Воспользовавшись тем, что Чу Сяочэн замолчал, подбирая слова, он продолжил:
— Мои коллеги как раз смотрят записи камер видеонаблюдения семьи Хэ. Объясняю: мы, полиция, ведём расследование вовсе не против господина Хэ Ланя, просто в этом деле действительно есть подозрительные моменты.
Чу Сяочэн развёл руками:
— И что, теперь эти подозрения развеялись? Всё, что следовало сказать, мой подзащитный уже сказал. Можем мы идти?
— А по-вашему, они развеялись? — Лин Туси моргнул, не сводя глаз с Хэ Ланя, но было непонятно, к кому именно он обращается.
Его взгляд в этот момент был необычайно сосредоточен, в нём полностью отражалась закалка и опыт настоящего сыщика. Хэ Лань машинально выпрямился, спокойно выдерживая его взгляд.
На самом деле Лин Туси уже получил известие: в особняке семьи Хэ камеры наблюдения были установлены только в холле. Из-за особенностей ракурса в поле зрения попадали главным образом гостиная на первом этаже, лестница и узкая полоска пола в коридоре второго этажа.
Тем не менее удалось рассмотреть, что в промежутке с двух часов дня до половины второго ночи Хэ Лань не покидал своей комнаты. Кроме семейного врача Цинь Маня, больше никто в сторону его комнаты не заходил.
И всё же, пока не прояснился вопрос с отпечатками пальцев, он не мог полностью поверить в невиновность Хэ Ланя.
Лин Туси сурово обратился к Чу Сяочэну:
— Сейчас нельзя исключать вероятность того, что кто-то намеренно пытался подставить господина Хэ Ланя. Это делается и ради его безопасности — разумеется, если он сам этого захочет.
Чу Сяочэн взглядом попытался подтолкнуть Хэ Ланя к ответу.
Хэ Лань вдруг горько усмехнулся:
— Лучше поскорее отыщите доктора Циня, иначе мне теперь и в Жёлтой реке не отмыться.
Лин Туси кивнул:
— Мои коллеги уже ищут его. До тех пор, пока всё не прояснится, я считаю, вам будет безопаснее оставаться в нашем отделе уголовного розыска.
Брови адвоката Чу взметнулись вверх:
— Капитан Лин, мой подзащитный тяжело болен, ему не место в столь сомнительном заведении! Если ваш допрос носил чисто формальный характер, то я намерен увезти его прямо сейчас. Если же вы считаете его подозреваемым и собираетесь поместить под стражу, предъявите официальные документы, и я оформлю для него поручительство до суда!
Лин Туси нахмурился:
— Вы только что сами высказывали подозрения, что кто-то подменил лекарство отца и сына Хэ. Сейчас он в опасности.
Адвокат Чу посмотрел на Хэ Ланя и, не заметив от того никакой реакции, самовольно принял решение:
— У нашей корпорации Хэ есть собственные меры безопасности, полиция может о нас не беспокоиться.
Столь крупные компании стараются избегать любых скандалов. Смерть Хэ Вэйюя и без того попала на утренние заголовки новостей, а если Хэ Ланя еще и задержат в полицейском участке, то, не говоря уже о прочем, одни только акции Хэ рухнут в пропасть.
Лин Туси понимал это и, услышав такие слова, не стал настаивать дальше.
Однако Хэ Лань неожиданно сменил позу, расслабленно откинувшись на спинку стула, и с улыбкой произвел:
— А я считаю, что господин полицейский прав. Пожалуй, останусь-ка я в уголовном розыске, пока дело не будет расследовано до конца. Простите за беспокойство!
Чу Сяочэн остолбенел.
— Молодой господин Лань, это…
— Ничего страшного. Я верю, что капитан Лин быстро во всем разберется — в конце концов, он такой способный.
Лицо Лин Туси слегка окаменело: ему показалось, что слово способный прозвучало с некоторой насмешкой.
Покраснев до ушей, он откашлялся:
— Ладно, пусть пока будет так. Ся Шэнбо, сходи в справочное бюро, пусть подготовят комнату для господина Хэ!
С этими словами он подхватил блокнот и широким шагом вылетел из кабинета, словно спасаясь бегством.
Хэ Лань и адвокат Чу следовали по пятам за Ся Шэнбо, покидая давящую атмосферу допросной.
Ся Шэнбо на ходу отправил несколько сообщений в Вичате и, прежде чем выйти за главную дверь административного здания отдела уголовного розыска, вполоборота уступил дорогу.
Он указал на соседнее здание:
— Общежитие городского управления находится вон в том корпусе. Я уже договорился, идите прямо к администратору, комната 206.
Адвокат Чу снова принялся сердито таращить глаза:
— Ты нас даже не проводишь?
Ся Шэнбо презрительно усмехнулся и зашагал прочь.
Адвокат Чу сделал движение, будто собирается броситься в погоню:
— Что за манеры! Я буду жаловаться на тебя!
Ся Шэнбо обернулся и свирепо ткнул пальцем в собственный нагрудный жетон с личным номером:
— Жалуйтесь! Ся Шэнбо!
Адвокат Чу от злости лишился дар речи, а Хэ Лань с улыбкой тронул его за локтевой сгиб:
— Бросьте, возвращайтесь назад!
Едва он заговорил, как тут же собрал на себя весь огонь.
Чу Сяочэн был похож на газовый баллон, к которому поднесли искру:
— Молодой господин Лань, неужели вы не понимаете? Если это дело и впрямь вас не касается, держитесь от него подальше, не пачкайте компанию грязью! Господин генеральный директор вернется только к вечеру, а до тех пор — умоляю вас, не произносите ни слова, хорошо?
Хэ Лань равнодушно бросил на него взгляд и неспешно направился в сторону общежития:
— Я ведь ничего такого не сказал.
— Вы молоды и еще жизни не видели, не знаете всех этих подводных камней! Эти копы ради раскрытия дела пойдут на любые ухищрения. Тот тип по фамилии Лин только что откровенно вас блефовал! Конечно, наша совесть чиста, но вы же наследник корпорации Хэ, одно неосторожное слово — и весь концерн зашатается! Самое разумное сейчас — тихо сидеть дома и ждать окончательных результатов, и пусть полиция делает что хочет!
— Хорошо, договорились. Впрочем, Лин Туси тоже прав: а вдруг и вправду кто-то хочет меня прикончить? У них тут всё-таки безопаснее! — Хэ Лань чуть изогнул губы в улыбке. — Можете не провожать, я сам дойду. А когда вернется А-нян, пусть заглянет сюда ко мне!
— Эй? Молодой господин Лань… — Чу Сяочэн с досадой глядел ему вслед и лишь тогда, когда тот скрылся в дверях здания, вытащил телефон.
Офисное здание городского управления излучало торжественную атмосферу. На безупречно чистом полированном мраморе пола не было ни единого пятнышка; едва войдя в вестибюль, Хэ Лань увидел на стене напротив государственный герб и эмблему полиции, под которыми располагалось несколько досок объявлений. Скользнув по ним взглядом, Хэ Лань мгновенно выхватил глазами фотографию Лин Туси в форме.
Строгое лицо под козыраком фуражки, гордая осанка, а в глазах — пронзительный, устремленный вдаль взгляд. Хэ Лань подошел ближе и прочитал две строчки мелкого шрифта под именем.
Всекитайский образцовый народный милиционер.
Передовик производства и образцовый работник года.
Он медленно передвинулся в сторону, пока резкие черты его собственного худого лица полностью не совпали с отражением человека на фотографии, и лишь тогда замер, глядя прямо в глаза запечатленному на снимке образу. Спустя мгновение он повернулся, остановил проходившего мимо полицейского и расспросил, где находится общежитие.
Благодаря предварительному звонку Ся Шэнбо, Хэ Лань прошел простейшую процедуру регистрации и на совершенно законных основаниях поселился в здании управления общественной безопасности.
Комната в общежитии оказалась простой и чистой, паркет на полу слегка выцвел, но зато имелись телевизор и душевая, а в окно доносился свежий аромат зелени с уличных клумб.
Он присел на белоснежную простыню и включил телевизор, обнаружив, что из всех каналов доступен только новостной.
Председатель совета директоров корпорации Хэ, господин Хэ Вэйюй, трагически скончался сегодня ночью у себя дома. Все круги общественности выражают глубокие соболезнования. Сообщается, что…
Хэ Лань некоторое время рассеянно смотрел в экран, затем достал телефон и под элегантный голос женщины-диктора набрал короткое сообщение:
Я проголодался.
Я проголодался
Покинув допросную, Лин Туси без промедления созвал совещание с несколькими подчиненными.
У Ли с самого возвращения сидела перед монитором бок о бок с техником по имени Сяо Сюй, изучая записи с камер.
Начиная с часу дня вчерашнего дня, помимо Хэ Вэйюя, Хэ Ланя и привезшего их Гу Цина, никто в особняк семьи Хэ не входил и не выходил. На видео также запечатлели семейного врача Цинь Маня.
В промежутке между половиной второго и половиной третьего он несколько раз прошел туда-сюда между своей комнатой и комнатой Хэ Ланя — судя по всему, как раз в тот временной отрезок, когда, по словам тетушки Лун, Хэ Лань чувствовал себя неважно. В четыре часа восемь минут он зашел в спальню покойного Хэ Вэйюя, держа в руках тот самый желтый флакон с лекарством, а выходя оттуда с пустыми руками, спустился вниз и покинул особняк через парадный вход.
— До сих пор не удается найти Цинь Маня?
— Ой, коллеги, устроившие засаду на Кленовой улице, говорят, что Цинь Ман домой так и не возвращался. У тетушки Лун тоже спрашивали — в доме семьи Хэ он не появлялся.
Лин Туси задумался:
— Проверьте его машину.
— Есть! — У Ли пробормотала: — По логике вещей, новости гремят на всех каналах, он же должен знать, что его работодатель умер? Должен был хоть как-то объявиться, если только…
— Я тоже всё это время подозревал, что это он повозился с лекарствами, но мотив неясен. И Хэ Лань, и тетушка Лун утверждают, что в последнее время за ним не замечалось никаких странностей.
— Мотив… — У Ли погрузилась в раздумья.
Лин Туси попытался рассуждать логически:
— У кого из всех людей был самый сильный мотив убить Хэ Вэйюя? Кто больше всех желал его смерти?
У Ли подумала пару секунд и вдруг изобразила жест человека, которого осенило:
— Хэ Сынянь! Все же говорят: сначала остепенись, потом делай карьеру. Он наверняка испугался, что после брака Хэ Ланя с семьей Гу тот начнет вмешиваться в дела компании и задвинет его, приемного сына, на второй план. Вот он и пустился во все тяжкие, решив прикончить обоих членов семьи Хэ! Он ведь был в командировке и не знал, что Хэ Лань женится, вот его план и дал осечку… Стойте-стойте, а ведь женитьба Хэ Ланя явно была спонтанным решением, иначе зачем ему было ждать Хэ Сыняня? Тот ведь — важнейший представитель корпорации Хэ!
Она с надеждой уставилась на Лин Туси, ожидая похвалы.
Однако Лин Туси с ней не согласился:
— Хэ Сынянь все эти годы прекрасно управлял корпорацией Хэ, очень добросовестно. Если бы он замышлял недоброе против отца и сына Хэ, ему не было нужды ждать до сегодняшнего дня.
У Ли поджала губы, мысленно признавая, что шеф есть шеф.
— Сейчас самое главное — отыскать Цинь Маня и до конца выяснить, была ли история с лекарствами его служебной халатностью или заранее спланированным преступлением! Также нельзя исключать, что это действительно несчастный случай, мы не имеем права вешать ярлыки без улик.
— Так точно! — У Ли перевела взгляд и озвучила терзавшее ее сомнение: — Капитан Лин, а отпускать Хэ Ланя вот так просто — это вообще нормально?
Лин Туси посмотрел на экран компьютера: на записи из прихожей как раз медленно проходила тетушка Лун, неся в руках стопку аккуратно сложенных простыней.
Он твердо произвел:
— Я ему верю. Мой многолетний опыт сыщика подсказывает: это не он!
У Ли преклонялась перед Лин Туси, а услышав такое, и вовсе возразить ничего не смогла:
— Капитан Лин, тогда я сейчас же отправлюсь в дорожную полицию, попробую пробить машину Цинь Маня по уличным камерам!
Лин Туси кивнул:
— Ступай!
Дзинь!
Телефон внезапно издал короткий сигнал входящего сообщения.
Он замер на секунду, даже не сразу сообразив, что это за звук — в самом деле, кто в наши дни пользуется текстовыми сообщениями?
Взяв аппарат в руки, он увидел незнакомый номер, а содержание было предельно лаконичным — всего три иероглифа.
Я проголодался.
Лин Туси сжал телефон чуть сильнее и невольно бросил взгляд в сторону стоявшего неподалеку административного здания городского управления.
http://bllate.org/book/30741/3748364
Готово:
