Отделение полиции в поселке находилось всего в четырех-пятистах метрах отсюда. Школьный охранник крепко держал полуголого мужчину, не позволяя тому вырваться, а тот продолжал осыпать всех ругательствами.
Не прошло и минуты, как машина с мигалками остановилась рядом с толпой. Из нее вышли двое полицейских. Полицейский средних лет громко спросил:
— Что тут происходит? Чего вы все столпились на дороге? Отойдите к обочине, не боитесь, что какая-нибудь слепая машина собьет? Какой еще хулиган распускает руки да еще и бьет учителей?
Полицейские велели людям отойти к тротуару. Шэнь Цяньяо, передвигаясь, слегка потянула за руку Су Юэцинь. Та шевельнула плечом и, ведя за собой Синьсинь, послушно сдвинулась в сторону.
Приезд участковых заставил полуголого мужчину утихнуть. Двое пожилых людей, все это время стоявших за его спиной, продолжали что-то твердить о семейных делах. Полицейские велели зевакам разойтись, но никто из толпы даже не шелохнулся.
Су Юэцинь хотела увести Синьсинь, но девочка тихонько уперлась, легонько подергал ее за руку и негромко позвала:
— Тетя.
Шэнь Цяньяо обернулась на девочку, улыбнулась Су Юэцинь и встала рядом с учительницей Ван.
— В чем дело, рассказывайте? — полицейский средних лет кивнул молодому сотруднику с блокнотом в руках, и тот утвердительно кивнул.
— Да мы... — мужчина попытался что-то сказать, но учительница Ван перебила его:
— Товарищ полицейский, это муж нашей школьной учительницы У. Мы сопровождали учительницу У посмотреть положенное ей служебное жилье. Мы понятия не имеем, как этот товарищ вместе со своими родителями увязался за нами. Ему показалось, что квартира тесная, и он внезапно набросился на учительницу У с кулаками. Учительница Шэнь попыталась его оттащить, так он схватил ее за волосы и попытался ударить нас! Это просто возмутительно и бессовестно!
Учительница Ван проработала в хозяйственной части школы несколько десятилетий, голос у нее был спокойным, каждое слово — четким и размеренным, так что окружающие расслышали все до единого слова.
Учительница У, стоявшая за спиной Ши Ми, слегка опустила голову, храня молчание и неподвижность. Полицейский средних лет уставился на полуголого мужчину:
— Всё так и было?
Мужчина выглядел недовольным:
— Нас пять человек в семье, разве двухкомнатного общежития на всех хватит?!
— Это не повод распускать руки, — подала голос Шэнь Цяньяо. — Если места не хватает, учительница У могла обратиться с заявлением в школу. На каком основании вы лезете в драку? Псих, что ли? Набросился на человека среди бела дня.
— Ха, заявление! Разве от заявлений У Ханя будет толк? От этой бабы никакого проку. Вот уже два года как преподает в поселке, а я что-то не видел, чтобы она притащила в дом хоть какую-нибудь вещь... — не успел мужчина договорить, как в толпе зеваков поднялся громкий ропот.
— Ишь ты, какой наглец.
— Совсем совести нет.
— Что за человек? Как угораздило учительницу связаться с таким мужиком? Глаза точно слепые были.
— Так бы и врезал этому гаду.
…
Мужчина потонул в волне возмущенных голосов и взревел:
— Какое ваше собачье дело?!
— Отставить, чего раскричались! — оборвал его полицейский средних лет и, повернувшись к молодому напарнику, приказал: — Сначала уведите его в отделение.
Затем он снова обратился к учительнице Ван, сбавив тон:
— Учительница Ван, вам и остальным тоже придется проехать в участок.
Двое пожилых людей, стоявших за спиной дебошира, испуганно засуетились:
— Полиция...
Полицейский средних лет бросил на них косой взгляд и оборвал:
— Хватит. Вы его родители, верно? Раз ваша невестка — учитель, вы в старости тоже должны хоть немного соображать. Есть что сказать — поезжайте в отделение и там рассказывайте.
Не дожидаясь ответа стариков, полицейский кивнул учительнице Ван и вместе с напарником затолкал полуголого мужчину в машину. Учителя направились вслед за ними в участок. Старики сначала застыли на месте, но, заметив, что окружающие продолжают глазеть на них и перешептываться, поспешно сел на хвост учителям.
Шэнь Цяньяо обернулась, улыбнулась Су Юэцинь, присела на корточки, чтобы ласково потрепать Синьсинь по волосам, и только потом ушла вместе с остальными педагогами.
Су Юэцинь взяла Синьсинь за руку и вернулась в лавку Хуа-цзы.
Хуа-цзы как раз играл в маджонг, за одним из столов не хватало игрока, и он сам сел доигрывать. Его жена Да Лин стояла у входа и, глядя на Су Юэцинь, с улыбкой произнесла:
— Я уж думала идти вылавливать Синьсинь, да как раз покупатели заглянули, а потом смотрю — ты ее поймала, так что я в магазине осталась. Спасибо тебе.
Су Юэцинь с улыбкой покачала головой.
Да Лин была второй женой Хуа-цзы. Когда она вышла за него замуж, Су Юэцинь уже уехала из дома учиться в другой город, поэтому близко они не общались — так, шапочные знакомые. За все время нынешнего приезда Су Юэцинь они еще даже не разговаривали толком.
Да Лин притянула Синьсинь к себе и продолжила расспросы:
— Что там случилось? Все в порядке?
Су Юэцинь покачала головой. Она не могла пересказывать Да Лин все подробности и лишь кивнула в сторону Улицы Гуолиньлу. Да Лин улыбнулась:
— Идешь прогуляться? Ступай, сейчас как раз прохладно стало.
Су Юэцинь помахала Синьсинь рукой и в одиночку направилась к Улицы Гуолиньлу.
Многие из тех, кто только что глазел на представление, тоже вышли просто прогуляться и теперь направлялись туда же. По дороге люди оживленно спорили, причем почти все осуждали родственников той самой учительницы У.
Интересно, чем в итоге закончится это дело?
Всем людям свойственно любопытство, и Су Юэцинь тоже хотелось узнать, какому внушению подвергнется в участке столь невменяемый мужчина, не посадят ли его на пару суток. Было бы неплохо, если бы закрыли на несколько дней: такие тираны, способные только бить жену, при реальном столкновении с законом наверняка до смерти пугаются — только полиция и способна унять их спесь.
Информация в маленьком городке распространялась не медленнее, чем в интернете, но задерживалась в умах гораздо дольше. Еще несколько дней подряд посетители утреннего кафе только и обсуждали, что учительницу младших классов У и ее мужа.
Некоторые из клиентов приходили из тех же мест, что и учительница У, и Су Юэцинь, постоянно прислушиваясь к разговорам за соседними столиками, постепенно по крупицам собирала правдивую и вымышленную информацию в единую картину трагической судьбы сельской учительницы.
В свое время учительница У окончила педагогическое училище и по распределению должна была отправиться полноценным преподавателем в деревенскую школу. Однако заведующий той школой в те годы находился в натянутых отношениях с ее семьей, поэтому девушке выдали лишь статус временного учителя. Спустя два-три года заведующий скончался от болезни, и только с приходом нового руководителя учительницу У перевели на постоянную ставку.
Получив официальное место, она отправилась на районный конкурс, где ее заметили педагоги из волостной школы, и через несколько лет перевели туда.
Именно в тот период, с подачи родственников, учительница У вышла замуж. Ее супруг занимался сбытом на государственном угольном заводе и зарабатывал по тем временам весьма неплохо. По меркам местных жителей, партия казалась завидной, и они считались вполне подходящей друг другу парой.
http://bllate.org/book/31300/3816074
Готово:
