Услышав это, Сун Линь лишь ещё сильнее нахмурился, ничего не ответив.
Затем он перевёл взгляд с запястья Фань Юя на его фигуру, окинув мальчика оценщикам взглядом с ног до головы.
Одежда, в которую сегодня был одет Фань Юй, была сшита ещё в начале прошлого года. Как бы бережно он ни относился к своим нехитрым нарядам, ткань уже выцвела до белёсости и покрылась катышками, не говоря уже о том, что на ней красовалось несколько аккуратных заплат.
Окружающим было достаточно одного взгляда, чтобы понять, в каком бедственном положении он находится.
Сун Линь думал точно так же: поношенная одежда ребёнка и результаты пульсовой диагностики идеально дополняли друг друга, так что расспросы для подтверждения его догадок были излишни.
Тогда он заговорил:
— Лекарственные травы, необходимые для укрепляющих и восстанавливающих отваров, стоят очень дорого. Вместо того чтобы тратить деньги на рецепты и пытаться поддержать здоровье лекарствами, маленькому господину лучше сначала придумать, как досыта наесться, и не морить себя полуголодным существованием, только портя тело. А что до лечения — когда подрастёшь и появятся свободные деньги, будет ещё не поздно заняться здоровьем.
Сказав это, Сун Линь понимал, что произносит пустые слова.
Если бы этот ребёнок перед ним мог хоть как-то добыть еду, стал ли он терпеть голод? Разве не понимал он, что полуголодная жизнь разрушает его организм?
Но он был всего лишь лекарем. Выйдя на бесплатный приём, он сделал всё, что было в его силах, и уж точно не мог взять на себя заботу о благополучии всех детей Поднебесной.
Желание помочь велико, да сил не хватает — оставалось только тяжело вздохнуть.
К счастью, Фань Юй годом ранее поступил в семейную школу, где было обеспечено тёплое место и питание, так что голодать ему больше не грозилось. Услышав это, он послушно кивнул в знак согласия.
Раз чудесный врач не стал выписывать ему рецепт, можно было не бояться, что Фань Юучэн станет торопить его в аптеку за покупкой лекарств.
Фань Юй даже почувствовал некоторое облегчение.
Стоявший рядом с опущенной головой Е Чжиань, который как раз собирался записывать рецепт, заметил, что учитель так ничего и не назначил, и поднял голову. Только тогда Фань Юй смог разглядеть его лицо.
У юноши были выразительные брови и ясные глаза, а прямая осанка выдавала в нём породу — стоило ему просто замереть на месте, как он становился похож на ожившую картину кисти великого мастера.
Из-за того что Е Чжиань всё это время склонялся над бумагой, толпившиеся вокруг и наблюдавшие за происходящим соплеменники почти не имели возможности хорошенько разглядеть его лицо.
Теперь же, когда они внезапно увидели юношу, тихий говор в толпе мгновенно стал громче, кое-где послышались даже резкие вдохи.
— Матушка, Сяньэр так нравится этот братец, он такой красивый! Когда Сяньэр вырастет, выйду замуж за такого господина.
Какая-то женщина прижимала к груди свою дочку, тоже стоя в толпе. Малышке было всего три года, и, увидав лицо Е Чжиань, она детским, звонким голоском расхваливала внешность юноши перед матерью, заодно выражая самые нежные чаяния насчёт своего будущего мужа.
Женщина не знала, плакать ей или смеяться, а окружающие соплеменники, услышав детскую наивность, невольно улыбнулись. Сун Линь и Е Чжиань, разумеется, тоже всё слышали.
Юноша с детства привык к похвалам и давно свыклся с тем, что люди восхищаются его внешностью, поэтому никак не отреагировал на эти слова. Однако под лукавым взглядом учителя он всё же отвёл глаза в сторону.
Фань Юй разделял мнение девочки всей душой.
Он и сам не был обделён внешностью — черты лица у него от природы правильные, но из-за многолетнего недоедания и общего истощения цвет лица оставлял желать лучшего, к тому же он был слишком худощав и сильно уступал Е Чжианю.
Что же касается Чжу Хэ, то, хотя тот тоже обладал весьма примечательной внешностью, он был немного младше Е Чжианя, и на его щеках ещё сохранялась детская пухлость, придававшая ему некоторую ребячливость.
Если судить исключительно по лицу или манерам, Е Чжиань в глазах Фань Юя был бесспорно на первом месте среди всех людей, встреченных им за жизнь.
Получив результаты бесплатного осмотра, Фань Юй не стал, подобно остальным сородичам, толкаться в толпе зевак. Поблагодарив Фань Юучэня, который привёл его на приём, он прямиком направился домой.
Его не было дома уже полмесяца, и наверняка на кровати успел осесть толстый слой пыли, так что на уборку уйдёт немало времени.
Он также хотел порыться в двух ящиках с книгами, оставшихся от отца, чтобы поискать что-нибудь подходящее по возрасту.
К счастью, покойный отец Фань Юя был всего лишь сюцаем. По сравнению с самим Фань Юем, который только-только приступил к изучению рифм и звуков, отец опережал его лишь на три ступени экзаменов: уездный экзамен, префектурный экзамен и провинциальный экзамен. В итоге хранившиеся дома книги подходили как раз под те нужды, с которыми Фань Юю ещё только предстояло столкнуться.
Фань Юй к своей радости отыскал в книжном сундуке Гуанъюнь и Четверокнижие.
Благодаря этому на следующий же день по возвращении в семейную школу он сможет вернуть Гуанъюнь Чжу Хэ, а о покупке новых книг можно будет не беспокоиться вплоть до окончания изучения Четверокнижия.
Фань Юй вызвал световой экран и, обнаружив, что книги пока покупать не нужно, решил потратить накопившиеся за это время золотые монеты на попытку разблокировать семейную школу 3-го уровня.
Семейная школа 1-го уровня досталась Фань Юю в подарок привязки Системы, а за 2-й уровень пришлось отдать пятьдесят золотых монет.
Что же касается 3-го уровня, то по какой-то причине Система не указывала точную стоимость разблокировки в монетах.
Тогда Фань Юй мысленно обратился к Системе:
— Система, как разблокировать семейную школу 3-го уровня?
Бесстрастный металлический голос ответил:
— Согласно проверке Системы, хост ещё не выполнил условия для разблокировки семейной школы 3-го уровня. Как только хост выполнит требования, Система сообщит количество золотых монет, необходимых для разблокировки семейной школы 3-го уровня. Пожалуйста, усердно учитесь, хост.
Фань Юй не ожидал, что для разблокировки 3-го уровня существует скрытое условие.
Усевшись на кровати, скрестив ноги, он задумался о том, чего именно ему не хватает для снятия блокировки.
Вспоминая момент открытия 2-го уровня семейной школы, Фань Юй понял, что тогда он как раз завершил начальное обучение чистописанию, наизусть заучил Троесловие, Тысячесловие и Фамилии ста семей, а также начал практиковаться в написании крупных иероглифов — лишь после этого появилась подсказка о возможности апгрейда.
Если рассуждать в таком ключе, возможно, условием для открытия 3-го уровня станет наизусть выученные Рифмы Ли Вэна и полностью пройденный Гуанъюнь?
Пока что Фань Юй не мог знать наверняка.
Но, подумав немного, он утешил себя: такие ограничения со стороны Системы были даже неплохи — они мешали бросаться из стороны в крайность и браться за всё подряд, в итоге не усвоив ничего.
Даже в семейной школе ежемесячно устраивались проверки знаний, согласно результатам которых учеников награждали или наказывали.
Поскольку Система являлась чудом, суть которого Фань Юю пока не удавалось постичь до конца, установление рамок для учебного процесса было вполне естественным. Это можно рассматривать как скрытое испытание, после прохождения которого хост получает доступ к новой помощи.
Раз уж разблокировать новый уровень семейной школы пока не получалось, Фань Юй решил успокоить разум, продолжить изучение Гуанъюнь и запустить очередной сеанс управления.
Жаль только, дома не нашлось ни бумаги, ни кисти для практики в каллиграфии, так что он не мог заниматься этим так же, как в школе — одновременно постигая звуки и выводя кистью новые знаки.
Поразмыслив немного, Фань Юй решил сначала сходить к колодцу и принести ведро воды.
Оказалось, что полмесяца утренних пробежек всё же принесли немалую пользу его телу.
Фань Юй с удивлением обнаружил, что его выносливость значительно возросла. Таскать полное ведро воды стало гораздо легче, чем до поступления в школу: если раньше по дороге ему приходилось останавливаться для отдыха по четыре-пять раз, то теперь он дошёл до дома, сделав всего две паузы.
Впрочем, дело могло быть и в том, что он целых полмесяца не голодал.
За пятнадцать дней жизни в семейной школе Фань Юй действительно немного поправился и больше не выглядел измождённым хрупким тростником, который валится с ног от каждого порыва ветра.
Фань Юй выбрал из сложенных у очага ещё не расколотых на дрова ветвей одну палочку, обмакнул её конец в воду из ведра, после чего на световом экране выбрал пункт: начать получасовой сеанс упражнений в каллиграфии с помощью функции управления.
Содействуя Системе в изучении Гуанъюнь, он одновременно чертил прутиком по земле незнакомые иероглифы.
Такие занятия письмом не требовали чернил и бумаги, а запоминался материал при этом гораздо прочнее, чем при простом чтении.
Единственным неудобством было то, что от прутика в воздух поднималась вся пыль с земли.
Не прошло и получаса, как Фань Юй с головы до ног покрылся пылью, а от поднявшейся взвеси у него запершило в горле, и он зашёлся кашлем.
Он вернулся из школы рано утром, а перед родовым храмом пришлось провести немало времени на бесплатном осмотре. Когда Фань Юй завершил первый цикл занятий, солнце уже поднялось прямо в зенит.
Фань Юй потёр заурчавший желудок и невольно улыбнулся.
Только почувствовав голод, он вспомнил, что сегодня, хотя он и дома, ему вовсе не обязательно варить жидкую кашицу. Поскольку теперь Фань Юй оставался дома всего на один день в месяц, рис, получаемый в начале месяца из Благотворительного фонда клана, больше не нужно было выдавать по крупицам и экономить каждый день — его вполне хватило бы, чтобы сварить ароматный белый рис и наесться досыта.
Хотя из-за маленького роста ему по-прежнему приходилось вставать на деревянную скамеечку и тянуться на цыпочках, чтобы управиться с готовкой, в этот раз, взгромоздившись на стульчик у печи, Фань Юй улыбался.
Больше не нужно было давиться пустой похлёбкой. Насытившись миской белого риса, Фань Юй потратил немало времени на то, чтобы прибраться в доме.
В прошлый раз он уходил в семейную школу в большой спешке, успев прихватить лишь смену одежды, а всё остальное время уходило на зубрежку.
Спустя полмесяца постельное бельё покрылось слоем пыли, да и во время готовки выяснилось, что несколько поленьев отсырели и стали почти непригодны для топки.
Фань Юй аккуратно убрал постель в единственный шкаф и избавился от сырых дров, так что добрая половина второй половины дня ушла на наведение порядка.
Убираясь, он вполголоса повторял Рифмы Ли Вэна.
Эта книга была уже пройдена, но материал ещё не засел в памяти намертво. Фань Юй открыл режим управления 2-го уровня, чтобы попутно заработать ещё восемь золотых монет.
Он планировал до начала зимних каникул в школе полностью завершить начальный этап изучения рифм и попытаться открыть 3-й уровень.
А в следующем году, глядишь, удастся приступить к изучению Четверокнижия.
Строя планы на будущую учёбу, Фань Юй заснул сладким сном, исполненный самых прекрасных надежд.
Глава 8
По мере того как погода становилась всё холоднее, место Фань Юя в учебном классе перенесли от окна в самый угол, прямо рядом с печкой, на которой учитель кипятил воду.
Двери и окна класса теперь плотно затворяли, чтобы внутрь не проникал ледяной ветер.
Учитель больше не ходил пить чай к себе в комнату во время перерывов, перенеся всю чайную утварь прямо в учебную комнату. Фань Юй же пользовался возможностью погреться у печки, где грелась вода для учителя.
Однако в районе Цзяннаня сырость и холод издревле ощущались особенно остро, и сколько ни старайся, холод всё равно поднимался от пола, леденя ноги до самого оцепенения.
В прошлые годы в это время у Фань Юя уже наверняка начали бы опухать и трескаться от холода руки и ноги.
К счастью, он проучился в школе уже довольно долго и успел пройти две проверки знаний, устроенные учителем. Благодаря отличным результатам и молниеносному прогрессу в учебе, Фань Юй оба раза получал денежные награды.
В роду было заведено выдавать ученикам бесплатной школы награды исключительно медными монетами.
Однако Фань Юй не стал тратить призовые деньги на покупку книг.
http://bllate.org/book/31280/3813500
Готово:
