Даже дорогу запоминать не пришлось.
В своё время, когда родители Линь Яна начали зарабатывать деньги в другом городе, они хотели забрать стариков и внука, оставшихся в деревне, к себе. Однако пожилые люди наотрез отказались переезжать. А если бы они забрали только Линь Яна, у супругов всё равно не нашлось бы времени присматривать за ним. В итоге они решили сделать всё возможное, чтобы обустроить родительский дом по вкусу стариков, превратив его в самое уютное и совершенное жилище.
Чтобы построить этот большой дом, им даже пришлось за высокую цену выкупить несколько участков земли у соседей.
Се Цинвэнь вместе с Мо Ху направились к дому Линь Яна, и чем дальше они шли, тем больше их охватывало странное чувство.
Было слишком тихо.
Сейчас уже подходило время обеда, но ни из одного дома не тянулся дымок. Собаки, обычно привязанные у въезда в деревню, исчезли, а на деревенских дорожках не было слышно ни весёлого смеха, ни детских голосов.
На дороге начали попадаться редкие пятна крови, и чем дальше, тем их становилось больше. Разбитые окна в домах по обе стороны улицы и сорванные с петель двери — всё это красноречиво свидетельствовало о том, что здесь произошла жестокая схватка.
К этому моменту даже Се Цинвэнь, не говоря уже о Мо Ху, почувствовал тошнотворный запах крови.
Когда на глаза попалась первая группа трупов, Се Цинвэнь остановился и набрал 110.
Звонок быстро приняли:
— Здравствуйте, служба 110.
Се Цинвэнь ответил:
— Здравствуйте, я хочу сообщить о преступлении: в деревне Цинхай произошло убийство...
В этот самый момент из тени на Се Цинвэня стремительно бросилась тёмная фигура, но Мо Ху, всё это время бдительно следивший за окружением, одним ударом ноги отшвырнул нападавшего далеко в сторону.
Покушение на Цинцин непростительно.
Раздался истошный вопль: взлохмаченная женщина, совершенно обнажённая, скорчилась на земле, обхватив руками живот.
Се Цинвэнь быстро договорил остальное:
— ...Точное число жертв неизвестно, но повсюду кровь. Пожалуйста, отправьте наряд как можно скорее, преступник может всё ещё находиться в деревне.
— Имя Се Цинвэнь, номер удостоверения личности...
Закончив разговор, Се Цинвэнь принялся рассматривать стонущую на земле женщину.
Это была женщина средних лет, на вид лет тридцати-сорока, с дряблой желтоватой кожей. Почувствовав на себе взгляд Се Цинвэня, она подняла голову. В её глазах читалась неприкрытая ненависть. Она злобно оскалилась, и из её горла вырвался низкий рык, похожий на звериный.
Мо Ху встал боком, загораживая собой Се Цинвэня, и проговорил:
— Будь осторожен, она не человек.
Се Цинвэнь сразу понял, что имел в виду Мо Ху.
Эта женщина с диким, ожесточённым выражением лица оказалась зверолюдом.
Неудивительно, что на ней не было одежды.
Увидев Мо Ху, женщина средних лет на мгновение замерла, а затем зарычала на зверином языке:
— Ты же наш сородич! Почему ты помогаешь людям нападать на своих?!
Мо Ху совершенно не хотелось иметь дело с этой сумасшедшей. Он повернулся к Се Цинвэню:
— Идём дальше к Линь Яну?
Се Цинвэнь без колебаний кивнул:
— Идём. Живого — найти, мёртвого — опознать.
*
Ситуация в деревне оказалась куда более чудовищной, чем представлял себе Се Цинвэнь: это была настоящая бойня. По дороге к дому Линь Яна повсюду валялись трупы, изувеченные самыми разными способами. Кому-то перегрызли горло, но большинство просто разорвали на куски.
Ошмётки плоти вперемешку с полузасохшей кровью окрасили землю так, что невозможно было разглядеть её истинный цвет. Смрад стоял невыносимый. Любой человек с чуть более слабой психикой, увидев подобное, наверняка тут же потерял бы сознание от тошноты.
Се Цинвэнь достал пачку салфеток и протянул Мо Ху, чтобы тот прикрыл нос и рот, а затем, подавляя позывы к рвоте, двинулся вперёд, стараясь смотреть только прямо.
Хотя в деревне жили в основном старики и дети, одна сумасшедшая женщина не могла стать причиной такого количества жертв.
Здесь определённо были и другие зверолюды.
Не смея проявлять беспечность, он вместе с Мо Ху ускорил шаг и вскоре добрался до дома Линь Яна.
Двери дома были распахнуты настежь. Один из каменных львов у входа лежал поваленный на землю, а другой был забрызган тёмно-бурыми пятнами крови. К счастью, вокруг тел не было.
Мо Ху бдительно притянул Се Цинвэня за спину, настороженно прислушался и, убедившись, что никаких подозрительных звуков нет, медленно повёл его внутрь.
Ширма из жёлтого сандала в прихожей разлетелась в щепки, гостиная также была испещрена следами борьбы. Кровь пропитала изысканный персидский ковёр ручной работы в центре комнаты, а кровавый след тянулся дальше, исчезая в глубине лестницы.
У Се Цинвэня внутри всё похолодело.
При такой потере крови, кто бы ни был ранен, шансы выжить были крайне малы.
На всякий случай он не стал сразу подниматься по кровавому следу, а сначала заглянул на задний двор в кухню. Там он выбрал два подходящих тесака для разделки мяса — один для себя, другой для Мо Ху.
Мо Ху взвесил тесак в руке, с пренебрежением отбросил его в сторону и, к изумлению Се Цинвэня, протянул руку. Его пальцы напряглись, и из кончиков выросли чёрные как смоль когти. Он слегка ткнул в столешницу — на стальной поверхности мгновенно осталась глубокая вмятина.
— Мне не нужно это железо, когти справятся лучше, — он довольно покрутил пальцами перед лицом Се Цинвэня. — Не бойся, я тебя защищу.
Се Цинвэнь: !!!!!
Ничего себе, «алмазный тигр».
Зверолюды все такие ненормальные?!
Вспомнив о неизвестном количестве зверолюдов, оставшихся в деревне, Се Цинвэнь не смог выдавить из себя даже улыбку.
Поняв тревогу Се Цинвэня, Мо Ху убрал когти, потянулся и, подражая жестам самого Се Цинвэня, ласково взъерошил его волосы:
— Не бойся, я всегда буду рядом.
*
Вернувшись в дом, они последовали по извилистому кровавому следу наверх.
След не прервался на втором этаже, а ушёл прямо на третий. Се Цинвэнь дошёл по следам до распахнутого окна в спальне на третьем этаже и выглянул наружу.
На земле ничком лежал окровавленный мужской труп.
Се Цинвэнь, подавляя тошноту, расширил глаза и внимательно присмотрелся.
Слава богу, это не Линь Ян. Судя по телосложению, это был его дедушка.
Тогда где же Линь Ян?
Се Цинвэнь начал методично обыскивать комнату за комнатой: гардеробная — пусто, ванная — пусто, гостевая — пусто, кабинет — пусто, комната для игр — тоже пусто.
Он перевернул всё вверх дном с третьего этажа до первого, но не нашёл ничего.
Неужели Линь Яна не было дома, и он убежал куда-то ещё?
В такие моменты время — это жизнь. Се Цинвэнь уже хотел было броситься прочь, как вдруг Мо Ху схватил его за руку.
— Что случилось?
— Я чувствую запах мочи, раньше его не было, — Мо Ху принюхался. — Странно, будто тянет откуда-то из-под земли.
После слов Мо Ху Се Цинвэнь внезапно вспомнил, что в доме Линь Яна есть погреб, где старик Линь хранил вино собственного производства.
Вход в погреб находился в неприметном углу на кухне во дворе. Он вбежал на кухню, откинул небольшую дверцу в полу и спустился по лестнице в подвал.
В погребе не было света, и стоило закрыть дверцу, как воцарилась кромешная тьма. Опасаясь, что Мо Ху ничего не увидит, Се Цинвэнь взял его за запястье, включил фонарик на телефоне и тихо позвал:
— Линь Ян? Линь Ян, ты здесь?
Ответом ему послужил не голос Линь Яна, а старческий женский голос с характерным говором деревни Цинхай:
— Сяо Се? Это ты, Сяо Се?
Се Цинвэнь пошёл на звук и увидел, как из-за огромного винного чана показалась дрожащая голова бабушки Линь.
— Это я, бабушка Линь. Вы в порядке? — он потянул Мо Ху за собой и, подойдя ближе, увидел лежащего рядом со старушкой Линь Яна. — Что с ним случилось?
— Ян-Ян тоже тут, дитятко. Что там сейчас снаружи происходит, а? — госпожа Линь, просидевшая в погребе полдня, наконец увидев живого человека, задрожала от волнения.
Она ухватилась за рукав Се Цинвэня и прошептала:
— Сынок, что там вообще творится? Его дед с утра пошёл на зарядку, а как вернулся — не успел и дух перевести, как закричал, что повсюду людей убивают. Велел нам скорее в погреб прятаться.
— Говорит, в погребе холодно, боялся, что у меня артрит разыграется, велел мне спускаться, а сам побежал за пледом и пропал. — Говоря это, губы госпожи Линь задрожали, и слёзы покатились из глаз. — Где мой старик? Ты не видел моего старика снаружи?
Глава 9
Глядя в затуманенные глаза бабушки Линь, Се Цинвэнь на мгновение потерял дар речи.
Под её полным надежды взглядом он открыл рот и сказал лишь половину правды:
— ...Нет, бабушка, я не видел дедушку в доме.
Госпожа Линь облегчённо выдохнула, прижав руку к груди:
— Ну и хорошо, ну и слава богу. Ох, а я тут места себе не находила, боялась, что с ним что-то случилось. Раз убежал — значит всё хорошо, значит всё хорошо.
Се Цинвэнь редко лгал. Он не решился смотреть старушке в глаза и перевёл свет фонарика на Линь Яна, который мирно спал рядом с бабушкой.
— А с ним что? Он ранен?
— Нет-нет, с ним всё в порядке, — госпожа Линь вытерла слёзы. — Дурачок, как увидел, что дед не вернулся, собрался бежать его искать. Да у деда здоровья побольше, чем у него, куда ему соваться? Только под ногами путаться будет.
— Сначала я его уговаривала, а потом он совсем от рук отбился, рвался наружу, ну я и треснула его глиняным горшком, он и отключился, — старушка хихикнула. — Ишь, удумал, даже меня победить не может, а туда же — деду помогать собрался.
Се Цинвэнь: ...
Это был уже не первый раз, когда он задавался вопросом: как в этой совершенно дикой семейке мог вырасти такой Линь Ян — интеллигент, который краснеет при просмотре сцены поцелуя?
Сочувствующе взглянув на Линь Яна, получившего по голове горшком от родной бабушки, Се Цинвэнь утешил её:
— Побудьте здесь ещё немного, я по дороге сюда уже вызвал полицию. — Он поднялся с пола. — Я схожу наружу, принесу вам чего-нибудь поесть, а потом вернусь и буду сидеть здесь с вами, пока не приедет полиция.
*
Полиция, о которой говорил Се Цинвэнь, в этот момент стояла на берегу пристани, с тревогой ожидая прибытия вооружённой охраны.
Тот звонок о преступлении заставил местный участок действовать оперативно, и отряд уголовного розыска со всей скоростью домчался до причала, однако обнаружил, что остров, на который они собирались попасть, теперь недосягаем для их сил.
Вокруг острова, где раньше плескались лазурные морские воды, теперь клубилась тёмная, почти чёрная тень. Эти тени извивались, подпрыгивали и наперегонки устремлялись к острову.
http://bllate.org/book/31190/3801380
Готово:
