Даже от одного взгляда на это становилось не по себе.
Сердце Се Сяньчжана бешено колотилось. Подняв руку, он впился пальцами в воротник одежды Чжэн Цинпина и гневно бросил:
— Ты сошёл с ума? Разве ты не знаешь, что на снежных горах бегать нельзя?
Чжэн Цинпин уже не соображал ничего: его глаза остекленели, и он был близок к тому, чтобы потерять сознание.
Гу Юйминь торопливо поддержал его, позволив прислониться к себе, а затем протянул руку и мягко перехватил запястье Се Сяньчжана:
— Сяньчжан, отпусти его. Если будешь так трясти, ему станет совсем плохо.
У Се Сяньчжана от злости даже покраснело лицо. Он отнял руку и тут же достал из рюкзака полотенце и воду.
— Подожди, — Гу Юйминь остановил его движение. — Питьевая вода на вес золота, не трать её на обтирания.
Се Сяньчжань вернул флягу на место, задрал голову и посмотрел на ледник вдалеке:
— Пойду поищу, нет ли там подтаявшего льда.
— Не ходи. Помоги мне уложить его и придерживай ему голову, а я сам схожу за водой.
Се Сяньчжань подхватил Чжэн Цинпина:
— Я знаю, как добыть воду.
Гу Юйминь издал неопределённое «угу»:
— Знаю, но твоя нога...
Се Сяньчжань опустил взгляд: его носок порвался, и сквозь проречь проступила капелька крови.
— Когда гнался за Цинпином, оступился... и упал, — пробормотал он.
— Лучше я пойду.
Пока Гу Юйминь ходил за водой, Се Сяньчжань сперва занялся кровоточащим носом Чжэн Цинпина, заткнув ноздри двумя бумажными шариками, и тяжело вздохнул:
— К счастью, кровь шла не из всех семи отверстий головы. Шесть отверстий всё же лучше, чем семь.
Постепенно Чжэн Цинпин, казалось, услышал голос Се Сяньчжана. Он приоткрыл глаза и совсем слабым голосом произнёс:
— ...Руководитель?
— Мм.
Се Сяньчжань опустил взгляд и прикрыл его голову собственной кепи.
Ослепительный свет вмиг поблёк, и Чжэн Цинпин неуверенно переспросил:
— Руководитель Се?
Се Сяньчжань помрачнел, подумав про себя, уж не рехнулся ли этот парень окончательно — всё бубнит и бубнит без остановки, но всё же ответил:
— Это я, Се Сяньчжань.
Услышав имя Се Сяньчжана, Чжэн Цинпин очнулся словно от дурного сна и так испуганно подскочил:
— Ой мамочки!
Се Сяньчжань поспешно прижал его к земле со словами:
— Судя по тому, с какой силой ты подпрыгнул, с тобой всё в порядке.
Чжэн Цинпин не уловил смысла этих слов. К тому же он всё ещё неловко лежал в объятиях этого грозного начальника, перед которым одновременно трепетал и не смел провиниться, из-за чего по его спинам пробежали мурашки, а тело забило крупной дрожью.
— Чжэн Цинпин, какого чёрта ты понёсся сломя голову? Это тебе не Саньцзянская равнина, здесь снежные горы!
И надо же было такому случиться: Чжэн Цинпин, уроженец равнинных мест, впервые оказавшись в Тибете, не испытал никаких явных признаков горной болезни. Се Сяньчжань молча поглядел на него сверху вниз пару минут, так и не сумев этого понять.
Спустя минуту он пришёл к окончательному выводу.
Этот Чжэн Цинпин, мать его, обладает лужёными лёгкими.
Чжэн Цинпину стало не по себе от такого взгляда. Он не смел поднять голову и резко отвёл глаза, испуганно оглядев самого себя.
Стоило ему всмотреться, как он едва не прикусил язык и заорал:
— Кровь! Кровь!
Се Сяньчжань даже среагировать не успел, как сидевший у него на руках парень снова брякнулся в обморок.
Когда Чжэн Цинпин открыл глаза во второй раз, он уже лежал на руках у Гу Юйминя.
— Экс... Эксперт Гу.
Просто чудесно. Уж лучше бы не приходил в себя.
Гу Юйминь протянул руку, приложил ладонь ко лбу Чжэн Цинпина и с облегчением выдохнул:
— Слава богу, всё обошлось. Главное, что ты в порядке.
Чжэн Цинпин с трудом приподнялся и спросил:
— Что со мной?
Се Сяньчжань с суровым видом осведомился:
— Ты боишься вида крови?
Чжэн Цинпин кивнул:
— В голове шумит, ужасное головокружение.
Гу Юйминь спросил:
— Почему ты вдруг сорвался с места и побежал?
Чжэн Цинпин перевёл взгляд, потирая затылок, и ответил:
— Сам не знаю, что на меня нашло. Увидел этот Ледяной лес — и накатила такая дикая эйфория. Чем сильнее радость, тем сильнее тянуло туда подойти. Казалось, будто кто-то меня там ждёт, а потом послышался какой-то глухой гул в ветре.
Он нахмурился и посмотрел на далёкий Ледяной лес.
К этому моменту тучи опустились совсем низко, и теперь Ледяной лес казался смазанным и едва различимым.
Горные хребты утопали в снегах, а Ледяной лес отливал зловещим синеватым светом. Но стоило вглядеться пристальнее, как это сияние тускнело, а глаза начинало нестерпимо жечь от сухости.
Он сглотнул слюну, и его спокойное выражение лица постепенно исказилось:
— Руководитель, мне... кажется, кто-то зовёт.
Се Сяньчжань широко раскрыл глаза, его некогда привлекательное лицо слегка перекосило, и он прикрикнул:
— Что это значит? Кто зовёт?
Чжэн Цинпин обхватил голову руками, его лицо выражало крайнее мучение:
— Я не знаю, правда не знаю, не могу объяснить, но кто-то определённо звал меня! Я отчетливо это слышал!
Гу Юйминь бросил на него взгляд и успокаивающе произнёс:
— Долгие переходы в сочетании с высокогорьем — вполне естественно, что могут возникнуть слуховые галлюцинации.
Се Сяньчжань помолчал пару секунд, а затем сказал:
— Цинпин, успокойся. Если твой организм не готов продолжать восхождение, я попрошу Шуяня проводить тебя обратно. Подождёте нас в базовом лагере.
Чжэн Цинпин тут же замотал головой:
— Нет, я в порядке, я могу идти дальше.
— Безопасность жизни — не шутки. До сих пор ещё никому не удавалось покорить высоту в шесть тысяч метров. Если изначальный план провалится, мы просто повернём назад.
И в этих словах был резон: если они спустятся в базовый лагерь прямо сейчас, пока ещё светло, как раз успеют к ночи. Однако Чжэн Цинпин думал иначе. Поразмыслив, он всё же произнёс:
— Руководитель, вы мне верите?
Се Сяньчжань приподнял бровь и уставился на него.
— Я не сочиняю небылицы, чтобы обмануть вас или эксперта Гу. Пусть это и слуховые галлюцинации, но у меня упорное чувство, будто в Ледяном лесу что-то прячется. Словно кто-то нашёптывает тебе прямо на ухо — слов не разобрать, но это происходит наяву. Меня понесло туда помимо воли, пока ваш голос не прервал этот шёпот. Я услышал собственное имя, и ноги разом стали ватными. Я человек суеверный, но в слепую веру не ударяюсь — просто я сам всё это пережил, а потому и смею говорить об этом.
Се Сяньчжань глухим голосом потребовал:
— О чём говорить?
Чжэн Цинпин нахмурился, вскинул голову на Се Сяньчжана и выпалил с полной серьёзностью:
— Мне кажется, здесь водятся призраки.
— ...
Призраки. Из уст Чжэн Цинпина слетела куда более нелепая чушь, чем Се Сяньчжань мог себе представить. Он цыкнул языком:
— Отдыхаем на месте полчаса. Придёшь в себя — продолжим восхождение.
С этими словами он поднялся на ноги и зашагал назад, в сторону У Шуяня.
http://bllate.org/book/31339/3821386
Готово:
