Незваный гость
Среди чащобы Леса Черных Топей то и дело проскальзывала черная тень. Скорость ее была невероятна, и не успевал глаз выхватить ее толком, как она уже исчезала без следа. Эта черная тень принадлежала никому иному, как Лу Вэньжую, который в данный момент преследовал зверя цилана. Ростом тот достигал около десяти метров, отличался тучным телосложением, но бегал вовсе не медленно, да к тому же на бегу беспрерывно атаковал преследовавшего его Лу Вэньжуя своим толстым двухметровым хвостом.
Внутренний монолог зверя цилана: «Эм-м? Он всего лишь отлучился от стаи попить водички у реки, с чего это вдруг странное создание увязалось именно за ним? Хотя этот чужак выглядит таким крошечным, почему-то от него веет жуткой опасностью (авторская ремарка: звери обладают очень чутким нюхом), так что первой реакцией зверя стало бегство. Но почему же он двигается так быстро? Сидит на хвосте неотступно, и никак от него не отделаться. Как же это раздражает!»
Подобные догонялки длились уже больше часа. Лу Вэньжуй непринужденно применял Девять Теней Спирали: слегка касаясь носками стоп ветвей, он стремительно перемещался в пространстве, и его ладная фигура оставляла в воздухе лишь несколько остаточных образов.
Поглядывая на бегущего впереди зверя цилана, Лу Вэньжуй думал: «Сегодня и впрямь везет. Кто бы мог подумать, что животные, которые всегда держатся стаями и никогда не ходят поодиночке, вдруг заблудятся в одиночку? Да и эта тварь впереди, похоже, только-только взрослая особи, а бегает как быстро! Целый час прошел, а скорость ничуть не упала. Неплохо, неплохо».
Впрочем, он преследовал зверя просто ради развлечения, иначе уже давно вытащил бы Фэнцань и прикончил его одним ударом хлыста — жизнь в лесу была донельзя скучной. С тех пор как его Писание Девяти Инь достигло мастерства, дни потекли однообразно: еда, сон, охота да тренировки. Прежней постоянной тревоги как не бывало, на душе сразу посветлело, и оттого будни казались ужасно пресными.
Глянув на солнце, подбиравшееся к самому зениту, Лу Вэньжуй уже собрался было покончить с добычей, как вдруг зверь цилан впереди споткнулся и с размаху рухнул на землю, да так и замер лапами кверху. Ха, до чего же забавно! Пополам с растерянностью моргнув, зверь на земле тут же вскочил, настороженно уставился на Лу Вэньжуя и издал из глубины гортани предупреждающее низкое рычание.
Лу Вэньжуй поднял взгляд, бросил мимолетный взор на солнце, висевшее в самом центре небосвода, неторопливо вытянул из-за пояса Фэнцань, взмыл в воздух и обрушил удар хлыстом. Зверь цилан рухнул замертво, судорожно дернулся пару раз на земле и затих. В его не успевших закрыться звериных глазах застыли изумление и недоумение — вероятно, он никак не ожидал, что погибнет от одного-единственного удара!
Взвалив на плечо тушу зверя цилана, которая превосходила его собственного в несколько раз, Лу Вэньжуй затянул под нос веселый мотивчик и неспешно зашагал сквозь чащу. Вдруг ему показалось, что чей-то чужой взгляд скользнул по нему. Хотя ощущение было мимолетным, оно заставило насторожиться: не выдавая себя ни единым движением, он окинул всё вокруг цепким взором, но ничего не обнаружил. Вокруг лишь шелестел ветер. Ладно, пустяки, сперва надо отнести эту тушу домой, а там видно будет.
Шагая вперед, он украдкой, без малейшего подобия подозрительности бросил взгляд себе за спину. Фигуры преследователя он не заметил, но Лу Вэньжуй был уверен: обладатель того взгляда все еще где-то неподалеку. Поскольку было неизвестно, друг это или враг, оставалось лишь полагаться на собственную бдительность.
Вернувшись в пещеру, он споро разделал бамбуковым ножом тушу зверя цилана, а цельную шкуру аккуратно разложил сушиться на большой валун у входа.
В огородике снаружи он сорвал пучок диких овощей и зеленого лука, а заодно выкопал неподалеку немного картофеля и батата. Вернувшись к очагу, он отобрал среди нарезанных кусков мяса пожирнее, положил на каменную доску, искрошил кубиками и отложил в сторону. Затем взял кусок похудее и нарезал тончайшими ломтиками. В обе миски с мясом он щедро добавил молотый батат и домашние приправы, тщательно все вымесил и оставил мариноваться.
Разведя под очагом огонь, он бросил в угли несколько клубней батата печься. В каменный котел плеснул вытопленного из животного жира, бросил горсть зеленого лука, пару ломтиков старого имбиря, добавил немного солоноватой приправы, которую обычно использовал вместо соли, высыпал мясные куски и принялся энергично обжаривать.
Вымыв свежевыкопанный картофель и счистив с него кожицу речной ракушкой, он нарезал его кусочками, забросил в котел к мясу, перевернул пару раз, залил доверху большой миской воды, добавил приправ и прикрыл крышкой. (Строго говоря, крышкой это назвать было трудно — скорее, куском дерева с просверленными в нем отверстиями).
Достав из погреба два бамбуковых побега, он нарезал их, промыл и вскипятил в другом каменном котле большую миску воды. Когда та забурлила, закинул туда побеги и маринованное мясо, накрыл крышкой, а как только вода снова закипела, добавил специи, убавил огонь и вновь прикрыл котел.
Пока еда доходила, Лу Вэньжуй вытащил из-под очага прутиком парочку полностью пропекшихся клубней батата и принялся уплетать их, чтобы заморить червячка. Вскоре картофель с мясом и суп из побегов бамбука с мясом были готовы. Разложив всё по деревянным пиалам и водрузив на каменный стол, он принюхался: м-м, аромат стоял умопомрачительный. Глядя на это нехитрое кушанье, Лу Вэньжуй невольно проникся чувством глубокой благодарности к самому себе: после бесчисленных неудач на протяжении целого десятка лет ему всё-таки удалось выковать в себе приличные кулинарные навыки, и теперь желудок не был обижен. И пусть отыскать зерновые вроде риса и пшеницы так и не удалось, но картофель с бататом прекрасно заменяли их время от времени, так что скромная жизнь текла вполне сладко и сыро.
Глухой стук упавшего тяжелого тела оборвал мысли Лу Вэньжуя. Судя по звуку, громыхнуло прямо у входа в пещеру. Бросив палочки для еды, он стремительно выскочил к выходу и выглянул наружу. Совсем недалеко от входа лежал огромный двукрылый тигр с ослепительно-белой шерстью длиной около восьми метров. Издалека этот исполин казался целой горой. Однако грозный по всем канонам зверь сейчас выглядел донельзя жалко.
Белый тигр свесил голову, тяжело и прерывисто дыша. Его массивная морда уперлась в передние лапы, синие тигриные глаза были полузакрыты, вдоль спины выделялась глубокая рана длиной больше метра, изрядно пачкавшая белую шкуру, а задняя нога странно подогнулась. Судя по всему, правая задняя конечность была сломана.
Лу Вэньжуй молча воззрился на белого тигра. Он вовсе не считал его обычным диким зверем — скорее всего, это был орк из какого-нибудь чужого племени. В его прежнем племени водились разве что львы, тигров же он сроду не видел. И пусть белый тигр выглядел чертовски красиво, знакомы они не были, а потому следовало соблюдать осторожность: кто знает, зачем этот орк притащился к его логову?
Белый тигр почувствовал на себе буравящий взгляд Лу Вэньжуя, приподнял голову и уставился синими зрачками прямо на омегу с непонятным выражением в глазах.
Этим белым тигром был Милейк. Сейчас в его голове роились следующие мысли: «До чего же красивый омега! Необычная для сородичей стройная, ладная фигура наделена каким-то совершенно особым очарованием. А эти глубокие синие глаза, шелковистые серебристые волосы, едва заметная полуулыбка на губах — просто заворожить может! Когда он только что в лесу играючи прикончил зверя цилана, это зрелище уже запало в душу: сильный, необычный!»
Он ведь изначально отправился в далекий Лес Черных Топей специально для того, чтобы подстрелить пару зверей дагу и сделать из их шкур обновки для отца. Звери дагу водились исключительно здесь: шкуры их невероятно мягкие, сами они мелкие, но передвигаются так быстро, что поймать их — задача не из легких. Пропровозившись все утро и ничего не добившись, он уже собирался повернуть назад, как вдруг заметил поверженного зверя цилана и преследовавшего его омегу. И тут же стал свидетелем того, как этот омега расправился с добычей одним ударом.
Милейк был поражен. Он никак не ожидал, что какой-то омега способен одолеть зверя цилана высотой в десяток метров. К тому же у этого омеги были потрясающие волосы и глаза — совсем как у отца, разных цветов. И что он вообще один-одинешенек делает в Лесу Черных Топей?
Стоило ему лишь разок взглянуть на незнакомца, как тот мгновенно развернулся и уставился прямо на его укрытие — чутье у парня оказалось отменным. К счастью, Милейк успел вовремя затаиться, едва избежав разоблачения. Проводив взглядом омегу, волочившего добычу, он на почтительном расстоянии поплелся следом.
Вскоре он вышел к убежию омеги. Узнав, где тот живет, Милейк не рискнул задерживаться и отправился искать собственный обед.
Увы, удача отвернулась от него: в процессе охоты он то и дело отвлекался, вспоминая встреченного омегу, из-за чего прозевал нападение двух зверей дада. Получив рваные раны на спине и лапе, он все же загрыз тварей.
Заволокив туши в найденную пещеру, он вышел наружу в поисках хвороста для костра, но ноги сами собой привели его к пещере омеги. Побродив неподалеку от входа, Милейк сдуру споткнулся о валун, повредив и без того больную лапу, рухнул на землю — и нос к носу столкнулся с выбежавшим на шум омегой. Что теперь делать? Как бы то ни было, для начала показать отсутствие дурных намерений — верный шаг.
Покрутив в голове самые разные мысли, Милейк потащил больную лапу вперед и замер всего в полуметре от занявшего оборонительную позицию Лу Вэньжуя. Медленно подняв массивную голову, он уставился на него невинным взглядом.
Столкнувшись с этим простодушным выражением, Лу Вэньжуй опешил. Тоже мне, только что держался таким грозным, и на тебе! Что это значит? Переведя взгляд на громадную голову, упершуюся ему почти в грудь, он догадался: неужто зверь показывает, что не держит зла? Подставляет незащищенную шею прямо под удар — верно ведь?
Не успел он додумать эту мысль, как белый тигр, видимо, устав ждать в раздумьях, подался еще ближе, прижался пушистой мордой к его телу, потерся раз-другой и снова заглянул снизу вверх полными жалости глазами.
Лу Вэньжуй остолбенел от череды этих выкрутасов белого пушистика. Это еще что за фокусы? Строит из себя милашку? При таких-то габаритах вытворять фокусы комнатной собачки — не перебор ли? Впрочем, выглядело это чертовски умилительно. (Он ни за что и никогда не признается, что и впрямь умилился).
Пристально изучая белого тигра какое-то время, он решил, что тот вроде бы не замышляет дурного. А даже если и замышляет — собственной сноровки наверняка хватит, чтобы справиться. С этими мыслями Лу Вэньжуй повернулся и зашагал обратно в пещеру, за ним же, след в след, семенил огромный белый тигр. Издалека эта картина человека и зверя смотрелась донельзя гармонично.
Войдя в пещеру и окинув взглядом белого тигра, занявшего целую треть внутреннего пространства, Лу Вэньжуй снова поймал себя на мысли, что всё это чистой воды сюрреализм: с какой стати он вообще притащил эту громадину внутрь? Ладно, хватит ломать голову, пора возвращаться к трапезе. Проигнорировав взгляды, которые зверь то и дело бросал в его сторону, он уселся за стол и только взялся за пиалу, как до него донесся звук, напоминающий сглатывание слюны.
Повернув голову на источник звука, он увидел, что белый тигр попеременно смотрит то на него самого, то на блюда на каменном столе, тяжело сглатывает и при этом продолжает вовсю сверлить его голодным взглядом.
Чувствуя себя неловко под таким напором, Лу Вэньжуй отложил пиалу, поразмыслил и решил, что зверь, должно быть, и правда проголодался. Раз уж он сам приволок гостя в дом, поделиться едой вроде бы не зазорно.
Поднявшись к очагу, он наполнил две большие миски оставшимися в котле картошкой с мясом и супом из побегов бамбука, водрузил на каменный стол и обернулся к тигру.
— Тебя же не нужно с ложечки кормить? Раз голоден — давай оборачивайся быстрее, садись. Вот, эти две миски твои, рядом лежишь палочки, ешь сам.
Милейк уставился на объемные пиалы на столе и кивнул Лу Вэньжую. Проведя на ногах целый день, он действительно вымотался. Вспыхнул белый свет, и на месте тигра не осталось и следа — рядом стоял высокий мужчина двухметрового роста.
http://bllate.org/book/30862/3762942
Готово:
