видя, как мягко Лу Сян Цюэ обошёлся с его сыном, Ши Итин успокоился на все сто: пока сам Господин Лу не скажет своего слова, даже молодой господин Лу Цзин не сможет расторгнуть помолвку.
Он преградил путь Ши Лосюэ, который собирался подняться наверх в свою комнату, и понизил голос:
— Сынок, Господин Лу сказал, что ты можешь в любой момент навестить его в главном поместье. Обязательно ухватись за эту возможность, возрождение былого величия семьи Ши теперь зависит только от тебя.
Ши Итин и сам не хотел говорить сыну подобные вещи, но у него не было выбора. Если уж под рукой есть столь мощная опора, кто по доброй воле станет продолжать барахтаться в нищете?
Ши Лосюэ вернулся в свою комнату, сел за письменный стол, опустил голову на руки и застыл, глядя на усыпанное искрами звёзд ночное небо за окном. Спустя долгое время он тихо обратился к стоявшему на столе плюшевому мишке:
— Микки, сегодняшний дядя Лу был таким мягким, совсем не похожим на себя дневного.
Хотя Ши Лосюэ и видел Лу Сян Цюэ днём всего несколько раз, тот случай в малой гостиной до сих пор наводил на него жуткий страх.
Воспоминания о тех смотрящих свысока, лишённых любых эмоциональных колебаний зрачках до сих пор отзывались трепетом в груди.
Ши Лосюэ боялся Лу Сян Цюэ по двум причинам. Во-первых, сказывалось влияние окружения с самого детства: знакомые дяди и старшие, приходя в гости к семье Ши, постоянно рассказывали о том, как очередной несчастный на днях вляпался в беду — кого-то довели до банкротства всей семьи и гигантских долгов, а кого-то упрятали за решетку на несколько десятков лет.
В представлении десятилетнего Ши Лосюэ имя Лу Сян Цюэ было сродни какому-то злодею из мультфильмов, который творит сплошные гадости, заставляя всех молча глотать обиду.
Долгое время Ши Лосюэ жил в ужасе, боясь, что его отец рассердит великого злодея Лу Сян Цюэ, семья утонет в колоссальных долгах, их выгонят из особняка, и им придется влачить нищенское существование.
Во-вторых, два года назад, когда он вместе с родителями поехал в Семью Лу на празднование Нового года, стоило ему узнать, что тот самый дядя Лу и есть страшный Лу Сян Цюэ, как тут же на его глазах кто-то пришёл с подарками, рухнул на колени и стал умолять Лу Сян Цюэ проявить милосердие.
http://bllate.org/book/31394/3828120
Готово:
