— Маленький младший брат, это подарок на первую встречу от Шестого шицзуня, — сказал глава секты и, достав Мешочек для хранения, сунул его ему. Кто знает, что там было внутри.
Е Хуайси инстинктивно посмотрел на старшего.
— Бери.
— Мое имя — Чу Синчжоу.
Е Хуайси молча принял мешочек.
[Кем, черт возьми, приходится этот Достопочтенный Мечник?! В сюжете романа он вообще не появлялся!! Хотя погодите, я ведь еще не дочитал последующие главы… Выходит, я тогда ошибся человеком?]
[Разве уровень этой красоты еще не считается запредельным?!]
[Стоп, разве я не собирался уходить? И вот я уже ученик? Почему у меня вдруг повысился статус поколения??]
[Тогда ради всего святого, почему место Достопочтенного Мечника оказалось с самого краю? Почему? А??]
В голове Е Хуайси роились тысячи реплик, но внешне он не забывал сохранять вежливость: — Спасибо, спасибо, спасибо, спасибо, спасибо…
Лишь сообразив с задержкой в пару ударов сердца, он подумал: [А, так старшего зовут Чу Синчжоу.]
Опомнившись, Е Хуайси обнаружил, что в его руках уже скопилось шесть-семь Мешочков для хранения.
Когда старейшины закончили вручать подарки, церемония принятия учеников продолжилась.
В этот момент Чу Синчжоу тоже протянул Е Хуайси Мешочек для хранения, и Е Хуайси машинально взял его, зажав вместе с остальными.
Заметив это, Чу Синчжоу протянул руку, забрал все мешочки из его рук и по очереди сложил их в тот, что дал сам.
Глаза Е Хуайси следовали за каждым его движением.
[Матрешка, что ли?]
[А руки у него чертовски красивые.]
Он не удержался и бросил еще пару взглядов.
Рука Чу Синчжоу, державшая горловину мешочка, слегка замерла.
Видя, что тот не двигается, Е Хуайси тяжело вздохнул: [Это что, конфискация новогодних денег?]
[Эх, сплошная круговерть человеческих отношений, я понимаю.]
Сразу после этого Е Хуайси услышал тихий смешок над ухом, отчего у него почему-то зачесались мочки ушей.
Чу Синчжоу присел на корточки и своими точеными пальцами привязал Мешочек для хранения к его поясу.
Е Хуайси инстинктивно чуть отпрянул назад, но, сообразив, позволил ему закончить.
[Меня что, за ребенка приняли?]
Он подумал с совершенно невозмутимым видом: […Да уж, позорище-то какое.]
Заметив, что Чу Синчжоу снова встал позади него, Е Хуайси с опозданием сообразил, что сидит на месте новоиспеченного наставника. Он деликатно и тихо поинтересовался: — Садиться будешь?
Однако он явно недооценивал слух… и страсть к сплетням местных культиваторов.
Не считая стоявших внизу новичков и учеников, не смевших проявлять неуважение, все эти старейшины, с виду обладавшие благородной костистой осанкой и отрешенным видом, тайком, якобы невзначай, косились в эту сторону.
— Садись ты, — Чу Синчжоу достал из пространственного кольца стул и поставил сбоку, подумав, что не стоит отнимать у ребенка место.
Старейшины: «Ого».
[Ну раз так, я не буду церемониться.]
Е Хуайси надежно водрузил свою пятую точку обратно на сиденье, от которого успел оторвать буквально самую малость.
Когда он повернулся обратно, Чу Синчжоу издал в пустоте неопределенный хмык, и в просторном главном зале раздалось несколько перекатывающихся тут и там покашливаний.
В голове Е Хуайси вновь зароились мысли: [Культиваторы тоже болеют простудой? И она еще и заразная?]
Он пододвинул свой стул ближе к Чу Синчжоу.
*
Сидя на возвышении и глядя вниз, можно было прекрасно разглядеть все мелкие движения. Е Хуайси невольно проникся мыслью: неужели это и есть та самая перспектива учителя?
Спустя какое-то время Е Хуайси, чй взгляд уже начал блуждать, внезапно встрепенулся от знакомой фразы:
— …Младший пришел сюда ради одного лишь Достопочтенного Мечника!
Е Хуайси мгновенно воспрянул духом, выпрямился и с любопытством уставился вниз.
Главный зал снова погрузился в тишину.
После этих слов все разом перевели взгляды на Е Хуайси.
Е Хуайси: [Преисполнен энтузиазма.jpg]
Глава секты бросил взгляд на Достопочтенного Мечника, но ничего не смог прочесть на его лице. Заметив, что тот молчит, глава легко кашлянул и продолжил процедуру.
— Ты желаешь в ученики только Достопочтенного Мечника и даже не рассматриваешь остальных?
Тот ответил с непоколебимой твердостью: — Да!
Глава секты произнес: — Знаешь ли ты, что Достопочтенный Мечник прославился триста лет назад, и желающих поступить к нему в ученики насчитываются десятки тысяч, но преуспел лишь один.
Взоры учеников вновь дружно скользнули в сторону Е Хуайси — тот самый единственный счастливчик сидел как раз там.
В глазах того человека мелькнул огонек, и он громко объявил: — Тогда я стану вторым учеником под началом Достопочтенного Мечника и ни за что не возьму в наставники кого-то другого!
Ого.
Все дружно уставились на Е Хуайси: ну и что ты об этом думаешь?
Е Хуайси: […]
[Брат, за такое у нас в свое время требуют плату за авторские права!]
Глава секты не был уверен, желает ли Достопочтенный Мечник снова брать ученика. К тому же этот парень обладал вполне неплохим талантом: хотя у него и был двойной духовный корень, один из них оказался исключительно мощным, а второй — очень слабым, причем сильный корень был редким громовым духовным корнем, что не так уж сильно уступает Небесному Духовному Корню.
Взгляд главы секты вопросительно обратился к спутнику, но лицо Чу Синчжоу оставалось холодным — судя по всему, он не проявлял ни малейшего интереса.
Этот человек был глубоко разочарован.
Хотя он и мечтал стать учеником Достопочтенного Мечника, в глубине души он не питало особых надежд — просто вдохновленный недавним успехом Е Хуайси, он решил повторить его путь и рискнуть головой.
Глава секты передал остальным старейшинам мысленную речь: «Кто-нибудь хочет взять его в ученики?»
Пятый старейшина уныло отозвался: «Я не буду». Духовный корень не подходит.
Остальные переглянулись и один за другим дали понять, что не имеют желания принимать ученика.
Глава секты не стал настаивать и вышел вперед, чтобы уладить неловкость: — Если ты передумаешь, то можешь остаться в Секте Циньсяо.
Это означало, что он волен уйти или остаться, но в случае решения остаться ему придется сначала побыть обычным учеником.
Парень думал, что в худшем случае кто-то из старейшин все же замолвит слово и оставит его, но в итоге оказался в столь двусмысленном положении. Сердце его оледенело до предела, и он, закрыв лицо руками, поспешно удалился.
Е Хуайси завистливо проводил его взглядом, испытывая горькое разочарование.
[Вот это и есть тот сценарий, который я написал для себя!]
Пятый старейшина, сидевший рядом с ним, ошибочно приняв это за сочувствие тому юноше, утешил его: — Младший брат, у каждого своя судьба, не всем везет так сильно, как тебе.
Вон я, например, — Пятый старейшина скорбно вздохнул, — присмотрел столько учеников, а в итоге не заполучил ни единого.
http://bllate.org/book/31380/3826520
Готово:
