Бу Фань считал, что это худший день в его жизни. Он и представить не мог, что первая в его жизни самостоятельная поездка из дома обернется таким кошмаром.
То старое здание, похожее на зеленого монстра, сплошь заросшее девичьим виноградом, только что исчезло — так, будто его никогда и не существовало. А все вещи Бу Фаня из-за того внезапного переполоха так и остались в том проклятом доме.
Банковская карта, удостоверение личности, наличные, сменная одежда, предметы первой необходимости — всё лежало в чемодане.
Теперь Бу Фану оставалось лишь радоваться, что в его руке было зажато извещение о зачислении...
Бу Фань сломя голову примчался к месту регистрации, битый час объяснял ситуацию принимающему документы преподавателю и обещал связаться с родными, чтобы позднее внести недостающую плату. К счастью, за обучение он внес деньги еще до начала семестра, так что теперь оставалось разобраться лишь с побочными мелочами.
Сначала преподаватель замялся, словно не имея полномочий принимать такие решения, но стоило ему сканировать штрих-код на извещении Бу Фаня и заглянуть в его личное дело, как на лице мужчины появилось крайнее изумление.
Преподаватель поднял голову, уставился на Бу Фаня и спросил:
— Ты тот самый студент, принятый в порядке исключения?
Бу Фань ошарашенно выдал:
— А? — Он ничего не понял, но отношение преподавателя мгновенно переменилось. Тот сделал звонок директору приемной комиссии и с легкостью оформил все документы для Бу Фаня.
Получив ключи от общежития и учебники, Бу Фань с удивлением обнаружил, что его комната имеет номер 521 — весьма занятное число.
Здание общежития выглядело очень солидным и высотным. Пятый этаж считался сравнительно низким, и едва переступив порог, Бу Фань сразу заметил огромное зеркало.
Многие учебные заведения вешали зеркала на входе, подразумевая, что студенты должны сначала заглянуть в себя и поразмыслить над собственным поведением, но чтобы зеркало висело прямо у входа в жилой корпус — с таким Бу Фань столкнулся впервые.
На зеркале красовались три старинных позолоченных иероглифа, излучавших властную суровость: Зеркало Освещения Душ.
Бу Фань цокнул языком: Столовая Вана Цзао, Зеркало Освещения Душ... Похоже, у этого учебного заведения было весьма своеобразное чувство стиля в выборе названий...
Слева от зеркала располагалась вахта, за которой сидел лысевший пожилой мужчина лет пятидесяти с лишним — судя по всему, комендант общежития.
В здании работал лифт, и Бу Фань поднялся на нем наверх. Комната номер двадцать один на пятом этаже находилась в самом углу и отличалась абсолютной тишиной. Весь этаж представлял собой гигантское кольцо с внутренним двориком посередине. Зачем понадобилось делать этот колодец света, оставалось загадкой — он лишь чудовищно разбазаривал пространство.
Подойдя к двери, Бу Фань увидел табличку с четырьмя именами. Первое имя было совершенно необычным, состоящим сразу из четырех иероглифов — Бэйтан Диу.
Глядя на это имя, Бу Фань подумал, что отца этого парня наверняка звали Бэйтан, а мать — Диу, вот они и назвали сына Бэйтан Диу.
Вторым значилось имя Е Ися, третьим — Ци Сюй, а четвертым — его собственное: Бу Фань.
Дверь оказалась не заперта, ключ не понадобился. Толкнув ее, Бу Фань увидел, что внутри уже находились двое парней, которые как раз разбирали вещи.
Стоило двери отвориться, как оба обернулись на звук. Первокурсники, возраст понятен без лишних слов.
Один из них, довольно крепкого телосложения, с квадратным лицом и простодушным выражением, увидев вошедшего, сразу приветливо улыбнулся и кивнул Бу Фану. Он производил впечатление крайне приятного в общении добряка.
Этот круглолицый парень улыбчиво произнес:
— Привет, меня зовут Ци Сюй.
Другой сосед оказался высокого, но не плотного телосложения, с особенно тонкими запястьями. Он носил полудлинные волосы, собранные на затылке в хвост, а его лицо поражало утонченностью и миловидностью. Правда, выглядел он не любителем поболтать — просто кивнул, не произнеся ни звука.
Ци Сюй тут же с улыбкой пояснил:
— Это Е Ися, мы вместе учились в старшей школе.
Бу Фань тоже представился. Ци Сюй был добродушным парнем, не слишком разговорчивым, но умевшим поддерживать беседу так, чтобы не возникало неловких пауз. Е Ися говорить не любил, но и холодности не проявлял — когда Бу Фань обращался к нему, он отвечал.
Бу Фань шумно выдохнул, почувствовав, что его четырехлетняя студенческая жизнь не должна стать слишком тяжелой. Ци Сюй и Е Ися ничуть не выказывали презрения из-за того, что он приехал из глуминки. Парни болтали друг с другом и одновременно раскладывали пожитки.
У самого же Бу Фаня все вещи пропали, раскладывать было нечего. Скосив глаза, он заметил, что на кровати напротив его спального места уже лежали чужие вещи, хотя самого хозяина не было — судя по всему, это и был тот самый сосед по имени Бэйтан Диу.
Стол Бэйтана Диу выглядел пугающе аккуратным: ни единой пылинки, абсолютная пустота. Лишь одиноко стояла кружка, а на самом краю примостился какой-то предмет — розовая пластиковая упаковка в милый белый горошек. Внутри лежала горстка... клубничных леденцов.
Уставившись на этот пакетик с клубничными конфетами, Бу Фань мгновенно расплылся в улыбке. Такие леденцы стоили сущие гроши и состояли сплошь из красителей; многие считали, что клубника сама по себе вкусная, а вот клубничные конфеты имеют на редкость странный вкус. Но Бу Фань обожал именно их.
Кто бы мог подумать, что уже в университете он найдет единомышленника!
Любящий клубничные леденцы человек наверняка обладает открытым характером, по крайней мере, с ним легко сойтись — совсем как с ним самим, подумал Бу Фань.
Только он мысленно расслабился, как случайно заметил стоящие у тумбочки напротив чужие дорожные сумки.
Черный чемодан и прислоненный к нему черный рюкзак. Бу Фань внезапно замер, лихорадочно вспомнив, что в тот самый миг, когда он вылетал из того проклятого здания, он столкнулся нос к носу с высоким, обладающим резкими и красивыми чертами лица первокурсником, который волок точно такой же чемодан и нес за плечами точно такой же рюкзак.
Какое совпадение...
Хоть Бу Фань еще не видел соседа по имени Бэйтан Диу в лицо, ему казалось, что он уже отлично представляет, как тот выглядит...
Пока Бу Фань мысленно удивлялся столь странному совпадению, Ци Сюй закончил возиться с вещами и весело предложил:
— Скоро полдень, пошли поедим! А после обеда надо будет подготовиться — разве во второй половине дня не вступительный экзамен?
Бу Фань опешил:
— Чего?
Е Ися повернул голову и бросил:
— Вступительный экзамен.
Бу Фань в ту же секунду выпал в осадок. Ци Сюй подтвердил:
— Ты что, не знал? В Ланьци каждый год при поступлении устраивают экзамен. Тех, кто его завалит, отчисляют.
Бу Фань почувствовал себя взъерошенным котом, у которого дыбом встала каждая шерстинка. После окончания школы он вообще не брал в руки учебников и понятия не имел ни о каких вступительных экзаменах. К тому же за неуспеваемость грозило отчисление — тогда зачем вообще было сдавать те тяжелые экзамены для поступления?
Заметив его панику, Ци Сюй дружески хлопнул Бу Фаня по плечу. Сам Ци Сюй отличался внушительным ростом и силой, так что от его шлепка у Бу Фаня едва не затрещали кости. Рядом с Ци Сюем Бу Фань казался донельзя хрупким.
— Да не переживай ты так, — ободрил его Ци Сюй. — В обед пойдем в Столовую Вана Цзао, подкрепим духовные силы. Говорят, тамошние блюда обладают свойством накапливать ци.
Бу Фань ничего не понял, но Ци Сюй уже потащил его за собой. Е Ися не любил телесных контактов, поэтому просто шел следом, и втроем они направились в Столовую Вана Цзао.
Столовая оказалась старинным зданием, построенным в виде традиционного четырехстороннего двора-сыхэюаня. Внутри толпы не наблюдалось. Поскольку деньги Бу Фаня пропали, благородный Ци Сюй великодушно пополнил за свой счет его студенческий билет.
Голова Бу Фаня была забита мыслями об экзамене, поэтому в очереди он стоял с абсолютно отрешенным видом, пока наконец не подошла его очередь делать заказ.
Бу Фань бросил взгляд на витрину. Первое блюдо на левом крае называлось — Фирменная свинина в соевом соусе Су Цзили от Вана Цзао.
Рядом красовалась приписка мелким шрифтом: Свойства: питание первоначальной ци и укрепление почек.
Бу Фань моргнул и перевел взгляд правее. Вторым блюдом шли Кисло-сладкие свиные полоски мастера Цзао, свойства: успокоение сердца и укрепление духа.
Далее следовали: Картофельная соломка истинного владыки Сымина, Тушеный тофу от повелителя девяти небес, Свинина двойного обжаривания по-деревенски от Вана Цзао, Первоклассный суп из горшочка, Пятизерновые мини-булочки из водяного ореха, Рис со сторговыми травами от мастера Цзао и тому подобное...
У Бу Фаня рябило в глазах. Что это вообще зазвания? До чего же эксцентричные, сразу видно — не родная деревня...
Выдававший еду мужчина средних лет дружелюбно улыбнулся:
— Парень, чего изволишь?
Бу Фань выбрал несколько приглянувшихся блюд: свинину в соевом соусе, картофельную соломку, добавил к ним суп в глиняном горшочке и две ляна риса.
Когда он озвучил заказ, дядя-раздатчик вытаращил на него глаза, смерил парня оценивающим взглядом с ног до головы и протянул:
— Эх, молодежь... Сил хоть отбавляй, а налегает на столько продуктов для почек. Выдержишь ли? Переусердствовать с подпиткой — тоже ничего хорошего, знаешь ли.
Бу Фань:
— ...
Бу Фань ничего не понял, потому что искренне не улавливал связи между свининой с картошкой и укреплением почек. Неловко улыбнувшись, он выдавил:
— Вы... вы шутите.
Расположившись за столом, они принялись за обед. Бу Фань поинтересовался:
— А что вообще спрашивают на этом экзамене?
— Да ничего особенного, сплошная общая эрудиция, — успокоил его Ци Сюй. — Не переживай, ничего запредельно сложного, точно сдашь. Я вообще не слыхал, чтобы из прежних потоков кого-то отчисляли.
Тут Ци Сюй тихонько усмехнулся и добавил:
— Е Ися у нас отличник. Если чего-то не будешь знать, садись рядом с ним на экзамене.
Е Ися ел с преувеличенной аккуратностью и лишь обреченно закатил глаза.
Бу Фань только-только проглотил эту таблетку для успокоения совести, как Ци Сюй выдал новую порцию новостей:
— А, да! Сразу после письменного экзамена начнется проверка физической подготовки, так что не наедайся до отвала, а то укачает.
Ошеломленный Бу Фань переспросил:
— Еще и физкультура?!
Ци Сюй кивнул и принялся загибать пальцы:
— Пустяки. Всего лишь полуторка, отжимания, сила хватки и всё в таком духе.
С каждым новым словом страх Бу Фаня крепчал. С чего это вдруг для поступления требуется столько испытаний?
После обеда все вернулись в общежитие немного отдохнуть, а затем вместе с толпой первокурсников потянулись к экзаменационным аудиториям. Войдя в огромный класс, Бу Фань и Ци Сюй остолбенели: рассадка оказалась строго по местам, так что списать у Е Ися не было ни единого шанса.
Едва Бу Фань опустился на стульчик, как рядом с ним примостился еще один студент. Повернув голову, он с удивлением узнал знакомого!
Рядом устроился молодой мужчина. Хотя тот сидел и оценить его рост было трудно, по широким плечам угасалось отменное телосложение — пожалуй, он даже превосходил Ци Сюя. Лицо молодого человека отличалось правильными чертами и глубокой выразительностью, а особенно поражали глаза: в их черноте мерцали слабые лиловатые отблески.
Это был Бэйтан Диу.
Бу Фань откровенно пялился на него. Заметив этот взгляд, Бэйтан Диу повернулся. Бу Фань тут же замахал руками:
— Опять встретились! Ты случайно не в 521-й комнате живешь? Мы же соседи по общежитию! Меня зовут Бу Фань.
Бэйтан Диу окинул его взглядом и бесстрастно бросил:
— Я знаю.
Бу Фань слегка озадачился: откуда он знает, как его зовут? Однако развить тему не получилось — в аудиторию вошел преподаватель и принялся раздавать бланки.
Разнося билеты, преподаватель пояснил:
— Этот экзамен является распределительным. Хотя все вы студенты философского факультета, в зависимости от ваших индивидуальных талантов вы попадете в разные классы для дальнейшего углубленного обучения. Разумеется... те, кто не наберет проходной балл, потеряют право на обучение, так что отнеситесь к делу со всей серьезностью.
Изначально обрадовавшийся появлению Бэйтана Диу и немного успокоившийся Бу Фань при этих словах вновь впал в панику.
Листок лег перед ним: добрая половина вопросов предполагала автоматическую проверку ответов, а вторая часть требовала письменных ответов.
Бегло просмотрев тест, Бу Фань обнаружил множество тестов с выбором вариантов, затем блок заданий на заполнение пропусков и, наконец, сочинение в самом конце.
Сначала Бу Фань прочитал тему эссе: Напишите сочинение на основе строк из Цзыцин чжисюань цзи: Полслова или фразы ведут к постижению сокровенного, к чему тысячи страниц алхимических трактатов? Если человек не обременен бренной оболочкой, перед его глазами — бескрайние небеса Дало. Требования: 1. Выбрать угол зрения и название самостоятельно; 2. Жанр свободный (кроме стихов), с ярко выраженными жанровыми особенностями; 3. Объем не менее 800 иероглифов; 4. Никакого плагиата и готовых шаблонов.
Мозг Бу Фаня мгновенно заплыл туманом: что еще за Цзыцин, что за небеса Дало такие?!
Судорожно перевернув страницу, он уставился на заполнение пропусков: Даосы считают выплавление металлов и минералов внешней пилюлей; дыхание дракона и тигра, ________ — внутренней пилюлей.
Какое еще дыхание дракона и тигра? Это что, лево-тигровый зверь какой-то?
Дрожащими пальцами Бу Фань листал дальше — к первой части с тестами.
1. Что называют бурой в алхимии?
A. KNO3; B. Hg2Cl2; C. Pb3O4; D. Na2B4O7.
2. Царство Усянь считается цивилизацией шаманизма с самой древней историей в летописях. Откуда берет истоки шаманское искусство царства Усянь?
A. Выращивание злых духов; B. Добыча поваренной соли; C. Искусство гу; D. Проклятия.
3. Каким по счету источником в Аду Девяти Источников — предтече подземного мира — является второй источник?
A. Ледяной источник; B. Источник Фэнцюань; C. Желтый источник; D. Ку Цюань.
У Бу Фаня окончательно рябило в глазах. Казалось, дело не ограничивалось рябью: в глазах вспыхивали искры, всё заволокло темнотой, а в голове образовалась абсолютная пустота. Неужели эти вопросы действительно входят в экзаменационную программу?..
http://bllate.org/book/30818/3757658
Готово:
