— Куда собирается молодой господин? — Ван Сuéбин улыбаясь задал вопрос, на его лице, казалось, всё еще играло некоторое воодушевление, глаза сияли при взгляде на машину, в них читалось желание немедленно испытать её в деле.
— Сначала выедем отсюда. — Бай Цзин закрыл глаза, обессиленно прислонившись к спинке заднего сиденья. Солнечная улыбка сидевшего перед ним мужчины вдруг заставила его почувствовать, как глаза начинают неприятно покалывать.
Уголки губ Ван Сuéбина чуть приподнялись, складываясь в широкую улыбку. Он повернул голову, сосредоточенно устремив взгляд вперёд, вдавил педаль газа, и лимитированный Порше с рывком понёсся вперёд.
Только выехав на шоссе, Бай Цзин медленно приоткрыл глаза. Его чернильные зрачки были глубокими и мрачными, в них промелькнуло глубокое раздумье: пожалуй, до встречи с Сяо Са он вполне мог бы сначала собрать собственную команду. Хотя у него имелось Пространство в качестве надежной опоры и ему не приходилось беспокоиться о припасах, в охваченном зомби Конце Света в одиночку по-прежнему было не сделать и шагу.
— На Золотой Побережье. — Обдумав всё в душе, Бай Цзин назвал пункт назначения этой поездки.
На лице Ван Сuéбина промелькнуло мимолетное сожаление, после чего нос машины круто повернул, быстро направляясь к Золотому Побережью.
В душе Бай Цзин невольно усмехнулся. Он никак не ожидал, что этот некогда столь безрассудный и твёрдый, словно гора, мужчина обладает и такой ребячливой стороной. Всего-то машина... Бай Цзин подумал, что в будущем можно будет просто отдать её ему покататься, а заодно отправить учиться механике — в Конец Света такие люди на вес золота.
Добравшись до Золотого Побережья, Бай Цзин даже не стал выходить из машины. Он просто швырнул свой кошелёк Ван Сuéбину и снова закрыл глаза, погружаясь в дремоту:
— Две комнаты.
Ван Сuéбин взмахнул одной рукой, ловко поймав кошелёк, бросил на Порше полный нежной тоски взгляд, после чего всё же открыл дверцу автомобиля. На его красивом лице читалась бесконечная скорбь, и он не мог удержаться от внутреннего вздоха: поистине, у людей бывают разные судьбы, а у его молодого господина с каждым днём всё больше растёт замашек.
Бай Цзин даже не утруждал себя смотреть на него. К Ван Сuéбину он всё-таки испытывал доверие — тот был самым настоящим мужиком, иначе матушка Чэнь в то время не стала бы поручать ему выводить их в бегах.
Только лишь потому, что Ван Сuéбин не был тем человеком, которого она могла бы подчинить своей воле!
Разобравшись с номерами, Бай Цзин велел принести кучу снеков, после чего спровадил Ван Сuéбина. На данный момент Пространство оставалось для него самым главным.
Заперев дверь комнаты, не колеблясь ни секунды, Бай Цзин сначала наполнил чашкой родниковой воды чайник. Сделав пару жадных глётков — куль-куль! — он тут же направился в ванную. Не успел он даже дойти до её дверей, как в животе внезапно завязался узел, по спине Бай Цзина покатился холодный пот, а всё тело забило в мелкой дрожи.
Чёрт побери! — мысленно выругался Бай Цзин. Превозмогая боль, он крепко сжал зубы и набрал полную ванну родниковой воды, как вдруг на него накатила волна полного изнеможения и бессилия. В голове одна за другой вспыхивали вспышки острой боли, казалось, будто каждый дюйм его тела разрывают на части. Не было места, которое не болело бы до самых костей, и в ушах даже чудился треск суставов.
Торопливо сбросив одежду, Бай Цзин с дрожащим телом погрузился в родниковую воду. Боль... как же это больно! Кроме боли, он больше не чувствовал вообще ничего. Окунувшись в воду, он только сейчас понял, насколько излишними были его прежние переживания: в этот момент даже желание потерять сознание казалось недостижимой роскошью.
Он помнил, как во время побега из научно-исследовательского института, вернувшись в Пространство и погрузившись в родниковую воду, он сразу же потерял чувствa, а очнувшись в следующий раз, обнаружил, что его тело совершенно цело и он полон сил. Он и представить себе не мог, что сам процесс погружения в родниковую воду окажется настолько мучительным!
В полузабытьи Бай Цзин машинально запустил технику циркуляции внутренней энергии. Первый круг циркуляции, второй... Вслед за течением крови и движением меридианов он словно погрузился в какое-то таинственное состояние. Лишь после тридцати шести кругов он медленно открыл глаза...
Улыбка на губах ещё не успела распуститься, как Бай Цзин резким движением вскочил на ноги и брезгливо поморщился, чувствуя себя так, словно рядом находилась какая-то мерзость. Полная ванна родниковой воды к этому моменту стала угольно-чёрной и мутной, от неё исходил отвратительный зловонный запах. Даже на его собственном теле прилипло немало грязи — на руках, на теле, на лице, особенно на лице, где из-за черноты едва ли не одни глаза и оставались видны.
Бай Цзин пошевелился и обнаружил, что во всём теле чувствуется слабость, однако духовное состояние было превосходным. Хотя уровень культивации не повысился, голова больше не болела, и сердце помимо воли переполнилось радостью. Он взмахнул рукой — и полотенце, зубная щетка и стакан в ванной тут же исчезли бесследно, а затем появились вновь прямо из воздуха, так, будто их недавнее исчезновение было лишь иллюзией.
Радостный Бай Цзин не стал больше переживать из-за отвратительного вида той воды. Спустив её в канализацию, он включил душ, проверил температуру, сначала хорошенько смыл всю грязь с тела и только после этого снова немного посидел в воде. Правда, на этот раз он уже не смел использовать родниковую воду из Пространства: хотя его терпение и было железным, повторять такую боль ему совсем не улыбалось.
Он тёр себя снова и снова, отмывшись с головы до ног, вылез из ванны, небрежно накинул банное полотенце, вышел из комнаты и сразу же взял трубку телефона, набирая соседний номер.
— Алло, соуов... молодой господин, вы в порядке? — едва раздался гудок, как в трубке послышался встревоженный голос Ван Сuéбина.
— Да, всё в порядке. Принеси мне комплект одежды и поесть. — Бай Цзин на мгновение замер и бесстрастно ответил. Бросив взгляд на экран мобильного телефона, он увидел, что помимо десятка пропущенных вызовов там висело несколько текстовых сообщений, а на дисплее красовалась дата: 3 августа 2019 года, 11:53 утра. Оказывается, прошло уже три дня, неудивительно, что он так дико проголодался.
— Хорошо, я сейчас буду.
Повесив трубку, Бай Цзин принялся просматривать телефон. Незнакомых номеров было три, матушка Чэнь звонила пять раз, отец — дважды, отцовский секретарь — трижды, Чжу Тин — три раза, и еще один вызов от Хэ Юна.
Бай Цзин насмешливо улыбнулся и переключился на смс... Ваша карта с номером на конце 8028... на ваш счет поступило 30 миллионов, пожалуйста, проверьте...
Бай Цзин приподнял бровь, ничуть этому не удивившись. До тех пор, пока это не касалось той женщины, его старик всегда был с ним весьма щедр.
Затем его длинные пальцы нажали на экран, переходя к следующему сообщению: Бай Цзин, если ты не явишься через пятнадцать минут, мы расстаемся! — Чжу Тин.
Хлобысь! — Бай Цзин отбросил телефон в сторону, в его глазах блеснул холодный свет. И почему он тогда вообще запал на эту женщину? Если бы не её капризы избалованной девчонки, Ван Сuéбин не оказался бы исцарапан зомби. Когда матушка Чэнь велела Ван Сuéбину и ЦАО Лэю защищать его при побеге, он ведь из глубины души хотел взять с собой и Чжу Тин. Наверное, в тот момент он был единственным слепцом, который не видел очевидного: Чжу Тин цеплялась исключительно за военных, и в ходе этой взаимной свары Ван Сuéбин и получил ранение, однако в итоге Чжу Тин всё равно с ним не пошла.
А позже...
Ван Сuéбин знал, что ему недолго осталось жить, раз уж его уже заразили, и махнул на всё рукой. Поставив на кон собственную жизнь, он заставил ЦАО Лэя уводить Бай Цзина первыми. Кто бы мог подумать, что стоило им вырваться наружу, как ЦАО Лэй бросил его на произвол судьбы — и именно тогда он встретил Сяо Са.
Если говорить об этой жизни, то Сяо Са был его единственной навязчивой идеей, в то время как Ван Сuéбин был человеком, перед которым он испытывал вину. Если бы представилась возможность, после прихода Конца Света он хотел бы вытащить Ван Сuéбина за собой, позволив ему выжить... Но если бы это угрожало его собственной безопасности или ставило под удар Сяо Са... Взгляд Бай Цзина потускнел. Дело было вовсе не в том, что у него чёрствое или жестокое сердце — просто его сердце на самом деле было очень маленьким, настолько маленьким, что в нём мог поместиться только один Сяо Са...
Впрочем, если речь шла о Ван Сuéбине, то в подобной ситуации такого, должно быть, не произошло бы? Бай Цзин легко улыбнулся. Быть может, дело было в той готовности пожертвовать всем, что проявил тогда Ван Сuéбин, а быть может, в его безрассудной решимости — но почему-то Бай Цзин проникся к нему доверием. И дело здесь было вовсе не в сантиментах, а исключительно в вере в его человеческие качества.
Тук-тук-тук! — снаружи раздался стук в дверь.
Бай Цзин обернул простыню вокруг тела, отворил дверь и уже собирался шагать назад...
У Ван Сuéбина отвисла челюсть, он на мгновение замер, и его и без того не слишком светлое лицо мгновенно залилось багровой краской.
— Ты чего застыл? — Бай Цзин вовсе не думал, что, кроме этого парня Сяо Са, все вокруг — геи. Забрав одежду из рук Ван Сuéбина, он неторопливой походкой направился в ванную.
Внимательно вглядевшись в зеркало, он только сейчас заметил, что его кожа словно стала ещё нежнее, черты лица обрисовались куда резче и чётче, а щёки от недавнего купания слегка порозовели, приобретая полупрозрачное сияние. Похожие на чёрный нефрит зрачки были чистыми и бездонными, в них мерцало какое-то внутреннее сияние. Закутанный в простыню, с полуобнажённой грудью и влажными прядями волос, он в этот момент являл собой картину поистине завораживающей красоты...
Бай Цзин покрылся целой серией чёрных точек от скрытого раздражения — он никак не ожидал, что родниковая вода из Пространства обладает ещё и косметическим эффектом. Сменив одежду и растрепав чёлку на лбу так, чтобы она скрывала блеск в глазах, он почувствовал себя немного лучше.
Выйдя из ванной, Ван Сuéбин уже успел прийти в себя, хотя в его поведении всё ещё сквозила некоторая скованность. Он стоял с окоченевшим, натянутым лицом, а глаза его блуждали по сторонам, упорно избегая смотреть на Бай Цзина.
Бай Цзин не стал обращать на него внимания. Усевшись за стол, он сам открыл коробку с едой и принялся жадно уплетать её. Время было еще раннее, и после сытного обеда он вполне успевал съездить на биржу ценных бумаг. Его слова отцу о том, что он собирается играть на бирже, вовсе не были шуткой: он прекрасно знал тенденции фондового рынка текущего года, какие именно акции взлетят до небес, а какие принесут многократную прибыль. И хотя отец перевёл ему предостаточно денег, ему всё равно казалось, что этого не хватит.
В душе же Ван Сuéбина царило смутное удивление: почему поведение молодого господина выглядело так, будто тот несколько дней не ел? Если память ему не изменяла, до этого молодой господин накупил целую кучу закусок, и если бы не это, то из-за того, что молодой господин несколько дней не выходил из номера и не отвечал на звонки, матушка Чэнь наверняка уже заставила бы персонал отеля взломать дверь.
На самом деле он не знал, что Бай Цзин просто опасался лишних хлопот со стороны матушки Чэнь, а потому и набрал немного еды лишь для отвода глаз. С самого момента заезда в номер он действительно не проглотил ни крошки, если не считать той чашки родниковой воды.
Закончив трапезу, Бай Цзин не стал терять времени и сразу велел Ван Сuéбину везти его на биржу ценных бумаг.
Ван Сuéбин странно покосился на него: ему всё отчётливше казалось, что молодой господин в чём-то переменился.
Бай Цзин прекрасно понимал его чувства: если бы речь шла о его прошлой жизни, разве стал бы он вообще смотреть на какие-то акции? Так что удивление Ван Сuéбина было вполне естественным.
Когда они добрались до главного зала биржи, было ровно половина второго. Поскольку Бай Цзин числился VIP-клиентом, его немедленно проводили в отдельную комнату отдыха.
Уладив все формальности, Бай Цзин внёс на счет 20 миллионов и приобрёл несколько хорошо знакомых по воспоминаниям акций. Оставшиеся 10 миллионов он намеревался потратить на закупку припасов, рассчитывая по мере необходимости добирать средства с биржевого счёта.
После этого он приказал Ван Сuéбину отвезти его в крупнейший книжный магазин города Д. Там он скупил не только кулинарные книги, но и труды по традиционной китайской медицине, лекарственным травам, сборники «Бэньцао ганму», книги по ручной механике, сельскохозяйственным технологиям... и даже набрал целую гору самых модных в то время фэнтези-романов — столько, что ими можно было бы забить целую комнату.
Ван Сuéбин в тот момент стоял с отвисшей челюстью. Неужели его молодой господин решил круто измениться? С каких это пор он увлёкся чтением? К тому же, что это вообще за литература? Какая-то белиберда на все лады, разве молодой господин вообще способен в ней разобраться?
http://bllate.org/book/31040/3783028
Готово:
