Старший брат, все-таки эта девчонка — лиса-оборотень, а они с незапамятных времен только тем и занимаются, что мужиков доводят до полного помешательства, ведь так, старший брат?
Ху Юй изогнул губы и с усмешкой посмотрел на Хуан Шиба:
— Ладно тебе, Хуан Лаосань, прекрасно ведь знаешь, что у меня за всю жизнь был всего один партнер, и по меркам лис я далеко не самая ушлая, а ты еще и шпыняешь меня. Ну погоди, начнется совещание — я тебе припомню.
С этими словами Ху Юй, прихватив с собой Четвертую госпожу, направился в сторону моря.
Морские волны бились о прибрежные скалы. Интересно, куда это они забрели?
Ни тебе песчаного пляжа, ни туристов, в небе даже ни одной чайки. Берег усеян причудливыми скалами, а вода в море чистая до самого дна.
Смотрите-ка: Великий Бессмертный Лис шел с высоко поднятой головой, не страшась ни ветра, ни волн, уверенно двигаясь вперед.
Стоило его стопе коснуться воды, как та послушно расступалась в стороны, образуя по обеим сторонам две водяные стены. Впереди вздымались гигантские волны, ревя и бушуя, но на самого Ху Юя не упало ни единой капли.
— Старший брат, старший брат, подожди меня! — Хуан Шиба проплыл по мелководье и наконец нагнал их у самого конца этой морской дороги.
Он бежал следом за впереди идущими, весь насквозь промокший, но прошло совсем немного времени — и одежда на нем полностью высохла.
Хуан Шиба семенил позади Ху Юя, то и дело подобострастно кивая и рассыпаясь в комплиментах, однако Ху Юй держал подбородок гордо задранным и отвечал полным игнорированием.
Четвертая госпожа шла позади них обоих, то трогая водяную стену, то поправляя волосы, — казалось, ей абсолютно нет дела до того, что происходит впереди.
Не прошло и много времени, как раздался внезапный громовой раскат, и прямо посреди водной глади вырос величественный, поражающий воображение дворец.
Этот дворец выглядел словно выкованный из черного обсидиана, прошедшего через огонь.
Всю архитектуру покрывали следы бушевавшего пламени, а на стенах застыли языки огня — казалось, можно разглядеть, как они пляшут и извиваются. Бушующее пламя окружало массивный темный чертог со всех сторон, так что издалека уже чувствовалось пышущее в лицо жгучее марево.
Дворец возвышался посреди бушующих волн, но стоял абсолютно неподвижно, простираясь в ширину до самого горизонça и уходя в глубину до неведомого дна.
Скорее это напоминало целый остров, чем просто дворец.
В центре главного зала висела горизонтальная табличка с высеченными на ней четырьмя иероглифами небесного письма: Храм Сюаньу.
Эти четыре иероглифа излучали золотое сияние, придавая черному как смоль храму суровый и величественный вид.
Ниже таблички вертикально висела другая вывеска с черными иероглифами на белом фоне, написанная самыми обычными земными знаками.
Шрифт был стандартным жирным сунским, а размер — общепринятым для объявлений. На ней гласило: Временный пункт канцелярии Бессмертного отряда Северо-Востока (резиденция Хуан Лаосаня из гор Чанбай).
Рядом с вывеской на стене крепился красный транспарант, частично заслонявший застывшие языки пламени.
На алом полотне пестрела надпись: Культивация таит риски! В культивации нет сретней пути! Остерегайтесь мошенников от культивации! Любые самозванцы, выдающие себя за старых бессмертных и продающие пилюли — стопроцентные аферисты!
Транспарант шумно полоскался на морском ветру, но привлек внимание вовсе не Хуан Шиба с Четвертой госпожой — напротив, их ослепил незнакомый мощный луч света, ударивший откуда-то сверху.
Оба синхронно зажмурились и инстинктивно вскинули руки, заслоняясь от сияния.
— Старший брат, вы что, прожекторы у себя установили? Этот свет ничуть не хуже поискового фонаря в следственном изоляторе, тут же вся тысяча ватт есть, не меньше?
Ху Юй не стал закрываться и, беспомощно покачав головой, громко крикнул в сторону крыши:
— Мастер Юй, Мастер Юй, это я! Убери хвост, слепит же!
Яркий свет мгновенно ослаб, превратившись из режущей глаза белизны в переливчатые струи семицветного перламутрового сияния. Они мерцали в такт морским волнам, заставляя чувствовать себя так, словно попал в обитель бессмертных.
Даже захотелось пуститься в дикий пляс под открытым небом.
— Старший брат, у вас что, даже подсветка нанята?
Слово мастер еще не успело сорваться с губ,
как Хуан Шиба и Четвертая госпожа замерли на месте, уставившись на то, что находилось на крыше.
Четвертая госпожа медленно вытянула руку и, указывая наверх, заикаясь, спросила:
— Старший брат, э-это... это и есть та самая легендарная Русалка?
Ху Юй кивнул, но тут же покачал головой:
— Какая русалка, это прелестный рыбный бессмертный... свежая рыба?
Нет, погоди, кажется, его зовут преурасный бессмертный рыболюд?
Да я и сама толком не знаю, как они себя называют. Короче говоря, это небожитель среди русалок, русалка, которая смогла достичь бессмертия.
Четвертая госпожа не удержалась от восхищенного вздоха:
— До чего же хорош!
Хуан Шиба разинул рот и закивал. Заметив это, Ху Юй с брезгливым вздохом вытащила из кармана салфетку:
— Ты чего это слюни пустил? А ну закрывай рот!
Хуан Шиба механически захлопнул рот, и Старший брат Ху с досадой вытер ему подбородок.
Рот-то он закрыл, но глаза оставались прикованными к прекрасному бессмертному рыболюду на крыше, не смея сдвинуться ни на миллионную долю секунды.
У Прекрасного бессмертного рыболюда верхняя половина тулова принадлежала высокому, статному мужчине. Глубокие черты лица, атлетичное телосложение, густая копна длинных волос легко развевалась на морском ветру, придавая ему поистине романтичный и бунтарский вид.
Ниже тугой, гибкой талии начиналась та самая легендарная линия Адониса.
Самая настоящая линия Адониса на живом человеке!
А под ней тянулся мощный рыбий хвост длиной в четыре-пять метров, полный скрытой силы. Каждая чешуйка на нем была размером с медную монету и в лучах ночного светила отливала семицветным перламутровым блеском, напоминая радужное сияние гигантской тридакны, извергающей жемчужину, — до того сюрреалистично и сказочно это выглядело.
И каждое легкое покачивание плавника на самом конце этого хвоста отдавалось тяжелым ударом прямо в сердце Хуан Шиба.
Ху Юй глянула на этого беспутного Хуан Шиба, а затем снова перевела взгляд на мужчину на крыше.
Обнаженный торс, мощные грудные мышцы, сильные руки, рельефные кубики пресса и будоражащий воображение рыбий хвост.
Каждая черточка его мускулатуры словно создана для того, чтобы гипнотизировать Хуан Шиба — лесную лисицу, которая снаружи выглядит невинным юношей, а в мыслях является законченным развратником.
— Мастер Юй, Мастер Юй, накинь чего-нибудь! Люди пришли! Где то махровое полотенце, что я тебе давала? Набрось на плечи, с голым торсом же в два счета простудишься!
Ху Юй вытянула шею и снова завопила наверх. Прекрасный бессмертный рыболюд опустил голову, глядя на нее, и за его спиной распахнулась пара крыльев.
Эти крылья напоминали вовсе не птичьи перья, а скорее цикадиные крылышки — тончайшие, прозрачные, с четко различимыми прожилками.
Они росли прямо из спины рыбного бессмертного: то медленно раскрываясь, то обхватывая руки и словно складываясь на груди, они окутывали мужское тело полупрозрачной вуалью, делая его фигуру смутно угадываемой сквозь невесомую ткань.
Ху Юй подпер голову одной рукой и тяжело вздохнула.
Откашлявшись, она снова крикнула бессмертному:
— Мастер Юй, твои крылья ничего не прикрывают!
Так ведь еще соблазнительнее получается, это же нездорово!
Просто набрось махровое полотенце, а как мы зайдем внутрь — снимешь!
Пока Великий Бессмертный Лис надрывала горло, пытаясь достучаться до соседа, Хуан Шиба и Четвертая госпожа уже на цыпочках прокрались прямо под стены Прекрасного бессмертного рыболюда.
http://bllate.org/book/30441/3711290
Готово:
