Готовый перевод Rebirth of the Apocalypse Young Master / Возрождение в апокалипсис: Прихоти молодого господина: Глава 7

Глава шестая. Уход

Вернувшись в комнату, Бай Цзин на автомате запер дверь на засов и перевел взгляд на сейф высотой до колен в левом углу. Набрав наизусть заученный пароль, он услышал глухой щелчок: дверца подалась. Зрачки Бай Цзина мгновенно сузились, превратившись в узкие вертикальные полоски, как у кота. Его первой мыслью было: этого не может быть!

Опустевший сейф зиял пустотой — кроме изогнутого тесака, в нем ничего не было.

Где же вещи, оставленные мамой?

Лицо Бай Цзина посинело, кровь прихлынула к голове. Охваченный слепой яростью, он чувствовал, как в груди клокочет невыразимый гнев. Нет, погодите!

Но тут же он взял себя в руки. Пароль от сейфа знал только он один, никто другой не мог их забрать. К тому же он отчетливо помнил: в прошлой жизни, когда разразился Конец Света, содержимое сейфа оставалось в полной сохранности.

Этот тесак…

Бай Цзин медленно протянул руку, взял клинок и бережно протер его. Безупречные рукоять и ножны источали древнее, суровое дыхание — холодное, но священное. Он вытащил меч из ножен, и лезвие сверкнуло холодом, являя миру свой сдержанный блеск. Изгиб режущей кромки был изящно вздернут вверх, постепенно утончаясь к концу. Если память его не подводила, он потерял этот тесак в суматохе схватки с зомби. Иными словами, среди маминого наследства это была единственная вещь, которую он не забрал в Пространство и которая не исчезла вместе с мутацией Пространства…

В сердце зашевелилось разочарование — горькое, тягостное, полное сожаления. Но все эти чувства блекли перед тем шоком, который испытывал сейчас Бай Цзин. Никогда еще он так отчетливо не ощущал, что действительно переродился. Это не был сон или параллельное измерение — время и впрямь повернулось вспять. И поскольку Пространство осталось тем же самым, пропавшие вещи уже не вернулись.

Кристальные слезы скатились по щекам, Бай Цзин одновременно смеялся и плакал. Он-то думал, что больше никогда не заплачет. Как же хорошо! Все еще не произошло, все можно исправить. Но при мысли о маминых вещах на душе у Бай Цзина стало темно. Печально опустив голову, он крепко прижал к груди тесак — это было единственное, что связывало его с памятью о ней.

Когда-то мама была первой красавицей университета Д, вот только встреча с отцом сломала ей всю жизнь. Все, что она оставила ему, состояло из антиквариата, который ее дед коллекционировал большую часть своей жизни. И вот теперь все пропало…

Бай Цзин горько усмехнулся про себя, внезапно поймав себя на излишней сентиментальности. Впрочем, те вещи исчезли еще в прошлой жизни, разве нет?

Успокоив бурю в душе, Бай Цзин спрятал тесак в Пространство — по крайней мере, у него осталась память о нем!

Вечером он думал, что не сможет уснуть, но к его удивлению, проспал всю ночь напролет. Как давно он не спал так сладко, так глубоко? За те пять лет после наступления Конца Света и до самой его смерти у него, казалось, не было ни единого по-настоящему спокойного сна. Ему так хотелось еще немного поваляться в постели!

Только вот…

Вспомнив о тех, кто затаился внизу с недобрыми намерениями и прикрывал улыбками ножи за пазухой, он не хотел оставаться в этом доме ни единой секунды.

Быстро умывшись и переодевшись, он спустился вниз. Ван Сuéбин и ЦАО Лэй уже ждали его, а матушка Чэнь без устали давала наставления, то и дело делая им замечания.

Ван Сuéбин усердно кивал, а ЦАО Лэй, небрежно закинув ногу на ногу и вальяжно развалившись, улыбался злой улыбкой. Его черные глаза блуждали по сторонам — неизвестно, влетало ли вообще в одно ухо наставление матушки Чэнь и вылетало ли из другого. Заметив спускающегося Бай Цзина, он засиял глазами, вскочил на ноги и выпрямился во весь рост, словно готовясь отдать воинское приветствие:

— Молодой господин!

Стоило Ван Сuéбину услышать этот голос, как он тут же бросил на товарища полный мольбы взгляд.

Матушка Чэнь гневно нахмурилась: она была крайне недовольна этими двумя телохранителями. Мало того, что в будни они вели себя несерьезно, так еще и не подчинялись дисциплине. Но не успела она и рта раскрыть, как ЦАО Лэй уже спросил:

— Куда это молодой господин собрался? Не заказать ли мне авиабилеты?

Голова Ван Сuéбина поникла. Вчера он помнил только то, что они едут путешествовать, и совершенно забыл про этот важнейший вопрос.

Матушка Чэнь остолбенела. Бай Цзин бросил на нее короткий взгляд: разве она не превозносила вечно свою заботу о нем? Как же она упустила из виду столь очевидную вещь? Каким же круглым идиотом он был в прошлой жизни, раз считал ее своей родной душой! С тех пор как в семилетнем возрасте умерла мама, она неотлучно находилась при нем… Люди, люди…

Бай Цзин равнодушно отвел взгляд и повернулся к Ван Сuéбину, полностью проигнорировав ЦАО Лэй:

— Поедем в путешествие на машине, возьмем дом на колесах.

Эту машину он в свое время купил, чтобы ублажить Чжу Тин, но, к сожалению, воспользовался ею всего лишь раз. Теперь она как нельзя кстати пришлась ко двору.

У Ван Сuéбина отвисла челюсть, превратившись в букву О. Раньше, отправляясь в поездки, молодой господин неизменно выбирал либо живописные курорты, либо заграничные достопримечательности. И всякий раз его путешествия отличались таким размахом, таким комфортом, безмятежностью и шиком, что он сам завидовал этой легкой жизни. И надо же было такому случиться, что он еще и выхлопотал ЦАО Лэю это лакомое местечко! Путешествие на машине… Ван Сuéбину стало зябко на душе. Сейчас их всего трое, молодой господин будет тыкать пальцем в карту, а всю грязь и тяготы расхлебывать им двоим, водителям…

Хотя он очень любил машины, но такое путешествие за рулем, когда крутить баранку придется много дней подряд, сведет с ума кого угодно. Какое уж тут любование пейзажами! Ван Сuéбин чувствовал себя горько обманутым.

ЦАО Лэй поджал губы. Новости о том, что молодой господин затеял автопутешествие, волновали его куда меньше, чем перемена в отношении самого молодого господина. С каких это пор он стал выделять Ван Сuéбина? К тому же он вроде бы ничем не провинился перед ним… От этого веяло чем-то странным, и сколько ЦАО Лэй ни ломал голову, ответа найти не мог.Матушка Чэнь приоткрыла рот, но в конце концов не стала возражать, лишь напутствовала:

— Ну раз молодой господин хочет развеяться, пусть так. Позавтракай перед отъездом, будь осторожен в дороге и почаще звони домой. В сентябре уже начнется учеба, тебе никак нельзя опаздывать. Поступив в университет, ты станешь совсем взрослым. А к Тин Тин ты тоже не относись слишком строго, я сама с ней поговорим. Наш Сяо Цзин — мужчина ответственный.

Бай Цзин горько усмехнулся. Скажи она такое в прошлой жизни, он наверняка бы смутился и почувствовал себя неловко. Матушка Чэнь и впрямь хорошо его понимала: с самого детства у него не было родителей, и он больше всего ценил такую мягкую заботу. Только вот ложь оставалась ложью. Матушка Чэнь наверняка понимала, что далеко в автопутешествие он не уедет, а потому и давала наставления со спокойным сердцем.

— Впредь не возись с этой женщиной, будто она чего-то стоит. Мы поехали, — холодно бросил Бай Цзин и сразу велел ЦАО Лэю заводить машину.

Вещи он перекинул Ван Сuéбину: в маленькой дорожной сумке лежали лишь предметы первой необходимости да пара книг.

Матушка Чэнь проводила его взглядом до самых ворот. Как только Ван Сuéбин забрался в дом на колесах, в его душе всколыхнулось возбуждение. Какая отличная машина! Полностью переоборудованная: задний отсек, хоть и невелик, всего тридцать квадратных метров, но внутри есть абсолютно всё, она роскошна словно небольшой люровый номер. К тому же в автомобиле предусмотрена противоударная система, так что внутри совсем не трясло — точь-в-точь как в поезде. Тьфу! У богачей жизнь хороша, вот только водитель попался скверный.

— Куда теперь? — раздался ленивый голос ЦАО Лэя.

Бай Цзин был крайне озадачен: с чего это этот парень с замашками уличного хулигана годится в телохранители? Да еще и отец лично его прислал, утверждая, что это отличный специалист по чьей-то рекомендации.

Не сумев до конца в этом разобраться, он махнул рукой. В конце концов, к нему это не имело никакого отношения. Развернув карту, он бегло изучил маршрут:

— Сначала поедем пообедать, место выбирай сам, а потом — в уезд Цинцюань.

— Как насчет Сяньчжисюаня? — ЦАО Лэй обдумывал предпочтения молодого господина и не стал спорить с решением Бай Цзина. Раз уж тот его недолюбливает, ему оставалось просто послушно крутить баранку.

— Без разницы! — бросил Бай Цзин и, лениво откинувшись на диван, вытащил почитать фантастический роман.

Ван Сuéбин вытаращил глаза, подавившись от неожиданности. Разве уезд Цинцюань — это не первый попавшийся городок совсем недалеко от города D? Зачем им понадобилось туда тащиться?

Впрочем, как бы он ни ломал голову, отвечать ему никто не собирался. Мысли Бай Цзина давно погрузились в книгу. По правде говоря, эта сляпанная на скорую руку история казалась ему довольно скучной, однако воображение автора в отношении магии заслуживало искреннего восхищения. Хотя его собственное Пространство сейчас и работало, зайти туда человек по-прежнему не мог. К счастью, силой духа удавалось хоть как-то им управлять, иначе иметь в распоряжении столь огромный участок земли, который видишь, но не можешь использовать, было бы просто досадно.

К тому же он хотел почерпнуть из романов хоть какое-то вдохновение — глядишь, в один прекрасный момент ему бы сказочно повезло. В любом случае, при тех двоих читать медицинские трактаты ему было неудобно, оставалось лишь перелистывать их по вечерам в своей комнате. Отсюда до Горы Хуаншань предстояло немалое расстояние. Двигаясь в путь и попутно собирая припасы, он рассчитывал к моменту прибытия к Горам Хуаншань уже полностью запомнить все точки человеческого тела и циркуляцию меридианов!

Добравшись до Сяньчжисюаня, ЦАО Лэй первым вышел из машины, открыл дверь и с образцовой учтивостью изобразил приглашающий жест.

Бай Цзин ни капли не смутился. Медленно выбравшись наружу, он ступил на землю элегантной поступью. Сшитая точно по фигуре одежда подчеркивала его стройный и подтянутый стан, а гладкое, чистое лицо хранило отпечаток резкой, холодливой суровости. Это высокомерное выражение лица, при котором он ни в грош не ставил окружающих, в полной мере выставляло напоказ его благородство и исключительность.

Даже Ван Сuéбин, глядя на него, невольно мысленно цыкнул языком: благородный молодой господин есть благородный молодой господин. Такого изящества и осанки им, грубым воякам, пожалуй, за всю жизнь не освоить.

Едва они вошли в холл первого этажа, Бай Цзин словно приковал к себе всеобщее внимание.

Знакомые с ним люди наперебой с улыбкой приветствовали его:

— Молодой господин Цзин.

Бай Цзин нахмурился и направился прямо на второй этаж в отдельный кабинет. Он никак не мог взять в толк: почему в прошлой жизни он так обожал всеобщее обожание и постоянно выставлял напоказ свою избранность? Он понятия не имел, что такое скромность, а гордость будто вросла в самую его плоть.

Бай Цзин самокритично усмехнулся: на самом деле за этим стоял лишь застарелый комплекс неполноценности. Отец его был человеком великим, но, если говорить на чистоту, он оставался всего лишь бастардом.

— Молодой господин Цзин, давно не виделись.

К ним направлялся интеллигентного вида мужчина в очках в тонкой золотой оправе.

Бай Цзин взглянул на него и кивнул.

Тот ничуть не заделся холодной сдержанностью Бай Цзина и приветливо улыбнулся:

— Человек, которого молодой господин присылал в прошлую субботу, уже ушел. Перед этим он даже просил оставить контакты, но без разрешения молодого господина я, разумеется, не посмел их раздавать направо и налево. Молодой господин приехал пообедать? Не возражаете, если я присоединюсь?

Бай Цзин озадачился: какой еще человек?

Заметив это, ЦАО Лэй подсказал:

— Тот мужик с улицы Хунли в прошлую субботу.

Улица Хунли? Какой мужик? Бай Цзин немного поломал голову, но так ничего и не припомнил. Для них это, пожалуй, события нескольких дней давности, но для него — целых пять лет назад. В прошлое воскресенье он только-только очнулся в постели, разве вспомнишь столь давние дела?

— Похоже, молодой господин позабыл об этом. Хорошо еще, что я не проявил самодеятельности, а то ведь думал, что молодой господин знаком с тем человеком, — Хэ Юн легко улыбнулся, нисколько не смутившись отказом и изящно сгладив неловкость.

http://bllate.org/book/31040/3783030