Стоило только заставить Цзян Му помолчать, как этот человек начинал казаться идеальным со всех сторон.
Но порой, глядя на то, как его вечно острый на язык рот оказывается вусмерть исцелован им самим, Фэн Шэнтянь чувствовал, как в груди разгорается ещё более сильный зуд.
Фэн Шэнтянь глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки и выгнать из головы все посторонние мысли.
Однако не успел он и мысли разогнать, как Цзян Му вдруг громко рассмеялся, глядя в экран телефона.
Фэн Шэнтянь: «……»
Рассмеявшись в голос, тот лишь на половине смеха сообразил, где находится, молниеносно зажал рот ладонью и виновато посмотрел на него, но плечи всё ещё продолжали подрагивать.
Вот и всё, от романтического настроя не осталось и следа.
Не успел он испытать досаду, как дверь кабинета внезапно отворилась. Это был Цэнь Юань, а следовавший по пятам Сяо Чжоу виновато и растерянно смотрел на него.
— Генеральный директор Фэн, прошу прощения, молодой господин Цэнь говорит, что у него к вам важное дело.
С чего бы это вдруг важным делам взяться, слегка нахмурился Фэн Шэнтянь. Не успел он ничего ответить, как Цзян Му на той стороне поднялся на ноги:
— Тогда не буду отвлекать генерального директора Фэна, я пойду.
В сердце Фэн Шэнтяня мелькнуло невыразимое чувство недовольства и глухого раздражения. То ли его задело показное благоразумие и такт Цзян Му, то ли безрассудная настойчивость Цэнь Юаня — так или иначе, он решил, что Цзян Му ведёт себя так скромно лишь потому, что знает об их с Цэнь Юанем прошлой связи и хочет избежать неловкости, поэтому бросил Цзян Му:
— Никуда не уходи, садись на место.
Лицо Цэнь Юаня тут же изменилось, но прежде чем он успел что-то вымолвить, Цзян Му озадаченно протянул «а?» и даже бросил взгляд на экран телефона:
— Но Сяо Хэ говорил мне, что скоро начнётся съёмка. У генерального директора Фэна есть какое-то дело?
Все трое в комнате мгновенно умолкли, быстро затягиваясь неловкой атмосферой. Став свидетелем того, как начальник выдает желаемое за действительное, Сяо Чжоу проявил чудеса проницательности — в мгновение ока ретировался и тут же закрыл за собой дверь с внешней стороны.
— Есть дело, сиди! — сквозь зубы процедил Фэн Шэнтянь, едва сдерживаясь, чтобы в порыве чувств не отлупить Цзян Му.
Тао Фаньчу беззаботно пожал плечами: раз начальник отдал приказ, значит, надо сидеть — и послушно вернулся на своё место.
Он снова уткнулся в телефон, попутно сообщив Сяо Хэ, что придёт чуть позже.
Не желая доводить себя до белого каления, Фэн Шэнтянь перевёл взгляд на Цэнь Юаня:
— Что-то случилось?
Цэнь Юань не знал, на кого злиться — то ли на Цзян Му, то ли на самого Фэн Шэнтяня. Услышав от помощника, что Сяо Чжоу заказал доставку еды, он решил, что это Фэн Шэнтянь велел купить послеобеденный чай, чтобы отпраздновать его первый официальный рабочий день в компании, и захотел подняться, чтобы перекусить вместе с ним. Кто же знал, что здесь окажется Цзян Му, да ещё и по личной воле Фэн Шэнтяня? От такой несправедливости Цэнь Юань мгновенно разъярился, и на его лице проступило обиженное выражение:
— Шэн-гэ, сегодня мой первый день в компании.
Фэн Шэнтянь издал неопределённое «мг» и продолжал смотреть на него, словно ожидая продолжения.
Цэнь Юань закусил губу:
— Мы могли бы поужинать вместе сегодня вечером?
И тут же добавил:
— Только ты и я, вдвоём.
Фэн Шэнтянь посмотрел на это лицо, которое когда-то так сильно любил; сейчас на нём застыл редкий оттенок заискивания и обиды, и он невольно кивнул.
Уголки губ Цэнь Юаня радостно изогнулись в улыбке, но в следующую секунду, заметив, что Фэн Шэнтянь снова посмотрел на Цзян Му, его лицо мгновенно помрачнело.
Цзян Му! Снова этот Цзян Му!
Впрочем, Тао Фаньчу абсолютно никак не отреагировал на их взаимодействие, потому что как раз начал новую партию в игре. Полностью погрузившись в жаркую схватку, он даже предусмотрительно выключил звук и сдержал привычку орать во весь голос от злости, чтобы не мешать этой парочке болтать.
Партия завершилась, и он проиграл. На душе скребли кошки, и, подняв голову и заметив, что Цэнь Юань куда-то исчез из кабинета, Тао Фаньчу тоже встал и бросил:
— Генеральный директор Фэн.
Фэн Шэнтяня от одного вида этой физиономии, которой было абсолютно плевать на все мирские заботы, вновь охватило глухое раздражение, и он, приподняв брови, бросил на него косой взгляд.
— Если у генерального директора Фэна больше нет дел, я пойду?
Заметив, что тот, судя по всему, заведён и зол, а из-за чего именно — чёрт его разберёт, что там они обсуждали с Цэнь Юанем, раз умудрились вывести этого человека из себя, — Тао Фаньчу решил, раз уж ответа не последовало, просто уйти.
Когда дверь кабинета закрылась, Фэн Шэнтянь поднял голову, взглянул на неё, а затем снова опустил взгляд, возвращаясь к работе.
Тем же вечером Фэн Шэнтянь ужинал вместе с Цэнь Юанем.
Цэнь Юань забронировал столик в том самом французском ресторане, куда они ходили постоянно. Шеф-повар там был специально приглашенным французом, поэтому и блюда, и вкусы отличались подлинной аутентичностью. Ему всегда очень нравилась эта кухня, но после того как Цэнь Юань уехал за границу, он больше ни разу сюда не заглядывал, потому что каждый раз чувствовал: что-то не так.
Переступив порог ресторана после столь долгого перерыва, он обнаружил, что интерьер изменился.
Перемены были совсем небольшими: в обеденном зале сменили картины на стенах, заменили настенные светильники, и даже старый камин в главном холле заново перекрасили в древесно-коричневый цвет.
Цэнь Юань, казалось, не заметил этих мелких перемен и всё так же увлеченно и радостно беседовал с ним о прошлом. Они были друзьями детства, которые выросли и учились вместе, разделяли общие интересы и прошли через схожий опыт взросления. Им было о чём говорить сутками напролет, и если бы не та неловкая двухлетняя любовная история, их отношения можно было бы назвать нерушимыми.
Раньше он наивно полагал, что десяток лет взаимопонимания сможет окупить грядущие десятилетия совместной жизни, однако порой чем дольше знаешь человека, тем меньше это гарантирует наилучший и наиболее подходящий результат.
Фэн Шэнтянь попробовал тушёную говядину в красном вине.
Оказалось, что изменилось не только убранство ресторана, но даже вкус блюд.
Цэнь Юань не заметил ни перемен в еде, ни тем более изменений в душевном настрое самого Фэн Шэнтяня. Сладко капризничая, он произнес:
— Шэн-гэ, могу я по утрам заезжать за тобой, чтобы вместе поехать в офис? Моя новая квартира находится как раз в жилом комплексе по соседству с твоим.
— Наши графики вряд ли совпадут, — мягко отказал Фэн Шэнтянь.
— Почему не совпадут? — лукаво улыбнулся Цэнь Юань. — Просто я сделаю так, чтобы они совпали специально.
Намерение Цэнь Юаня было прозрачнее некуда. Фэн Шэнтянь сделал глоток красного вина, но почему-то не почувствовал того предвкушения и радости, какие должны были возникнуть в этот момент. Он и сам не понимал, как за какие-то два года его внутренний мир мог настолько измениться: теперь все эти так называемые романтические чувства и ухаживания казались ему донельзя скучными, а чужие лесть и заискивание и вовсе вызывали раздражение.
Наверное, всё дело было в том, что после расставания с Цэнь Юанем к нему в постель набивалось слишком много желающих.
Настолько много, что разбегались глаза, настолько много, что от этого пресытился до тошноты, и в конце концов во всём этом перестало видеться хоть капля смысла.
После ужина Сяо Чжоу развёз их по домам.
Сначала доставили Цэнь Юаня. Выходя из машины, тот с сожалением в голосе произнес:
— Так соскучился по кофе, который варит Шэн-гэ своими руками. Интересно, когда снова представится возможность заглянуть к нему в гости?
Когда именно? Это намек можно было считать практически прямым текстом, но Фэн Шэнтянь не ответил сразу — то ли потому, что сам не мог поручиться за сроки, то ли потому, что даже не был уверен, настанет ли вообще такой день.
http://bllate.org/book/30504/3718778
Готово:
