Не успел он договорить, как Гу Сяонин прервала его:
— Не зови меня Гу Сяонин. — Гу Сяонин скрестила руки на груди с видом полнейшего высокомерия. — Зови меня Анджелина Сакура Сюэ Юй Хань Линь Дье Мэн Чжи Шан Мо Ли Юй Мин Чжи Юэ Сяонин.
Юй Шицин: «……»
От столь длинного переплетения имен он не запомнил ни единого слова.
Юй Шицин легко кашлянул:
— Хорошо, одноклассница Сяонин.
Прежде чем Гу Сяонин успела снова представиться, он перехватил инициативу:
— Не могла бы ты скинуть мне список романов, которые ты обычно читаешь?
Эта инструкция была ему действительно жизненно необходима.
Вообще-то Юй Шицин не надеялся, что Гу Сяонин согласится, и даже приготовился к тому, что она станет чинить препятствия. Кто же знал, что лицо Гу Сяонин несколько раз переменится, а напоследок она схватит его за руки и на глаза ее навернутся слезы:
— Ты серьезно? Ты ведь тоже любишь литературу о властных генеральных директорах, да?
Юй Шицин не слишком любил тактильный контакт, особенно когда собеседником была несовершеннолетняя девочка. Он как раз попытался высвободить руку, как вдруг услышал, что Гу Сяонин произнесла подчеркнуто манерным тоном:
— Мужчина, вы успешно привлекли мое внимание!
Глава третья
Тишина, мертвая тишина.
Воздух в этот момент заполнился нечто таким, что именовалось неловкостью. Юй Шицин посмотрел на собственную руку, которую все еще держали, затем перевел взгляд на ожидавшую чего-то Гу Сяонин и дернул уголком рта.
Если он станет слишком много читать романов о генеральных директорах, неужели он тоже превратится в такую же, как Гу Сяонин?
Нет, определенно дело было в том, что Гу Сяонин слишком молода и ее сила воли недостаточно тверда.
Завершив внутреннюю психологическую подготовку, Юй Шицин снова посмотрел на Гу Сяонин:
— Мне кажется, те романы, что ты читаешь, обладают изысканным вкусом. Как раз недавно я захотел облагородить свои чувства и развить вкус, не поможешь ли ты мне?
— Вообще-то можно. — Гу Сяонин отпустила его руку и вновь приняла прежний надменно-приспущенный вид. — Но в наш Комитет литературы о генеральных директорах принимают далеко не каждого.
Юй Шицин моргнул, призывая Гу Сяонин продолжать.
— Чтобы вступить в наш Комитет литературы о генеральных директорах, необходимо пройти через множество испытаний. — Гу Сяонин легко кашлянула. — Спрашиваю тебя: что скажет дворецкий, когда властный генеральный директор впервые приводит домой человека?
Юй Шицин припомнил сцену из того момента, когда его самого только-только привел домой Лу Яньчуань, и неуверенно произнес:
— Это первый раз, когда молодой господин приводит кого-то домой?
— Ты что, угадал? — Гу Сяонин не могла в это поверить. — Что скажет властный генеральный директор после того, как его возлюбленного обидит некий директор Ван?
Эту задачку Юй Шицин как раз знал — в конце концов, та фраза гремела отовсюду:
— Похоже, настало время сделать так, чтобы компания семьи Ван обанкротилась.
Гу Сяонин продолжила наступать:
— Какими хворями обычно страдают властные генеральные директора?
Юй Шицин немного подумал, припомнил недуги Лу Яньчуаня и осторожно предположил:
— У него… больной желудок?
Об этом он случайно узнал во время непринужденной беседы с матерью Лу Яньчуаня. Говорили, что прежде Лу Яньчуань не любил завтракать, а после того, как начал работать, его режим питания часто нарушался, и со временем у него развилась болезнь желудка.
— Неужели ты и правда любитель литературы о генеральных директорах? — Выражение лица Гу Сяонин было странным, напоминающим то ли восторг, то ли подозрение. — Последний вопрос: каким взглядом смотрит властный генеральный директор?
Юй Шицин: «……»
Юй Шицин осторожно открыл рот:
— С налётом насмешки, налётом холодной отстраненности и четырьмя долями безразличия?
— Да ты, ты, ты! — Гу Сяонин снова схватила Юй Шицина за руку, и ее глаза наполнились слезами. — Родная душа! Я наконец-то нашла соратника по Комитету литературы о генеральных директорах!
Какого черта? Юй Шицин совершенно растерялся: неужели до этого в Комитете литературы о генеральных директорах вообще не было людей?
Подавив внутреннее желание отпустить едкий комментарий, Юй Шицин неловко улыбнулся:
— Ха… ха-ха…
— Давай добавим друг друга в друзья, я скину тебе эти романы. — Вся прежняя враждебность Гу Сяонин испарилась, и теперь от нее исходило сияние радости от обретения родственной души. — Когда дочитаешь, обменяемся опытом.
Юй Шицин продолжал сохранять вежливую и ничуть не натянутую улыбку. Достав мобильный телефон, он только тогда обнаружил, что вызов с Лу Яньчуанем всё еще не был завершен.
Иными словами, всё, о чем они только что болтали с Гу Сяонин, Лу Яньчуань слышал от начала и до конца!
— Эм-м… — Юй Шицин почувствовал неловкость, так что даже пальцы на ногах у него невольно подожались. — То, что было только что, я могу объ… яснить.
Не успел он договорить, как снова встретился взглядом с Гу Сяонин: прелестная девочка сидела с мрачным лицом, и выражение ее глаз словно говорило: «Тебе лучше хорошенько подумать, прежде чем что-то говорить».
Юй Шицин и впрямь почувствовал угрозу; сглотнув пересохшую слюну, он заставил свою еще нывшую голову работать на предельной скорости, судорожно пытаясь состряпать разумное оправдание.
Впрочем, Лу Яньчуань опередил его.
— Гу Сяонин, — голос Лу Яньчуаня отзывался холодом, а прошедший через фильтры динамика звук казался и вовсе бездушным. — Забирай свои слабоумные романы и катись из моего дома.
Это был первый раз, когда Лу Яньчуань разговаривал с Гу Сяонин настолько сурово.
Раньше, как бы она ни буянила, в худшем случае он хмуро наблюдал за ее выходками, а когда терпение окончательно лопалось, звонил родителям Гу Сяонин, чтобы те приехали и забрали ее за шкирку.
В конце концов, она была младшей сестрой, на глазах которой он рос, так что определенное попустительство считалось естественным.
Юй Шицин никак не ожидал от Лу Яньчуаня подобных слов. Простояв в оцепенении несколько секунд и собираясь уже сказать что-нибудь, чтобы сгладить неловкость, он вновь услышал, как Гу Сяонин опередила его.
— Что ты такое говоришь?! — взревела Гу Сяонин. — Литература о генеральных директорах — это вовсе не слабоумные романы! Это искусство! Ты вообще понимаешь что-нибудь?!
Выкрикнув это, она добавила уже с гневом:
— Объявляю! Ты исключен из списка генеральных директоров! Я собираюсь дать... дать...
Похоже, она не могла припомнить имя Юй Шицина. Пока Юй Шицин колебался, стоит ли подсказать ей его имя, Гу Сяонин снова выдала потрясшую всех фразу:
— Я собираюсь подыскать твоей жене другого генерального директора!
Юй Шицин: «?!?!»
Юй Шицин торопливо зажал Гу Сяонин рот ладонью:
— Что у ребенка на уме, то и на языке, я ее сейчас же отправлю обратно.
Гу Сяонин явно была не согласна, из-под его ладони доносились невнятные звуки, в которых Юй Шицин по мере сил распознал сплошные ругательства в адрес Лу Яньчуаня.
Опасаясь, что эта девчонка сболтнет еще какую-нибудь глупость, он поспешно сбросил вызов.
— Ты тоже так думаешь? — Гу Сяонин рассердилась так, что у нее покраснели глаза. — Ты тоже считаешь литературу о генеральных директорах слабоумными романами?
http://bllate.org/book/31250/3810150
Готово:
