Наступила ночь. Ся Ихань и Чу Юй по очереди приняли душ. Чу Юй никак не ожидала, что ей придётся ночевать здесь, поэтому она явилась с пустыми руками, не прихватив с собой ничего лишнего.
К счастью, больничный сервис приятно удивил: ей выдали больничную пижаму, а также одноразовые полотенца и зубную щетку. Переодевшись после водных процедур в полосатую пижаму, она сама стала похожа на новую пациентку, при этом в очередной раз подняв средний показатель привлекательности обитателей клиники.
Увидев выходящую из ванной Чу Юй, которая сидела в больничной пижаме как влитая, подчёркивавшая все достоинства её фигуры, Ся Ихань аж засмотрелась. Девушка встала, сделала круг на месте и впервые критически окинула взглядом собственную одежду:
— Сестрица, глянь, а мы случаем не в парных костюмах?
Чу Юй лишь мысленно хмыкнула: «…»
Если это парные костюмы, то несколько тысяч человек по всей больнице давно живут при коммунизме.
— Я буду спать с тобой сегодня, рада?
— Рада, — Ся Ихань закружилась вокруг Чу Юй. — Было бы ещё радостней, если бы сестрица легла со мной на одну кровать!
Чу Юй ответила:
— Спать вдвоём на одной кровати слишком тесно, я же тебя скину!
Девушка, остаться с тобой в одной комнате — это уже проявление высшей степени мужества, на такое способен далеко не каждый!
Ся Ихань ухватила Чу Юй за рукав:
— Тогда давай вместе постелим на полу, хорошо?
Чу Юй лишь горько усмехнулась:
— Ох, есть отличная кровать, так нет же, хочется интимной связи с полом. Мелюзга, а вредничаешь!
Ся Ихань моргнула:
— Лишь бы с сестрицей рядом, я и в свинарнике поспать согласна!
Чу Юй промолчала. Ей всё казалось, что эта девчонка над ней подтрунивает, или, если выражаться точнее, изо всех сил пытается её охмурить.
Пропало дело, пропало! В нынешние времена даже умалишённые малышки умеют клеить девушек!
В девять вечера в больнице наступила абсолютная тишина, пациенты уже отдыхали. Дежурные медсёстры курсировали по этажам, проверяя, чтобы в каждой палате всё шло своим чередом и не было никаких происшествий.
В палате 710 еще горел свет. Чу Юй пришлось приложить немало усилий, чтобы уложить Ся Ихань спать: эта егоза, то ли принявшая её за родную матушку, потребовала рассказать сказку, причём непременно про «Головастиков, которые ищут маму».
Сама Чу Юй уже смутно помнила детали сюжета и знала лишь то, что некий головастик в процессе поисков матушки претерпевает метаморфозы, в конце концов превращается в лягушку и воссоединяется с родительницей.
Проявив терпение, она на ходу выдумывала то, чего не помнила, и выдала Ся Ихань эпическую сагу под названием «Второе поколение лягушат в поисках матери». От оригинала она ушла на добрые тысячу ли: знающие сюжет люди решили бы, что головастики отправились на поиски мамы, но непосвящённые подумали бы, что этот головастик разыскивает кровного врага, убившего его родительницу — всю дорогу он вёл себя свирепо, хватая каждого встречного с вопросом: «Куда делась моя мать?!»
Тем не менее Ся Ихань слушала с огромным интересом, время от времени кивая в такт. Когда сказка закончилась, последовал заказ на бис.
Чу Юй среагировала молниеносно и, опередив её, приложила палец к губам:
— Тихоня, спать.
Ся Ихань уже лежала в постели. В комнате работал кондиционер, было прохладно, поэтому она укрылась лёгким одеялом. Высунув из-под него голову, она уставилась на Чу Юй парой чёрных блестящих глаз.
— А награда будет?
Чу Юй ответила:
— Будет, огромная награда, выдам через три дня.
Ся Ихань тихонько хихикнула, нырнула с головой под прохладное одеяло и заснула.
Чу Юй погасила свет и бесшумно опустилась на кровать. Привыкнув к темноте, она скосила глаза: Ся Ихань уже высунула голову наружу, и одеяло едва заметно вздымалось в такт её дыханию — судя по всему, спала она крепко и сладко.
Чу Юй посмотрела в потолок, в её голове было абсолютно пусто. Эта ночь обещала быть бессонной, ей предстояло бодрствовать до утра, отслеживая любые малейшие отклонения от нормы.
В то же время медсёстры и охранники уже приготовили маленькие табуреты за дверью соседней комнаты. Стоило подняться хоть малейшему шуму, как они были готовы ворваться на помощь. Этот отряд самоубийц по предотвращению суицидов ныне отличался такой выучкой, что мог посоперничать с бойцами спецназа: от выбивания двери до завершения спасательной операции всё делалось на одном дыхании.
Однако этой ночью их клонило в сон. Продежурив большую часть ночи и не дождавшись никаких движений, они отметили, что весь этаж погрузился в неестественную тишину — был слышен даже потрескивающий звук перегоревшей лампочки.
Младшая медсестра начала клевать носом, её голова то и дело опускалась. Потерев глаза, она пробормотала:
— Поесть бы чего-нибудь, заказать доставку… До чего же хочется ледяной колы с жареной курочкой…
Сидевший рядом санитар вставил слово:
— И не мечтай. В такую глушь, да с названием нашей больницы, да в столь поздний час ни один курьер из доставки сунуться не посмеет.
Медсестра громко захихикала:
— С испуга подумает, что это кто-то из психов заказ сделал? Хотя у пациентов нет телефонов…
— Тсс, — прикрикнул на них Заведующий Се. — Тише вы, чего это вас так разнесло? Захотелось перекусить? Завтра велю кухне сварить на вас целый котёл, лопнете — сами виноваты!
После долгого периода натянутых до предела нервов внезапно наступила тихая и мирная ночь, и все отвыкли от такого спокойствия, изо всех сил стараясь уловить хоть малейший шорох. Две медсестры на цыпочках подошли к двери палаты 710 и прислушались, готовые проковырять в ней дырочку и заглянуть внутрь через прибор ночного видения.
— Эй, думаешь, дело в докторе Чу? Как только она появилась, всё стихло.
Соседка по посту с умным видом кивнула:
— Угу! Наверняка из-за неё. Боже, она вообще ангел или кто?
— Если рассуждать так, то наша маленькая мадемуазель — просто демон?
— Хе-хе, ангел и демон сошлись вместе, добро и зло нейтрализуют друг друга, поистине идеальная пара…
Заведующий Се схватил их за воротники и оттащил от двери:
— Ишь чего удумали, прилипли к дверям и шушукаетесь! Раз у вас такая храбрость, откройте дверь и скажите это в лицо нашей мадемуазель!
Обе медсестры тут же захлопнули рты и послушно вернулись на свои табуретки продолжать ночное дежурство.
Санитар посмотрел на часы:
— Половина пятого. Судя по всему, уже ничего не случится.
Заведующий Се не сводил глаз с синей двери палаты 710, его взгляд был мрачен:
— Будем надеяться.
Санитар попытался прочитать выражение его лица и счёл его странным:
— Заведующий, вы что же, судя по виду, надеетесь, что что-то произойдёт?
— И да, и нет, — задумчиво произнёс Заведующий Се. — Буди он шум, доктор Чу смогла бы точнее во всём разобраться. Но с другой стороны, если инциденты прекратятся вовсе — это лучший исход.
Остальные медсёстры и охранники согласно закивали, разделяя его чувства. Больше недели страха и тревоги, каждая ночь как на войне, нервы каждого на пределе. Хуже всего было то, что они понятия не имели, в чём кроется проблема. Все знали, что вокруг Ся Ихань вечно творится какая-то чертовщина, но сама она ничего противозаконного не делала — по крайней мере, судя по экранам мониторов, вела себя примерно и без малейших аномалий, а больница не имела права объявить её виновной и упрятать в изолятор.
К тому же свободные палаты в клинике были на вес золота. Пациентов разного профиля нельзя было селить вместе, а переселять людей наобум — значит лишь усугубить их состояние. Поэтому разместить Ся Ихань в удаленном секторе А, в палате 710, на данный момент оставалось лучшим решением, за которым следовало бы лишь полная изоляция.
Но изоляцию нельзя было оформить по одному лишь щелчку пальцев директора — требовалось официальное медицинское заключение, иначе потом родственники пациентов затаскают больницу по судам, и учреждение не понесёт ответственности.
Поэтому все уповали на то, что доктор Чу отыщет корень зла, назначит правильное лечение: изолирует кого нужно или переведёт в другое место. А если доктор Чу проявит чудеса компетентности и исцелит Ся Ихань — так и вовсе наступит всеобщее благоденствие.
Дежурный персонал разделился: одни сидели в мониторной, другие дежурили под дверью палаты. Настроение у всех было одновременно восторженным и тревожным, напоминая учеников перед экзаменом, которые в последний момент пытаются зазубрить предмет и ждут результатов: то ли домой с подарками отправят, то ли ремнём оходят.
Наступило время завтрака, и большинство пациентов отправилось в столовую. Медсестра катила тележку с едой, развозя порции тем, кто не мог передвигаться сам. Это был самый безмятежный час за сутки, и маленькие колесики весело катились по полу, издавая бодрый стук, но перед палатой 710 они резко замерли.
Чу Юй стояла у дверей. На ней всё ещё была больничная пижама. Из-за бессонной ночи лицо немного осунулось, но глаза сияли энергией — судя по всему, она была готова продержаться ещё на трёх ночных дежурствах.
— Доктор Чу, здравствуйте! — развозившая еду медсестра испуганно вздрогнула, решив, что это объявилась Ся Ихань, но, узнав Чу Юй, заметно расслабилась.
— Здравствуйте, — бросила Чу Юй, направляясь к лестнице. — Оставьте две порции в палате, я вернусь — поем.
Шаг у Чу Юй был лёгким, и вскоре она дошла до кабинета заведующего. Постучав и обнаружив, что дверь не заперта, она поняла, что та наверняка оставлена открытой специально для неё.
Толкнув дверь, она вошла внутрь. Как и ожидалось, Заведующий Се, только что отработавший ночную смену, вовсю досыпал. С тёмными кругами под глазами он раскинулся на диване звездой, съехав так сильно, что половина туловища уже свисала наружу — сон его был тяжел и безмятежен.
Чу Юй присела и легонько кашлянула.
Заведующий Се подскочил как ошпаренный. Он всё время переживал за результат и не смел погружаться в сон слишком глубоко — вернее, даже во сне его мысли крутились вокруг истории болезни Ся Ихань. Стоило раздаться малейшему звуку, как он тут же вскочил.
Поправив очки и сообразив, что перед ним Чу Юй, он даже не стал церемониться и перешёл прямо к делу:
— Ну как? Каков результат?
Чу Юй глянула на него, опустила голову, глянула снова, опять опустила взгляд и промолчала.
Затем она принялась задумчиво разглядывать свои ногти с самым отрешённым видом.
— Доктор Чу, я, пожалуй, выразился излишне резко, прошу прощения. Давайте с начала, — Заведующий Се пригладил волосы и одежду, приняв более-менее человеческий вид. — Доктор Чу, скажите, у вас сформировалось общее представление о состоянии пациентки из палаты 710?
— Вы можете изъясняться на нормальном человеческом языке? — Чу Юй по-прежнему смотрела вниз. — Если вкратце: прошлая ночь выдалась абсолютно нормальной, тишь да гладь.
Заведующий Се кивнул:
— Да, впервые за две недели было тихо. Скажите, а девчонка эта хорошо спала?
— Спала прекрасно.
— И что же? — Заведующий Се продолжил зондировать почву.
Чу Юй подняла голову, скрестила руки на груди и приняла героическую позу, готовую к самопожертвованию:
— Я же говорю: прошлой ночью всё было в норме, никаких подозрительных признаков я не заметила.
— Ох… — Заведующий Се кивнул, слегка разочарованный.
В этот момент дежурный сотрудник робко постучал и вошёл в кабинет с докладом:
— Заведующий, я вырезал запись с камер наблюдения и закольцевал её в циклический режим, скоро она поступит к вам на компьютер. Кроме того, всю прошлую ночь я нёс службу и не зафиксировал никаких отклонений.
Заведующий Се снова кивнул, перевёл взгляд на Чу Юй и приложил немало усилий, чтобы сдержать желание презрительно скривить губы.
Чу Юй чувствовала себя немного не в своей тарелке: в конце концов, это она настояла на том, чтобы разделить комнату с Ся Ихань и выявить то, что упускали из виду дежурные. В итоге же за всю ночь Ся Ихань проспала мёртвым сном, а в помещении не прозвучало ни звука.
На глазах у Чу Юй были скрытые очки ночного видения, позволявшие видеть в темноте отчётливо, и всю ночь она почти без перерыва наблюдала за Ся Ихань. Но та вела себя так, будто впала в зимнюю спячку: спала с пугающей неподвижностью, почти не ворочалась и даже дыхания её было не слышно.
Кроме созерцания безупречного профиля и пребывания в номере уровня пятизвёздочного отеля, за всю ночь она не добилась ровным счётом ничего.
Ей было трудно представить, как эта на вид безобидная девчонка умудрялась доводить соседей до безумия. Стены здесь толстые, с прекрасной звуко- и термоизоляцией — с точки зрения физики это вообще не поддавалось никаким объяснениям!
— Доктор Чу, как вы думаете, может, та девчонка просто заметила ваше присутствие и намеренно затаилась, перестала «творить чудеса», поэтому вы ничего и не выявили?
Чу Юй опустила глаза, и длинные ресницы скрыли её взгляд:
— Я тоже думала об этом. Возможно, прошлой ночью она действительно затаилась намеренно, вот и было тихо да гладно.
— Тогда, может, этой ночью поспите в соседней палате?
— Хорошо, я попробую. Сегодня я попрошу друга привезти мне вещи, судя по всему, мне придется пробыть здесь ещё какое-то время, — Чу Юй подняла глаза, в её взгляде читалась упрямая решимость. — Пока не докопаюсь до сути, я отсюда не уйду!
В Психиатрической больнице Цзиньшуй воцарилась невероятно приятная атмосфера. Следом за появлением сущего «царя демонов, баламутящего мир» в клинике объявился «столп, успокаивающий бушующие волны». Стоило этому столпу прибыть, как демон угомонился, превратившись в тихого и кроткого ангела. В больнице воцарились мир и процветание, а на лицах врачей и пациентов сияли счастливые улыбки.
Однако сам столп — госпожа Чу — вовсе не выглядела безмятежной, скорее — раздражённой. Например, в данный момент ей нестерпимо хотелось схватить пачку салфеток с рабочего стола директора и разорвать её в клочья.
— Всё, давайте без любезностей. Хватит рассказывать сказки о том, что пациентка исцелилась сама, стоило мне лишь переступить порог. Мы с вами прекрасно понимаем, какова ситуация на самом деле.
Как и три дня назад, Чу Юй сидела по одну сторону письменного стола, а директор Ху — по другую, щедро сдобрив волосы гелем для фиксации и соорудив на голове причудливую причёску.
— Но ведь это чистая правда, за последние дни не произошло ни единого происшествия!
Чу Юй скрестила ноги, время от времени постукивая носком туфельки — это выдавало бушевавшее внутри нетерпение.
— Я знаю. Это потому, что девчонка увидела меня и присмирела. Наверное, боится, что я раскушу её фокусы.
— Начальник Чу, — директор Ху виновато усмехнулся. — На самом деле мы тут совещались с лечащими врачами и вывели одну занятную гипотезу.
Чу Юй оживилась и невольно выпрямилась:
— Говорите.
— Вы не слыхали о такой истории: где-то около 2006 года по ту сторону Тихого океана несколько десятков женщин с психическими расстройствами одновременно увидели во сне одного и того же мужчину?
Конечно же, Чу Юй слышала об этом. В то время эта история произвела фурор в медицинских кругах. Хотя сама она тогда была ещё мала, но слышала рассказы отца, и они врезались ей в память.
Дело обстояло так: к психиатру обратилась пациентка и поведала, что уже несколько лет регулярно видит во сне незнакомого мужчину. Врач по её описанию с помощью компьютера воссоздал внешность этого человека, распечатал портрет и беспечно прикрепил его на стену в кабинете. Каково же было его удивление, когда последовавшие за ней пациентки тоже заявляли, что видели этого мужчину во сне, причём неоднократно.
Эта история наделала много шуму по всему миру, а портрет загадочного незнакомца завирусился в интернете. Исследователи выдвигали самые разные гипотезы по поводу столь странного явления, но к единому мнения так и не пришли.
Вспомнив эту историю, Чу Юй попыталась связать её с нынешними обстоятельствами. Помолчав немного, она подняла голову и жестом предложила директору Ху продолжить:
— Сначала изложите вашу версию.
http://bllate.org/book/30495/3717401
Готово:
