— Доктор Хэ, судя по всему, имеет в виду того мужчину с ног до головы в крови. Разве молодой господин не говорил, что у него живучий характер? При таких ранениях и не умер, — задумавшись, пояснил Бай Цзину Ван Сuéбин.
Бай Цзин слегка замер, смутно припомнив, что в его памяти действительно было нечто подобное, только он никогда не придавал этому значения. Разумеется, не собирался он придавать этому значения и теперь: для него это был лишь разовый порыв милосердия. Тому человеку просто повезло — если память ему не изменяла, тот упал возле его машины, весь в крови, лица даже толком не было видно, а он сам спас его просто потому, что не хотел возиться с лишними хлопотами.
Увидев, что Бай Цзин вспомнил, Доктор Хэ расплылся в улыбке, многозначительно кивнул и в шутку произнес:
— И впрямь живучий! Восемь ножевых ранений, передозировка снотворного, весь в крови — ему наложили больше тридцати швов, а на вторую ночь он уже пришел в себя. Только вот о своем спасителе, молодом господине Цзине, все мысли.
Бай Цзин бросил на него короткий взгляд и ничего не ответил. Доктор Хэ вовремя умолк, хотя на душе у него было чуть досадно: похоже, познакомить их поближе не удастся. Переменив тему, он обратился ко второму приглашению:
— Молодой господин Цзин еще не обедал? Может, перекусим вместе?
Изначально Бай Цзин хотел отказаться и не желал иметь никаких дел с этим человеком, от костей до мозга пропитанным расчетливостью. Но, подумав чуть дольше, он сообразил: Доктор Хэ — врач, к тому же владеет частной клиникой, а значит, его каналы поставок медикаментов наверняка шире. К тому же, раз уж Доктор Хэ обратился к нему с просьбой, неприятности затронут лишь его папашу, лично для него самого это ничем не грозило. Поразмыслив, он молча кивнул в знак согласия: связями он пренебрегать не привык.
Доктор Хэ с мягкой улыбкой пригласил его в отдельный кабинет, внутренне слегка удивляясь. Увидев сегодня мрачное лицо молодого господина Цзина, он изначально ни на что не рассчитывал, но то, что тот согласилось на обед, стало приятной неожиданностью.
— Молодой господин Цзин, сделаете заказ первым? — Доктор Хэ протянул меню.
Бай Цзин небрежно назвал пару блюд, после чего передал меню Ван Сuéбингу. Густые брови ЦАО Лэя слегка изогнулись, а в глазах промелькнул глубокий задумчивый взгляд.
Ван Сuéбинг церемониться не стал: сделав заказ, он вернул меню обратно. Доктор Хэ с улыбкой вежливо отказался и принялся уступать ЦАО Лэю, хотя на самом деле уже успел перекусить раньше — просто упускать редкую возможность встретиться с молодым господином Цзином не хотелось.
Когда официант забрал меню, Бай Цзин перешел прямо к делу:
— Помоги мне раздобыть комплект физиотерапевтического оборудования, самую передовую аппаратуру из лабораторий, а вдобавок — лекарств, особенно противовоспалительных, от простуды и обезболивающих. Чем больше, тем лучше. Возможно, меня не будет несколько месяцев, так что сначала арендуй склад, чтобы всё это хранить, а по возвращении я сам всё заберу. Как думаешь, во сколько это обойдется?
Доктор Хэ на мгновение замер, а затем рассмеши2лся. Причин, зачем понадобились эти вещи, он спрашивать не стал — главное, что у молодого господина Цзина возникли пожелания:
— Без проблем, всё беру на себя. Говорить о деньгах с молодым господином Цзином — значит проявлять чуждость.
Бай Цзин бросил на него равнодушный взгляд: раз уж появилась возможность сэкономить кругленькую сумму, отказываться он не собирался.
— Только не говори моему отцу.
В глазах за стеклами очков Доктора Хэ мелькнул хитрый блеск:
— Молодой господин шутит. Разве такой ничтожный человек, как я, может быть знаком с вашим батюшкой?
Бай Цзин насмешливо усмехнулся. В нем проступила та зрелая, закаленная жизнью острота и проницательность, от которой собеседнику казалось, что скрыться некуда.
Доктор Хэ умолк, внутренне слегка раскаявшись. И надо же было ему так просчитаться насчет молодого господина Цзина! Раньше он считал того обычным избалованным мажором, и поведение юноши вроде бы подтверждало это мнение. Оказывается, тот просто еще не показывал когти! Как говорится, разве может быть простым человек, приходящийся внебрачным сыном влиятельному лицу?
Бай Цзин не стал продолжать разговор и не стал расспрашивать о нуждах самого Доктора Хэ — в конце концов, его это всё равно не касалось, речь шла лишь о взаимной выгоде. К тому же, даже если бы Доктор Хэ посвятил его в детали, Бай Цзин прекрасно понимал: со своим прежним невежеством он бы всё равно ничего не понял.
Медленно подняв телефон, он осознал, что уже несколько дней не звонил отцу. Настало время проводить четкие границы, ведь еще не время сжигать мосты. Если отец перестанет баловать его и любить, то где после вспышки Конец Света он найдет армейское сопровождение? Где встретит Сяо Са? Он боялся упустить хоть малейшее звено и вызвать нежелательные изменения. Всё остальное его не волновало, но Сяо Са…
Пока они не встретились, Бай Цзин не хотел допускать никаких перемен. Быстро отыскав номер, привязанный к клавише быстрого вызова под номером один, он легко нажал на экран:
— Сяо Цзин, сынок, куда ты запропастился на эти дни? Почему трубку не берешь? Деньги я перевел, получил?
— Угу, получил. Я тут собираюсь в путешествие съездить, кстати. У меня есть друг, который очень хотел бы познакомиться с секретарем Ляо. Как думаешь, это возможно?
— Что за друг?
— Мы неплохо ладим, он врач. Если секретарь Ляо сможет помочь, пусть поможет, а если нет — ничего страшного, я просто не хочу оставаться в долгу.
— О? С каких это пор наш Сяо Цзин стал разбираться в светских условностях? — на том конце провода рассмеялись.
— Папа… — у Бай Цзина на лбу выступил пот, а на сердце стало холодно и пусто. Вряд ли кто-то мог представить, что отец и сын, ведущие столь теплый разговор, в будущем станут чужими людьми. Получить удар в спину от самого близкого человека больнее всего, причем это такая гноящаяся боль: пока не вырежешь этот кусок плоти до конца, она не перестанет ныть.
— Хорошо, хорошо, хорошо, раз Сяо Цзин говорит — значит, так тому и быть. Передай ему номер Сяо Ляо, я предупрежу его заранее. Скоро начнется совещание, так что больше болтать некогда. Куда в этот раз собрался? Смотри мне, будь осторожен в дороге.
— Ладно, занимайся своими делами, я буду аккуратен. Сбрасываю.
— …
Бай Цзин опустил телефон, попросил бумагу с ручкой, написал номер и протянул его Доктору Хэ.
— Большое спасибо, молодой господин Цзин. — Уголки губ Доктора Хэ слегка приподнялись. Никакого недовольства из-за того, что ему дали номер какого-то секретаря, он не выказал — всем было прекрасно известно, сколь хлопотны будни государственного советника, и получить помощь его личного секретаря фактически равнялось получению личного одобрения самого чиновника.
Вскоре в Сяньчжисюане подали все заказанные блюда. Трапеза пришлась по душе и хозяину, и гостю: Доктор Хэ остался доволен, да и Бай Цзин чувствовал себя прекрасно. Всего один звонок — и не только удалось сэкономить огромную сумму, но и полностью закрыть вопрос с медикаментами. С уловом он определенно не прогадал.
Пообещав друг другу забрать заказ не позже чем через год, они вежливо распрощались. Доктор Хэ утвердительно кивнул, попросив молодого господина Цзиня ни о чем не беспокоиться.
Пока они сохраняли невозмутимый вид, Ван Сuéбинг и ЦАО Лэй находились в полном недоумении. Во-первых, Ван Сuéбин чувствовал, что молодой господин словно переродился: вчера скупал книги, сегодня — лекарства. По логике вещей, такому избалованному богачу, как их подопечный, ни о чем в жизни не приходилось волноваться — денег куры не клюют, власти предостаточно. Ван Сuéбинг решительно не мог понять цель подобных покупок, а если тот помогал кому-то, то он вовсе не припоминал у молодого господина столь близких друзей.
Ход мыслей ЦАО Лэя был гораздо проще. Даже если в душе оставалось непонимание, как у добросовестного телохранителя у него имелось правило: в дела нанимателя лучше не лезть и смотреть на всё сквозь пальцы. Свою работу он считал безупречной.
Из-за пробок на дороге они добрались до уезда Цинцюань только около часу дня. ЦАО Лэй едва не матерился от досады: он бы предпочел сутки напролет мчаться по скоростной автомагистрали, чем тащиться черепашьим шагом в автомобильных заторах по забитым национальным трассам. Никогда прежде он не подозревал в себе склонности к нетерпеливости.
Пробки были такими длинными, что при виде бесконечной вереницы машин его охватывало глухое раздражение.
— В отель, — бросил Бай Цзин, убирая книги и устремляя взгляд за окно автомобиля, лихорадочно соображая, как бы сбросить двух назойливых хвостов и заняться делами в одиночку.
У Ван Сuéбинга и ЦАО Лэя внутри всё сжалось. В отель? Неужели то самое автопутешествие, о котором говорил молодой господин, на самом деле связано с этим местом? Да от уезда Цинцюань до города Б. по скоростной дороге и получаса езды не наберется!
Однако, что бы они ни думали, хозяином положения оставался наниматель, поэтому ЦАО Лэй послушно вырулил к крупнейшему отелю уезда.
Ничуть не смущаясь их мрачных взглядов, Бай Цзин велел ЦАО Лэю снять три номера, а затем объявил, что намерен пройтись пешком и чтобы они за ним не увязывались. Но разве верные телохранители могли позволить себе подобное? Они тут же настояли на том, чтобы сопровождать молодого господина.
Бай Цзин лишь беспечно кивнул — мол, как знаете.
Правда, уже очень скоро обоим охранникам пришлось об этом пожалеть. Не зря говорят, что мужчины терпеть не могут ходить по магазинам с женщинами; впрочем, таскаться по торговым точкам за молодым господином оказалось ничуть не лучше.
Сначала Бай Цзин отправился на рынок механического оборудования, где принялся прицениваться в разных палатках — раз уж в его распоряжении имелись бесплатные работники, грех было ими не воспользоваться. Он сразу же заставил обоих парней бегать по продавцам и выведывать цены, вдобавок вручив каждому по блокноту, который гордо именовался журналом маркетинговых исследований. Затем они отправились на оптовый рынок сельскохозяйственной продукции, где всю тяжелую работу снова выполняли телохранители, а сам он устроился в тени и преспокойно ел мороженое. Стояла самая середина лета, жара стояла невыносимая, да и на овощном рынке пахло специфически — стал бы балованный молодой господин портить себе настроение! Привычки людей менялись в зависимости от обстоятельств, и при наличии хоть малейшего комфорта Бай Цзин точно не собирался себя ущемлять.
После этого последовал визит на оптовый рынок товаров повседневного спроса…
Короче говоря, весь этот день — с двух часов дня и до семи вечера — прошел в непрерывных хождениях. Мало того, что ничего толком не купили, так под закрытие лавок Бай Цзин еще и милостиво разрешил им поужинать, не забыв при этом бросить с неподдельным сожалением:
— Завтра продолжим!
У Ван Сuéбинга и ЦАО Лэя от усталости заныли ноги: как, и завтра опять?!
Ван Сuéбинг кипел от скрытого возмущения: раньше молодой господин никогда не спрашивал цен, если что-то приглянулось — просто брал. Ему всё сильнее казалось, что молодой господин делает это нарочно, чтобы их измотать.
После ужина, около восьми часов вечера, Бай Цзин махнул рукой, давая им свободу действий, а сам заперся в номере зубрить медицинские справочники. Терять время он не собирался ни минуты и ровно в полночь лег спать.
На следующее утро, едва встав, Бай Цзин снова заявил о планах пойти на шопинг и поинтересовался, кто из них составит ему компанию.
ЦАО Лэй сразу же замотал головой, а Ван Сuéбинг, немного подумав, смиренно покорился судьбе и поплелся следом: долг телохранителя превыше всего, а безопасность молодого господина — на первом месте.
Впрочем, в этот день Бай Цзин ничего особенного не делал. Он лишь велел Ван Сuéбингу колесить на машине по уезду, а затем выехать в близлежащие поселки. Тут уж Ван Сuéбинг сполна прочувствовал причину вчерашнего раздражения ЦАО Лэя: пробки на дорогах и впрямь действовали на нервы.
На третий день Ван Сuéбинг снова собрался было следовать за ним, но Бай Цзин выглядел заметно утомленным — впервые его преданность и бдительность стали в тягость.
Заметив это, ЦАО Лэй дернул товарища за рукав и, многозначительно подмигнув, тихо шепнул:
— Молодой господин уже вырос, ему нужно личное пространство, не лезь.
Ван Сuéбинг вдруг всё понял и отвесил ЦАО Лэю легкий подзатыльник: сказал бы раньше, а то вчера заставил его пахать как собаку!
ЦАО Лэй невинно хлопнул ресницами, бандитски ухмыльнулся и бросил в ответ выразительный взгляд: а если бы он сказал вчера, разве тот послушал бы?
Ван Сuéбинг промолчал. Действительно — хотя сомнения грызли его изнутри, предупреди его ЦАО Лэй накануне, он бы без раздумий отказался. Чувство долга телохранителя просто не позволило бы ему бросить молодого господина без присмотра.
http://bllate.org/book/31040/3783031
Готово:
