Его друг рассказал ему о последних движениях тех молодых господ, и информацию можно было назвать исчерпывающей.
Кто бы мог подумать, что у У Яня, простого сироты, такая ошеломляющая сеть связей? Стоило ему захотеть, и раздобыть нужные сведения оказывалось совсем не трудно.
Услышав о действиях Жун Сюя и остальных, У Янь легкомысленно фыркнул — и впрямь замашки не из мелких.
Друг поддразнил его по телефону:
— Те парни, чтобы отыскать тебя, едва ли не весь Город Цзиньхай перевернули вверх дном. Говорят, эти мажоры ищут не иначе как сбежавшую молодую жену.
— Катись к черту, — с улыбкой выругался У Янь, а затем добавил: — И ты тоже будь осторожнее, не позволяй им заметить твои махинации.
Друг хмыкнул:
— Не бойся, всё схвачено. У этих мажоров хоть и власти выше крыши, а связь со мной им ни за что не отыскать. Кстати, ты где прячешься в последнее время? Так скрытно, говорят, тот из клана Хэлянь даже Небесное Око задействовал.
У Янь чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету. Его интонация, как и всегда, была ленивой, источая напускную, дерзкую уверенность.
— В доме с призраками.
Друг на мгновение замолчал, а затем рассмеялся:
— Ну ты и даёшь.
Повесив трубку, У Янь извлек сим-карту, переломил ее пополам и вставил новую.
К этому пари с Жун Сюем он относился осторожнее, чем кто-либо другой.
Он знал, что Жун Сюй непременно подготовит ставки крупнее, ожидая, пока он сам попадется в ловушку.
Но и он сам подготовился сполна.
Эта Игра Ужасов считалась еще одним козырем в его руках.
Если он победит, ему больше не придется прятаться.
А если проиграет... нет, он даже не думал о поражении.
У Янь лениво прислонился спиной к стене дома с призраками. Он так и стоял, безмятежно глядя на залитый огнями далёкий горизонт городского пейзажа, а взгляд его был сосредоточенным и глубоким.
Кто бы мог подумать, что в своем разуме он уже смоделировал и распланировал сотни партий?
Всё было готово, оставалось лишь чиркнуть по фитилю, и противостояние начнется.
……
В то же самое время на другом конце пригорода, но совсем не в таких заброшенных и убогих местах, как Восточный пригорок, а в знаменитом элитном районе, располагались Жун Сюй с остальными.
Повсюду виднелись поместья и виллы, где жили исключительно высокопоставленные чиновники и богатеи. Хотя это место находилось на некотором расстоянии от центра города, отсюда открывался лучший вид на море во всем Городе Цзиньхай, а каждый клочок земли здесь стоил баснословных денег.
Жун Сюй считал себя человеком, умеющим жить с комфортом, но все равно не удержался от возгласа, оценивая размах Ли Чжэнъюя:
— А у тебя тут местечко — занятное.
Кто бы мог подумать, что Ли Чжэнъюй выкупит близлежащий остров и выстроит на нем целый особняк.
Все эти молодые господа были избалованы подлинной, щедрой роскошью, взращенной на огромных деньгах. Даже сидя в небрежном виде, они излучали невыразимую ауру — ту самую прирожденную невозмутимость и уверенность в себе.
Их уверенность кардинально отличалась от уверенности У Яня: У Янь был диким, способным поставить на кон собственную жизнь, в то время как они с малых лет получали абсолютно всё без труда, отчего и развили в себе высокомерие, глядя на всех свысока.
Для них это тоже было первой встречей с таким вызовом, какой бросил У Янь. И пусть они собрались с силами, чтобы дать отпор, в глубине души всё равно продолжали смотреть на него свысока.
Ли Чжэнъюй неторопливо отпил чаю и изящно улыбнулся:
— Я всё здесь обустроил так, что и муха не пролетит. Если он и впрямь посмеет явиться, ручаюсь, ему больше не сбежать.
Даже обладай он этой аномальной способностью.
Ци Лэ тоже усмехнулся:
— А я прямо-таки в предвкушении.
По сравнению с ними Жун Сюй был возбужден куда сильнее: его зрачки непрерывно дрожали, а уголки губ не переставали ползти вверх.
На сей раз он подготовился всесторонне, твердо намереваясь сделать так, чтобы У Янь уже не смог вернуться назад.
Он перевел взгляд на Ци Лэ:
— Те камеры тоже готовы?
Ци Лэ шутливо, без всякого уважения отдал честь:
— Докладываю по команде, командир: все модели самые последние, дроны также расставлены по позициям.
Хэлянь Цзэ бросил на Ци Лэ взгляд и холодно хмыкнул:
— Узнай твой отец, что ты за его спиной задействовал эту аппаратуру, он бы с тебя шкуру живьем спустил.
Ци Лэ лишь весело улыбнулся, ни капли не переживая:
— А вот и не позволим ему узнать.
Хотя держались они непринужденно, любой, кто знал их близко, заметил бы в глубине их глаз сверкающий азарт.
Так ведут себя охотники, испытывающие предельное волнение в ожидании добычи, ступившей в силки.
……
Удостоверившись, что Жун Сюй остался совсем один, У Янь использовал последний шанс [Преследователь из темного переулка].
Стоило его фигуре появиться в островном поместье, как в наушнике у Жун Сюя раздался слегка взволнованный голос Ли Чжэнъюя:
— Он появился!
Жун Сюй ощутил позади порыв ветра, но увернуться не успел — кто-то сбил его с ног, опрокинув лицом в землю.
У Янь прижал его поясницу коленом, поднял глаза на жужжавшие в небе несколько дронов и чуть приподнял брови, глядя на беспилотники.
Он с улыбкой посмотрел на Жун Сюя, чье лицо терлось о землю:
— Молодой господин Жун, к чему такая пышная церемония встречи? Я даже немного польщен.
Жун Сюй чувствовал, как камни на земле причиняют боль, но всё равно растянул губы в победной улыбке и сдавленно произнес:
— У Янь, на этот раз тебе не убежать! Встань на колени и покорно послужи мне собакой, тогда, пожалуй, я буду чуточку помягче с тобой.
У Янь невозмутимо окинул взглядом окрестности: вокруг было относительно пусто, хотя деревьев и зарослей хватало — прямо как в той островной карте из полученных им сведений.
Он опустил глаза, тяжело нажал коленом на спину противника и усмехнулся:
— Что, раны зажили, и язык снова развязался?
От боли лицо Жун Сюя исказилось, и он взревел в наушник:
— Чего вы ждете, живо!
В следующее мгновение из травы и из-за всевозможных укрытий показалось несколько черных зловещих стволов. Раздалось несколько тихих хлопков, и в сторону У Яня полетели дротики с наркотиком.
Брови У Яня дернулись, и на чистом инстинкте он рывком притянул к себе Жун Сюя, используя его тело как живой щит от инъекций.
Его реакция оказалась настолько безумно быстрой, что стрелки невольно застыли в изумлении.
Жун Сюй получил в грудь сразу три дротика и остолбенел.
Хотя он и предполагал, что его могут случайно задеть, кто бы мог подумать, что У Янь прикроется им как щитом? Это было просто верх бесстыдства.
Сознание начало затуманиваться, он изо всех сил таращил глаза, пытаясь разглядеть У Яня, и перед тем, как окончательно потерять сознание, с трудом выдавил последние слова:
— У Янь... я жду... пока ты станешь... моей собакой.
У Янь презрительно фыркнул, отпихнул его ногой и, опережая новую волну атаки, с молниеносной скоростью бросился в близлежащие заросли.
И действительно, сзади снова полетели иглы с усыпляющим средством, но У Янь двигался настолько проворно, что реагировал едва ли не на малейший шорох — прямо как дикий кот.
Тем временем Ли Чжэнъюй, наблюдавший за всеми мониторами из командного пункта, затянул шнурок куртки под самое горло, подобрал лежавшую рядом пневматическую винтовку модели 901 и произнес в гарнитуру:
— Осталось девять минут. Охота начинается.
В наушнике раздалось несколько подтверждений: от Хэлянь Цзэ, Ци Лэ и еще пары наемников, которых они привлекли к делу.
В этой тщательно расставленной сети облавы У Янь, даже превратись он в муху, не смог бы вылететь с острова.
Глава 11
— Молодой господин Ли, цель побежала на юг.
— Загоняйте его к точке назначения, там устроена засада.
Изначально Ли Чжэнъюй планировал лишь отдавать приказы из командного пункта, но ему так хотелось лично поучаствовать, что он даже заставил Ци Лэ раздобыть винтовку модели 901, а ведь такие использовались исключительно в специальных операциях.
Ради одного лишь У Яня эта троица раскошелилась по-крупному.
Жун Сюй платил деньги, Ли Чжэнъюй предоставлял поместье, а Ци Лэ — винтовку и дроны.
Даже Хэлянь Цзэ задействовал Небесное Око, пусть обнаружить местонахождение У Яня ему так и не удалось.
Все эти дни молодые господа тратили средства и силы, выстраивая стратегии и планируя операцию, вложив в это уйму энергии. Поэтому личное участие и поимка У Яня манили их с непреодолимой, фатальной силой.
Ли Чжэнъюй даже снял свои очки в золотой оправе — у него было идеальное зрение, а носил их он лишь для вида, чтобы казаться утонченным и вежливым. Лишившись очков, он словно сбросил печать сдерживания, и во всем его облике проступила неуловимая, зловещая хищность.
Среди всех них, не считая самого Жун Сюя, он был самым возбужденным и активным, на его лице буквально было написано неподдельное влечение к У Яню.
— Ш-ш-ш…
В гарнитуре раздался статический шум: один из наемников настиг У Яня, и между ними завязалась драка.
Для этой операции они не стали привлекать толпу — Жун Сюй уже убедился, что от большого количества бесполезных подручных толку ноль, поэтому на сей раз выложил кругленькую сумму за профессиональный отряд наемников.
Командир того отряда в прошлом служил в спецвойсках и отличался огромной силой. Как бы хорошо ни дрался У Янь, он оставался всего лишь обычным человеком, так что исход был предрешен — победа явно была на их стороне.
Ли Чжэнъюю тоже было любопытно: выдвигая это пари, У Янь действительно страдал избытком самоуверенности или же приберег какой-то козырь в рукаве?
Он сгорал от нетерпения, ему не терпелось поскорее схватить этого дерзкого и дикого юношу.
Из наушника донеслись звуки ударов и борьбы — судя по шуму, схватка выдалась жестокой и яростной.
Тот, с кем У Янь столкнулся сейчас, был рядовым бойцом отряда, но для обывателя — далеко не слабаком.
Интересно, сможет ли У Янь одолеть его?
Наконец звуки стихли, и в гарнитуре вновь послышалось шуршание.
Поймали?
Все, кто спешил в ту сторону, подумали об одном и том же.
В следующую секунду слегка сбитый с дыхания голос произнес прямо в наушник:
— Эй, господа, а вы знаете, как называется дым, который вдыхают в легкие?
Этот голос, пропитанный бунтарским ветром и непринужденной хрипотцой, тяжело ударил по барабанным перепонкам слушателей.
Он тихо рассмеялся — нагло и дерзко.
— Легочный туман.
Бежавшие к тому месту наемники тяжело дышали, крепко сжимая винтовки. Услышав голос У Яня, они замерли от неожиданности, а затем в их глазах вспыхнули ярость и свирепость — животная мужская сущность пробудилась окончательно.
Ха, какая наглость.
Ли Чжэнъюй затаился в засаде на пути, мимо которого У Янь должен был пробежать неизбежно. И впрямь, вскоре показался убегавший от преследователей юноша.
Он вскинул винтовку, и темное жерло дула точно нацелилось на бегущего парня.
Ли Чжэнъюй увлекался стрельбой: у него дома даже был обустроен тир, а временами он выезжал за границу охотиться на медведей и волков, так что стрелял великолепно.
Он был абсолютно уверен, что сможет поразить У Яня с первого же выстрела. Тонкие губы Ли Чжэнъюя тронула легкая улыбка, а в глубине зрачков мелькнул зловещий блеск, выдавая затаившуюся гадюку.
— У Янь, сможешь ли ты увернуться на этот раз?
Девяносто первая модель отличалась не только высокой скоростью срабатывания, но и тихим звуком выстрела, что делало ее идеальной для скрытных атак. Поэтому в момент выпуска капсулы с транквилизатором У Янь не услышал ни малейшего шума.
http://bllate.org/book/30793/3754969
Готово:
